«Я сразу смазал карту будня, плеснувши краску из стакана…»

Вот, скажем, картина «Пополам». С одной стороны, это единое цельное произведение. Но только с одной стороны. На деле же это две самостоятельные и вполне самоценные работы. Выглядит это так, будто бы цельное изображение натюрморта отражается как бы через призму расколотого на две части зеркала. Но зеркала нет, а у каждой части вроде бы единой картины своя собственная перспектива, свой размер, своя геометрия.

Или, например, «Из комнаты»: вроде, кроме монументальности и размеров работы, составленной из пяти самостоятельных холстов, ничего не предвещало шедевра, но при взгляде на нее трижды ломается перспектива, а вырастающая прямо из самой картины скульптурная композиция создает практически бесконечное число ракурсов. То есть все зависит от точки, где находится созерцатель.

– Густые борозды масляной краски одновременно и очень физические, похожие на экс­прессивные полотна Жанатая Шарденова и Кацуо Ширага, но также и нарочито искусственные – чем-то напоминающие столь популярные в последние годы оцифрованные мультимедийные выставки Ван Гога или Рене Магритта, – говорит куратор выставки, арт-консультант Владислав Слудский. – При этом важно отметить, что в случае с Байгалиевым речь идет как раз о процессе, обратном цифровизации: произведения только выглядят так, как будто они «вывалились» с экранов студии Ghibli или фильмов Ральфа Бакши. На самом деле их природа предельно каноническая, что видно через использование таких материалов, как масло, холст. Интересно и то, что художник работает в основном с натюрмортом – древнейшим жанром, известным своей способностью запечатлевать эпоху, статус владельца и даже политический климат страны. Нарисованный мир Байгалиева – это еще и оптическая иллюзия, визуальный трюк, попытка испытать ожидания глаза.

С последним трудно не согласиться. Работа «Внутри прост­ранства» помещает зрителя в полномасштабные декорации. Опять скульптура перетекает в холсты. Ты стоишь в комнате и видишь в буквальном смысле окружающую реальность глазами художника. При этом все настолько детально и абстракт­но одновременно, что по ощущениям это похоже на момент, когда вы застряли в текстурах виртуальной реальности.

– Вот видите божью коровку на ручке стула у мольберта? – раскрывает секреты Саян. – Она здесь совсем не продукт художественного вымысла. Просто в процессе работы над данным проектом в студию залетела реальная божья коровка и села прямо вот тут. Я не мог это пропустить. Еще момент: видите контуры теней на столе? Не то чтобы я рисовал эти тени... Включаем искусственное освещение, и вы видите, что свет сам как бы дописывает картину. Контуры я наметил, чтобы на выставке можно было правильно установить освещение, и тогда с помощью света тени ложатся именно там, где должны, дописывая детали уже за меня...

Саян Байгалиев родился в селе Беткудук, учился в школе-интернате и колледже при КазНАИ им. Т. Жургенова по специальности «станковая живопись».

– То есть где-то с 12 лет я жил далеко от родного дома, – говорит художник. – Потом поехал в Питер, там не задалось, переехал в Москву. Там окончил Государственный академичес­кий художественный институт имени Сурикова. Изучал музейную практику в Париже.

Саян Байгалиев – резидент 9-го сезона Открытых студий ЦСИ «Винзавод», выиграл приз JacksonPainting 2021 в категории «Сцены из повседневной жизни» (Лондон), принимал участие в групповых биеннале в Великобритании, Швейцарии, Франции, Израиле, Корее, Катаре и Турции.