За второй хлеб – первый спрос

– Байжан Нурбаевич, как бы Вы оценили ситуацию в отечественном картофелеводстве, степень его развития?

– Минувший год ознаменовался для хозяйств, входящих в наш отраслевой союз, как и для всех тружеников отечественного полеводства, рекордным урожаем. По итогам сезона было собрано свыше двух миллионов тонн картофеля, чему способствовали не только погодные условия. Успех стал возможен благодаря беспрецедентной финансовой поддержке аграриев со стороны государства.

И эта благодарность фермерского сообщества нашла отражение в письме, направленном Президенту Казахстана. В чис­ле подписантов был и Союз картофелеводов, объединяющий сегодня около 70 крупных хозяйств, владеющих от 50 до 1 000 гектарами картофельных полей. В общей же сложности в республике насчитывается около 300 организованных хозяйств, возделывающих картофель, многие из них смешанные: выращивают и другие культуры, занимаются животноводством.

В настоящий момент хозяйства, культивирующие второй хлеб, представляют собой достаточно хорошо развитую подот­расль сельского хозяйства. От остальных видов агробизнеса она отличается необходимостью индустриального подхода. То есть картофелеводством нельзя заниматься «стихийно», иначе оно окажется малоэффективным.

Нельзя картофель хранить просто под навесом. Первая особенность этого агробизнеса – высокая технологичность возделывания и хранения. Отсюда необходимость в централизованных капиталовложениях, строительстве хранилищ с особым температурным и другими режимами, холодильниках.

Для обслуживания всех этих систем нужны квалифицированные специалисты: кладовщики, холодильщики, вентиляционщики, гидротехники... У нас даже квалификация агронома-овощевода отличается в корне от квалификации агронома-зерновика.

Есть своя специфика и в плане сельхозмашин. Если, скажем, стандартные виды сеялок, комбайнов для пшеницы могут использоваться и для сева мас­личных, то в картофелеводстве необходима только своя полевая техника. Чтобы получить урожай в 30 тонн с гектара, он считается в Казахстане нормой, обязательно нужен стабильный полив. Поэтому картофелеводство как под­отрасль в Казахстане развито, в основном, в четырех областях республики, которые располагаются вдоль больших рек, – в Павлодарской, Карагандинской, Акмолинской и Костанайской.

При этом основными экспортерами картофеля считаются три первых из этого списка. Кроме названных регионов, второй хлеб выращивают в Восточно-Казахстанской области, правда, в сравнительно небольших экспортных объемах.

Безусловной особенностью прошлогоднего сезона стало достижение некоего пика стои­мости продукции картофелеводства, когда после провальных закупочных цен ряда прошлых лет произошел их подъем. Следует также пояснить, что осенью 2024 года соседняя Россия временно приостановила экс­порт своего картофеля. Следовательно, часть потребности в нем закрывали казахстанские картофелеводы, и они успешно поработали в этом сегменте.

Благоприятные прогнозы относительно стоимости клубней на рынке во многом оправдались, и цена на картофель установилась хорошая.

– Однако, длилось благополучие недолго…

– Да, примерно, до 20–25 декабря 2024-го, пока не начался известный всем ажиотаж. На мой взгляд, кульминации он достиг к середине января нынешнего года. Многие даже поспешили назвать происходящее «картофельным кризисом».

Моя точка зрения на ситуацию иная: здесь имеет место не «картофельный кризис», а кризис цены. Сработали несколько экономических факторов. Считаю, что где-то на 50 процентов проблема зародилась благодаря предпраздничному ажиотажу, отчасти даже хайпу. Реальных поводов для повышения цен не было. Но что случилось, то случилось: в результате последовал запрет на экспорт картофеля сроком на шесть месяцев. Хотя эту меру можно считать запоздалой, а потому неоправданной.

– Почему Вы так считаете? Обоснуйте, пожалуйста, свою позицию...

– Во-первых, как только отпускная цена на картофель достигла 240 тенге за кило, мы сразу потеряли экспортный рынок: наши основные покупатели – узбеки – развернулись и... уехали. Здесь все просто: 240 тенге для них слишком высокая закупочная цена, и этим объясняется их решение.

Во-вторых, и по прошествии полутора месяцев после введения запрета на вывоз картофеля внут­ренние потребительские цены на этот продукт существенно не снизились. Несмотря на то, что существует еще и беспошлинный ввоз импортного картофеля из других стран.

Так что, считаю, все эти запреты казахстанским фермерам-картофелеводам больше навредили. И вишенка на торте – на границе с Узбекистаном в рамках экспорт­ного запрета замерзло 43 вагона картошки – в совокупности порядка трех тысяч тонн. Вагоны продержали на морозе десять дней. Налицо материальный и репутационный ущербы.

– Возместили ли фермерам потери, связанные с задерж­кой вагонов на границе перед Новым годом?

– Пока этого не произошло. По моей информации, в настоящее время рассматриваются иски узбекской стороны по условиям контрактов. Дело в том, что картофель южным соседям все-таки доставили, но уже подмороженным и некондиционным.

После того, как поставщики получат все претензионные условия, они, скорей всего, будут подавать в суд на соответствую­щие госорганы, которые поставили шлагбаум, из-за чего и произошла­ порча экспортной продукции. Пока все эти вопросы находятся в правовом поле по линии продавцов. Когда они дойдут до Союза картофелеводов, думаю, мы поддержим наших фермеров.

Надо признать, что, несмотря на прошлые рекордные урожаи, текущая ситуация складывается непростой. Сейчас подот­расль испытывает проблему семенного картофеля, в основном получаемого из России. За исключением объема в 15 процентов, который приходится на европейских поставщиков. Ранее, правда, возникали сложности с немецкими поставщиками, но при содействии Министерства сельского хозяйства республики они были устранены.

Теперь вот закрылся шлагбаум для семян из России. Дело в том, что Ростехнадзор не выдает фитосанитарные сертификаты своим экспортным поставщикам, отправляющим семенной картофель в Казахстан.

Такому решению соседей есть объяснение. В России в силу ряда причин прогнозируется возможный дефицит картофеля, поэтому соседи стремятся в первую очередь обеспечить себя. Но при этом имеются ранее заклю­ченные и уже оплаченные контракты казахстанских партнеров...

С данным вопросом отраслевой союз обратился в родное Министерство сельского хозяйства. Справедливости ради отметим: специалисты и руководство ведомства последовательно занимаются устранением возникших барьеров, и за это им большое спасибо. Будем надеяться, что заказанный в России семенной картофель дойдет до казахстанских фермеров.

– Тут уместно спросить: если в Казахстане имеется развитое картофелеводство, хватает земельных площадей, почему семена завозим то из Германии, то из России? Почему не обеспечиваем ими себя самостоятельно?

– Отечественное семеноводство в подотрасли зародилось относительно недавно. Мощностей имеющихся хозяйств пока недостаточно: они в состоянии производить за сезон максимум 400–500 тонн семенного картофеля. В то время как из России его можно получить до 4,5 тысячи тонн. Есть частные семеноводческие хозяйства, но их пока немно­го: по одному-два на каждый картофельный регион. К тому же там не выводят собственных сортов, не достигли уровня оригинаторства. Занимаются лишь размножением полученных образцов семян.

Что касается отраслевой нау­ки, то в Казахстане существует Институт картофелеводства и овощеводства в структуре НАНОЦ,­ но он, по оценкам профессио­нального сообщества, пока малоэффективен, что, кстати, подтверждается и ситуа­цией, сложившейся в стране с семенным картофелем. И раз уж речь зашла о науке, то нельзя не сказать о проблеме кадров.

Положительные примеры решения данного вопроса можно пересчитать по пальцам. Так, успешно решают кадровую пробле­му в ТОО «Актогай-агро» и КХ «Тимур» Павлодарской, а также ТОО «Баймырза агро-2018» и ТОО «Найдоровское» Карагандинской областей. Эти частные хозяйства, являясь крупными, известными в респуб­лике и за рубежом производителями второго хлеба, успешно привлекают к своему бизнесу отечественных и зарубежных ученых-специалистов, но здесь скорее исключение из правил.

Нехватка квалифицированного персонала особенно остро ощущается в аграрной науке, в СХОСах, которые находятся в регионах. Да, молодежи нужна хорошая зарплата, достойный социальный статус и инфраструктура – детский сад, школа, ну и современное, благоустроенное жилье. Ничего этого на опытных станциях, расположенных в сельской местности, нет. Поэтому и кадры в дефиците.

Я сам, будучи научным сотрудником, около шести лет возглавлял Павлодарскую сельскохозяйственную опытную станцию. До этого был руководителем Кокшетауского опытно-­производственного хозяйства. Поэтому не понаслышке знаю обо всех проблемах отечественной аграрной науки, в том числе картофелеводства.

– Вы имеете в виду тот список проблем, которые были названы выше?

– Не только. Явный изъян кадровой­ политики: на руководящие должности в аграрной науке все чаще назначаются не ученые, а бывшие акимы и другие чиновники. Настоящих ученых в руководстве агронаукой практически не осталось.

С другой стороны, квазигосударственный статус заставляет те же СХОСы и другие, по большому счету рыночные, предприятия жить по законам госорганизаций. Что предполагает госзакупки, несметное число всевозможных согласований при принятии рыночных решений. При всем этом опытные станции еще должны что-то зарабатывать, чтобы перечислять часть прибыли головному офису. Это все приводит к невозможности заниматься самой наукой.

– Вернемся к основной теме нашего разговора – картофелю. Как Вы оцениваете на сегодня его запасы в стране?

– В минувший полевой сезон, как было сказано выше, в республике собрано более двух миллионов тонн второго хлеба. Из них миллион 200 тысяч тонн приходится на членов Союза картофелеводов.

Назвать более точные цифры сложно: часть запасов уже успела перетечь из складов фермеров трейдерам-посредникам. Надо признать, что именно они сегодня диктуют цены на рынке. Замечу: не фермеры, как думают многие наши сограждане. Поверьте, картофелеводам важно к весне освободить свои склады, провести их дезактивацию. Поэ­тому они стремятся к апрелю распродать все остатки.

– Что ждет впереди картофельный рынок страны? Будет ли у нас в продаже качественная картошка, да еще по доступной цене?

– Ответ мой таков: дешевую и качественную картошку круг­лый год можно иметь, только если выращивать ее на даче и закладывать в погреб в объе­ме пяти-шести мешков, как это делалось в былые годы. И тогда вы не будете покупать этот продукт вообще. Но поскольку такой возможности у подавляющей части городского населения нет, то надо с пониманием отнестись к ситуации с продуктом.

Что касается недешевых цен на второй хлеб, то могу назвать факторы, на это влияющие. Итак, примерно 85 процентов семенного материала мы покупаем за рубежом. Тонна картофельных семян из Европы стоит 2 000 евро. Востребованные препараты агрохимии – удобрения, фунгициды, инсектициды, другие средства защиты растений – в Казахстане не производятся. Их покупают за валюту, а какие курсовые скачки происходят с тем же евро, всем известно…

И все же страна будет с картошкой, но разной. Что касается ее стои­мости, то дешевой, как в прошлые годы, имею в виду коммерческую торговлю, она уже будет едва ли. Мы должны привыкать к этому. Я бы еще посоветовал согражданам, тем, кого возмущают нынешние цены на картофель, закупать второй хлеб по осени впрок у хозяйств по сезонной, дешевой цене.