5 000 км – такова общая протяженность электросетей Нур-Султана, и лишь четверть из них видна глазу…
Остальные 3 800 км – это подземные кабельные линии. По всем этим коммуникациям несет «свет» в жилые кварталы и предприятиям столицы электросетевая компания, имя которой знают все.
Откуда берется энергия? Известно, что есть в городе две ТЭЦ, действующие еще с советских времен. Строится, никак не достроится третья. Покрывают они 60% энергопотребления. Остальные 40 приходят извне. Из них половину (сюрприз!) дают возобновляемые источники электроэнергии: две станции, ветряная и солнечная, реально выдают 150 мегаватт мощности. А это ни много ни мало 20% потребности!
Для справки: в целом по республике ВИЭ обеспечивают около 3% энергопотребления. А у нас две строящиеся станции вскоре вообще закроют вопрос. Есть еще так называемые «монопотребители», которые вовсе не потребители, а производители. Новая мечеть, например, за счет солнечных батарей в летнее время даже продает излишки электроэнергии.
Поступает электричество от сетей напряжением 500 (это от «КЕГОК»), 220 и 110 (от ТЭЦ) киловольт. Зачем так много? Затем, что потери в проводнике (а любой проводник имеет сопротивление) зависят от величины тока, возведенной в квадрат. А ток напрямую зависит от напряжения (закон Ома, если кто помнит). Поэтому большие мощности на большие расстояния передают по высоковольтным линиям (бывает, свыше миллиона вольт). Обслуживают линии электропередачи 220 и 110 киловольт «линейщики». Они же занимаются их капремонтом и реконструкцией. Мужики брутального вида привыкли работать на высоте в любое время года.
В розетке у нас 220, а в ЛЭП в 1 000 раз больше! Как уменьшить? Понижают напряжение и распределяют потоки на подстанциях. Подстанции 220⁄110 кВ подключены к опоясывающим город линиям высокого напряжения, далее идет понижение до 20, 10 или 6 киловольт для распределительных сетей. У группы потребителей расположены подстанции, которые на выходе дают знакомые нам 0.4 кВ (то есть 380 вольт) трехфазного тока. А уже в доме нам достается одна фаза, которая вкупе с «нулем» обеспечивает нас нужными «вольтами».
Что такое подстанция? Это трансформатор, переключатели и средства защиты. Что такое трансформатор? Это две обмотки, высокого напряжения и низкого, электромагнитно связанные между собой. Количество витков в обмотках разнится во столько раз, во сколько нужно повысить (или понизить) напряжение переменного тока. Кстати, потому-то переменный ток и победил, что его легко можно преобразовывать, проще передавать на большие расстояния и эффективней использовать, чем постоянный, хотя последний и менее опасен для живых существ. Была, оказывается, целая столетняя «война токов», которая закончилась недавно, лет 15 назад. Причем за архаичный постоянный ратовали США, а за передовой переменный – Европа и мы…
Управляет высоковольтными подстанциями центральная диспетчерская служба, этакая стратегическая единица, от которой зависит бесперебойное снабжение электроэнергией столицы в целом. Оперативно-диспетчерская служба координирует текущую, плановую и аварийную работу всех подразделений предприятия, она же принимает заявки от потребителей и сообщает об отключениях.
Любят на предприятии сравнивать энергосистему с живым организмом: мол, диспетчерская – это мозг, подстанция – сердце, линии – артерии. Оперативно-выездная служба зовется «скорой помощью». Резонно. Даже машины похожи: белая «газель» с красной эмблемой. Водитель и монтер в одной связке. Измерительные приборы, лесенка, набор инструментов да опыт работы (до 45 лет стажа у некоторых!). Установить причину, отремонтировать выключатель, заменить предохранитель... Если что-то более серьезное – вызвать подкрепление.
А что бывает серьезного? Всем памятна авария на левобережье в 2019 году, вызванная возгоранием в кабельном канале и вызвавшая большой резонанс. Неприятная была ситуация. Но по классификации это не авария, а «недоотпуск первой степени». Аварий, слава богу, не было. Все остальное, что случается (а оно случается), относится ко второй степени. Ураганный ветер, ливень, человеческий фактор и отказы оборудования никто не отменял. И если поломки можно снизить профилактической работой, то жизнедеятельность человеческая компании неподвластна. Особенно страдают кабельные сети при производстве работ субъектами малого и среднего бизнеса: ведь начиная с 2019 года им не требуется разрешения-согласования от РЭК (нельзя мешать развитию бизнеса, сказала власть!). Получил разрешение на строительство и – вперед! А чтобы срастить порванный кабель, нужен час времени как минимум. Это если знаешь, где он порван. А если это множественные повреждения, попробуй их найди! Вот и приходится держать специальные службы не только для ремонта, но и для того, чтобы рассчитать ущерб и вчинить иск виновнику.
Многие еще помнят, как в «эсесесере» не в меру предприимчивые жильцы просовывали кусочек фотопленки под стеклышко электросчетчика, чтобы остановить его вращение. Более безрассудные использовали систему отопления как проводник. Есть хитрецы и сегодня. Правда, благодаря прогрессу используют они другие технологии. Расхитителей выявляют, есть способы. Но что меня поразило, имеются другие вредители, куда более опасные. Речь идет о тех, кто разбирает опоры линий электропередачи. Помните, в рассказе Чехова злоумышленник отвинчивал гайки на железной дороге? Здесь подобная история: отвинчивают растяжки, выполненные из «уголка». Похитителей не смущает даже то, что по внешнему виду деталей легко можно определить их принадлежность. Советую постоять у подножия опоры, чтобы представить себе последствия катастрофы, если ослабленная конструкция «сложится» под действием ветра.
В ковидную годину невозможно не поинтересоваться «про это». Как и ожидалось, потребление электроэнергии снизилось после объявления карантина, но уже к ноябрю восстановилось, говорит статистика. Что касается сотрудников, то на данный момент 99% тех, кто не имеет медотвода, вакцинированы. Впечатляет!
Впечатляет и то, что на более чем тысячу производственного персонала приходится лишь 61 «управленец», причем многие из них начинали с низов. Проходят практику студенты Казахского агротехнического университета им. С. Сейфуллина (там, как известно, готовят и инженеров-электриков). А кроме суровых мужчин работают и милые женщины. Жительница поселка Аршалы Ольга Тарасенко всю жизнь свою связала с электросетями. Сейчас она работает электромонтером по обслуживанию подстанции «Шыгыс».
Столица опережает весь Казахстан по использованию нового оборудования. Его здесь 95%. Внедряются новые технологии. Например, для поиска места повреждения высоковольтного кабеля раньше использовался дорогостоящий и вредный «метод прожига», когда устраивалось короткое замыкание. Теперь же используют беспрожиговый способ, реализованный в передвижной лаборатории европейского производства.
А что же «косинус фи»? Это Cos φ– коэффициент, показывающий долю активной мощности. Так, для лампочки накаливания, электроплитки или утюга, которые потребляют только активную мощность, он равен единице (а это лучший показатель, к которому нужно стремиться). Современные же приборы, такие как микроволновка, компьютер и энергосберегающие лампочки, его понижают. В итоге повышаются потери. Для борьбы с этой бедой приходится устанавливать у потребителей специальные устройства.
Остается пожелать всем нам, чтобы эффективность электросетей в целом всегда стремилась к единице, то есть к 100%!
