Афганистан-2015: ожидания и опасения
Олег ТАРАН
Дело Бен Ладена живет?..
Еще в октябре прошлого года пакистанское крыло движения «Талибан», известного своими атаками на территории соседнего Афганистана, провозгласило себя союзниками группировки «Исламское государство». В пакистанском городе Пешавар были замечены лица, причастные к распространению пропагандистских листовок в поддержку ИГ, в местную прессу поступали сообщения от талибов, горячо одобрявших деятельность экстремистской организации. В контексте скорого завершения миссии НАТО в Исламской Республике Афганистан (ИРА) распространение активности ИГ на страны Центральной Азии стало источником обеспокоенности международного сообщества.
Однако, как считают представители правоохранительных органов Афганистана, данные об активности здесь ИГ сильно преувеличены. По мнению командующего Международных сил содействия безопасности в Афганистане (МССБ) генерала Джона Кэмпбелла, в настоящее время в ИРА не следует опасаться угрозы резкого роста влияния террористической группировки «Исламское государство». Он отметил, что на данный момент афганские Вооруженные силы обладают достаточной мощью, чтобы не позволить ИГ и «Аль-Каеде», как и движению «Талибан», серьезно обострить ситуацию в стране.
Кроме того, по мнению местных экспертов, мобилизационная стратегия «Исламского государства» строится прежде всего на борьбе с прошиитскими политическими режимами региона. В Афганистане такая мотивация актуальной не является, потому что абсолютное большинство афганцев – мусульмане-сунниты и не испытывают никакого давления со стороны шиитского меньшинства. И уж совсем успокоительным для афганской стороны можно считать мнение кабульских ученых из Центра изучения современного Афганистана о том, что боевики ИГ рассматривают ИРА и Пакистан как транзитный пункт для распространения своего влияния на республики Центральной Азии.
А это уже повод беспокоиться государствам СНГ. Конечно, речь не идет о полномасштабном военном вторжении боевиков ИГ к ближайшим северным соседям Афганистана, но деструктивное влияние исламистов на внутреннюю стабильность региона в связи с этим весьма ожидаемо. Кроме религиозной пропаганды, вероятны попытки раздуть межгосударственные конфликты из-за проблем с водопользованием, границами и этнонациональной ситуацией. В конце концов боевики и их последователи могут не остановиться и перед совершением терактов.
По общему мнению, наиболее уязвимые в связи с этим – Таджикистан и Кыргызстан. Однако неожиданно появились угрозы и риски на традиционно стабильной туркменско-афганской границе, где активизировались боевики исламского движения Туркестана и проталибски настроенные афганские туркмены.
В связи с этим возрастает роль межгосударственных объединений региона ШОС и ОДКБ, острей становится необходимость продолжения встестороннего сотрудничества в деле обеспечения безопасности и стабильности в регионе.
А опиум и ныне там…
Другой традиционной проблемой Афганистана был и есть (не хочется говорить – и будет) – наркотрафик.
Здесь ожидать каких-то резких изменений к лучшему пока не приходится. Во-первых, согласно докладу Управления ООН по наркотикам и преступности на конец 2014 года общая площадь посевов опиума в текущем году достигла примерно 224 тыс. га, за год увеличившись на 7%. При этом средний объем наркотика, собираемого с гектара посевов, возрос на 9%, с 26,3 до 28,7 кг.
География распределения долей нелегального бизнеса по различным районам страны практически не изменилась. В основном наркопроизводство сосредоточено в южных провинциях, в то время как второе место по объему занял запад Афганистана. Южная провинция Гельманд сохранила за собой статус лидера по объему выращивания опиума. Последующие места в печальном рейтинге соответственно заняли провинции Кандагар, Фарах и Нангархар.
Как уже было сказано, значительный рост наркопроизводства был зафиксирован в южной части республики. Именно в этом районе объем урожая запрещенной культуры повысился с 23,2 до 29,5 кг на гектар.
Одновременно с этим исследование выявило сокращение цен на опиаты на черном рынке, зафиксированное во всех провинциях. Одной из причин удешевления наркотика было названо общее повышение нелегального производства опиума по стране.
И все-таки работа по противодействию наркобизнесу в Афганистане идет. Тревогу местных властей вызывает и увеличение количества наркозависимых афганцев, которых насчитывается более миллиона (из 31 млн. населения по переписи на 2013 год). Оказать им профессиональную медицинскую помощь не представляется возможным, так как сумма, выделенная министерству здравоохранения на борьбу с наркоманией в 2014 году, составила лишь 1,2 млн. долларов.
О том, что одному Афганистану решить эту проблему, а равно поспособствовать уменьшению наркотрафика не представляется возможным, шла речь на региональной конференции по борьбе с наркотиками, которая прошла в декабре прошлого года в Кабуле. Здесь были представители правоохранительных органов всех стран, непосредственных соседей Афганистана – Пакистана, Ирана, Туркменистана, Узбекистана, Таджикистана и Китая. Озабоченность их понятна – число наркоманов в регионе достигло порядка 10 млн. человек. Так что беда это общая, и афганская сторона высказалась за выработку региональной стратегии борьбы с незаконным оборотом наркотических веществ, отметив, что в ближайшее время правительство ИРА также собирается обновить национальную антинаркотическую стратегию с учетом достижений и ошибок прошлых лет.
Однако выяснилась разница во взглядах на проблему. Например, представитель Таджикистана Хайрулла Заде сообщил участникам мероприятия о росте на территории своей страны количества задержанных контрабандистов и выразил готовность и впредь наращивать усилия в деле пресечения наркоторговли. А вот заместитель главы антинаркотического ведомства Ирана Хади Неджад отметил, что его страна в основном используется наркодельцами в качестве транзитного коридора для доставки запрещенных веществ в другие страны, и намекнул на связь роста афганского наркопроизводства с миссией МССБ.
И все-таки в заключение конференции было решено развивать сотрудничество в сфере расследования преступлений и задержаний крупных деятелей наркобизнеса, задействованных в том числе в организации контрабанды.
Кстати, возвращаясь к замечанию иранского представителя, следует отметить позитивный для нашего Центрально-Азиатского региона момент – наркокартели все чаще прилагают усилия по увеличению нагрузки наркотрафика из Афганистана по так называемому Северочерноморскому маршруту (через север Ирана и Закавказье – в Россию и страны Юго-Восточной Европы). Северный маршрут нелегального трафика наркотиков, пролегавший через страны Центральной Азии в РФ, стал использоваться реже, о чем свидетельствуют агентурные данные и сокращение объема изымаемых здесь опиатов.
Тем не менее это не повод для успокоения, поскольку и существующие объемы поставок по Северному маршруту продолжают вызывать тревогу и требуют продолжения активной борьбы с таким злом, как наркоторговля.
Единственное, что не может пока предложить мировое сообщество Афганистану – это четкую программу действий по эффективному росту реальной экономики этой страны. Хотя все прекрасно понимают, что борьба борьбой, а наркобизнес будет здесь процветать, пока простым людям больше не на чем будет зарабатывать и кормить свои семьи.
Еще в октябре прошлого года пакистанское крыло движения «Талибан», известного своими атаками на территории соседнего Афганистана, провозгласило себя союзниками группировки «Исламское государство». В пакистанском городе Пешавар были замечены лица, причастные к распространению пропагандистских листовок в поддержку ИГ, в местную прессу поступали сообщения от талибов, горячо одобрявших деятельность экстремистской организации. В контексте скорого завершения миссии НАТО в Исламской Республике Афганистан (ИРА) распространение активности ИГ на страны Центральной Азии стало источником обеспокоенности международного сообщества.
Однако, как считают представители правоохранительных органов Афганистана, данные об активности здесь ИГ сильно преувеличены. По мнению командующего Международных сил содействия безопасности в Афганистане (МССБ) генерала Джона Кэмпбелла, в настоящее время в ИРА не следует опасаться угрозы резкого роста влияния террористической группировки «Исламское государство». Он отметил, что на данный момент афганские Вооруженные силы обладают достаточной мощью, чтобы не позволить ИГ и «Аль-Каеде», как и движению «Талибан», серьезно обострить ситуацию в стране.
Кроме того, по мнению местных экспертов, мобилизационная стратегия «Исламского государства» строится прежде всего на борьбе с прошиитскими политическими режимами региона. В Афганистане такая мотивация актуальной не является, потому что абсолютное большинство афганцев – мусульмане-сунниты и не испытывают никакого давления со стороны шиитского меньшинства. И уж совсем успокоительным для афганской стороны можно считать мнение кабульских ученых из Центра изучения современного Афганистана о том, что боевики ИГ рассматривают ИРА и Пакистан как транзитный пункт для распространения своего влияния на республики Центральной Азии.
А это уже повод беспокоиться государствам СНГ. Конечно, речь не идет о полномасштабном военном вторжении боевиков ИГ к ближайшим северным соседям Афганистана, но деструктивное влияние исламистов на внутреннюю стабильность региона в связи с этим весьма ожидаемо. Кроме религиозной пропаганды, вероятны попытки раздуть межгосударственные конфликты из-за проблем с водопользованием, границами и этнонациональной ситуацией. В конце концов боевики и их последователи могут не остановиться и перед совершением терактов.
По общему мнению, наиболее уязвимые в связи с этим – Таджикистан и Кыргызстан. Однако неожиданно появились угрозы и риски на традиционно стабильной туркменско-афганской границе, где активизировались боевики исламского движения Туркестана и проталибски настроенные афганские туркмены.
В связи с этим возрастает роль межгосударственных объединений региона ШОС и ОДКБ, острей становится необходимость продолжения встестороннего сотрудничества в деле обеспечения безопасности и стабильности в регионе.
А опиум и ныне там…
Другой традиционной проблемой Афганистана был и есть (не хочется говорить – и будет) – наркотрафик.
Здесь ожидать каких-то резких изменений к лучшему пока не приходится. Во-первых, согласно докладу Управления ООН по наркотикам и преступности на конец 2014 года общая площадь посевов опиума в текущем году достигла примерно 224 тыс. га, за год увеличившись на 7%. При этом средний объем наркотика, собираемого с гектара посевов, возрос на 9%, с 26,3 до 28,7 кг.
География распределения долей нелегального бизнеса по различным районам страны практически не изменилась. В основном наркопроизводство сосредоточено в южных провинциях, в то время как второе место по объему занял запад Афганистана. Южная провинция Гельманд сохранила за собой статус лидера по объему выращивания опиума. Последующие места в печальном рейтинге соответственно заняли провинции Кандагар, Фарах и Нангархар.
Как уже было сказано, значительный рост наркопроизводства был зафиксирован в южной части республики. Именно в этом районе объем урожая запрещенной культуры повысился с 23,2 до 29,5 кг на гектар.
Одновременно с этим исследование выявило сокращение цен на опиаты на черном рынке, зафиксированное во всех провинциях. Одной из причин удешевления наркотика было названо общее повышение нелегального производства опиума по стране.
И все-таки работа по противодействию наркобизнесу в Афганистане идет. Тревогу местных властей вызывает и увеличение количества наркозависимых афганцев, которых насчитывается более миллиона (из 31 млн. населения по переписи на 2013 год). Оказать им профессиональную медицинскую помощь не представляется возможным, так как сумма, выделенная министерству здравоохранения на борьбу с наркоманией в 2014 году, составила лишь 1,2 млн. долларов.
О том, что одному Афганистану решить эту проблему, а равно поспособствовать уменьшению наркотрафика не представляется возможным, шла речь на региональной конференции по борьбе с наркотиками, которая прошла в декабре прошлого года в Кабуле. Здесь были представители правоохранительных органов всех стран, непосредственных соседей Афганистана – Пакистана, Ирана, Туркменистана, Узбекистана, Таджикистана и Китая. Озабоченность их понятна – число наркоманов в регионе достигло порядка 10 млн. человек. Так что беда это общая, и афганская сторона высказалась за выработку региональной стратегии борьбы с незаконным оборотом наркотических веществ, отметив, что в ближайшее время правительство ИРА также собирается обновить национальную антинаркотическую стратегию с учетом достижений и ошибок прошлых лет.
Однако выяснилась разница во взглядах на проблему. Например, представитель Таджикистана Хайрулла Заде сообщил участникам мероприятия о росте на территории своей страны количества задержанных контрабандистов и выразил готовность и впредь наращивать усилия в деле пресечения наркоторговли. А вот заместитель главы антинаркотического ведомства Ирана Хади Неджад отметил, что его страна в основном используется наркодельцами в качестве транзитного коридора для доставки запрещенных веществ в другие страны, и намекнул на связь роста афганского наркопроизводства с миссией МССБ.
И все-таки в заключение конференции было решено развивать сотрудничество в сфере расследования преступлений и задержаний крупных деятелей наркобизнеса, задействованных в том числе в организации контрабанды.
Кстати, возвращаясь к замечанию иранского представителя, следует отметить позитивный для нашего Центрально-Азиатского региона момент – наркокартели все чаще прилагают усилия по увеличению нагрузки наркотрафика из Афганистана по так называемому Северочерноморскому маршруту (через север Ирана и Закавказье – в Россию и страны Юго-Восточной Европы). Северный маршрут нелегального трафика наркотиков, пролегавший через страны Центральной Азии в РФ, стал использоваться реже, о чем свидетельствуют агентурные данные и сокращение объема изымаемых здесь опиатов.
Тем не менее это не повод для успокоения, поскольку и существующие объемы поставок по Северному маршруту продолжают вызывать тревогу и требуют продолжения активной борьбы с таким злом, как наркоторговля.
Единственное, что не может пока предложить мировое сообщество Афганистану – это четкую программу действий по эффективному росту реальной экономики этой страны. Хотя все прекрасно понимают, что борьба борьбой, а наркобизнес будет здесь процветать, пока простым людям больше не на чем будет зарабатывать и кормить свои семьи.
