Достучаться до власть имущих

В начале прошлого месяца сельчане Талгарского района протестовали против планируемого сноса их домов, построенных на землях сельскохозяйственного назначения рядом с газовой магист­ралью. В другой раз дачники, живущие рядом с областным центром, возмутились действия­ми энергетиков, отключивших им свет за неуплату.

В обоих случаях конфликты удалось быстро погасить. Прибыв на место протеста, заместители акимов Талгарского района и города Конаева выслушали требования пикетчиков, сообща нашли пути выхода из кризисных ситуаций. Сельчанам выплатят компенсации за снос (после проведения оценки имущества), а дачникам возобновили подачу электроэнергии, решается вопрос о погашении их задолженности перед поставщиком.

Пикетчики мирно разошлись, дорожное движение возобновилось. Остался лишь вопрос: почему нужно доводить ситуацию до точки кипения либо прибегать к жестким мерам, обесточив громадный дачный массив, чтобы в конечном итоге стороны – участницы конфликта смогли прийти к компромиссу? Неужели подобные протестные всплески нельзя предотвращать в превентивном порядке, устроив, к примеру, выездное собрание-встречу?

Ведь не секрет, что местные жители строчат сотни заявлений в различные инстанции, пытаясь донести до властей информацию о своих проблемах. Они порой месяцами обивают пороги чиновничьих кабинетов, но не могут попасть к бастыкам на прием.

А вот на акцию протеста те прибывают к ним сами и за очень короткое время. Так, глядишь, различные митинги и пикеты станут популярными мерами по привлечению внимания власть имущих к насущным нуждам людей.

По данным акимата области, в прошлом году из-за отсутствия питьевой воды в регионе состоя­лось 26 несанкционированных акций протеста. За пять месяцев нынешнего года проведено еще 17 аналогичных выступлений. Это говорит о том, что недовольство сельчан и горожан растет.

Граждане жалуются журналис­там на перебои с электро-, газо- и теплоснабжением, сообщают о разбитых дорогах, нехватке пастбищных угодий, поливной воды. Не добившись должных мер от местных властей, активисты пишут лично Главе государства, встречаются в Астане с высокопоставленными чиновниками. И такие встречи нередко дают результат. К примеру, в ауле Сактан Талгарского района заасфальтировали разбитую межпоселковую дорогу лишь после обращения сельчан в Администрацию Президента.

Напрашивается вопрос: что делают местные акимы? Ждут указания «сверху»? Есть вопросы и к правоохранительным органам. По данным областного департамента по противодействию коррупции, в регионе, на полях бывших крестьянских хозяйств, построено около тридцати тысяч домов, не обеспеченных коммуникациями. Кто давал разрешения на их строительство? Почему нет контроля со стороны ГАСК, управления архитектуры?

При встречах с нами, журналис­тами, граждане не таясь сообщают, что покупали земельные участки у местных акимов либо у неких «посредников», имеющих связи в акиматах. Здесь явно проглядывается коррупционный мотив.

Те же сельчане, дома которых попадают под снос, писали заявления на обманувших их земельных брокеров в Антикоррупционную службу, прокуратуру, акиматы, однако управы на обманщиков не могут найти до сих пор.

Вот именно поэтому, потеряв всякую надежду на справедливость, люди выходят на акции протеста, перекрывают дороги, создавая проблемы своим сограж­данам-автомобилистам. Другим способам обратить внимание чиновников на насущные нужды земляков они, видимо, не доверяют.