Иллюзия легкой жизни или игровой тупик?

– Лариса Викторовна, с высоких трибун мы слышим, что лудомания приобретает все больший масштаб, 40% разводов уже происходит по этой причине. По поручению Главы государства Правительством разработаны нормы, направленные на борьбу с лудоманией. Но остановят ли они рост числа игроманов?

– Данные мероприятия направлены именно на блокирование новых людей, которые имеют риск потенциального вовлечения в азартные игры. Но для тех, у кого уже сформирована данная зависимость, предлагае­мые нормы в большей степени неэффективны.

Лудомания относится к процессным (нехимическим) зависимос­тям, а данные типы нарушений поддаются коррекции очень сложно. Необходимо создавать реабилитационные центры и внедрять программы комплекс­ной медико-социально-психологической помощи населению. В процесс реабилитации надо вовлекать как зависимых, так и их семьи, чтобы мы совместно могли влиять на эту проблему.

– Есть предложения по усилению законодательства в сфере игорного бизнеса и лотерейной деятельности. Они направлены на внедрение уголовной ответственности за незаконное открытие либо содержание игорного заведения или нелегальную организацию деятельности в сфере игорного бизнеса в Интернете и административную ответственность за допуск к участию в азартных играх людей в возрасте до 21 года, а также лиц, ограниченных в учас­тии в азартных играх. Озву­чено и намерение увеличить возрастной ценз с 21 до 25 лет для участников азартных игр и пари и с 18 до 21 года – для тех, кто участвует в лотерее. Но разве эти меры – не борьба с последствиями? Станут ли они решением проблемы?

– Такие меры очень своевременны, но с психологической точки зрения они никак не влияют на процесс исцеления от пагубного пристрастия. Возможными их последствиями будет поиск иных способов реализации данного поведения у лиц, вовлеченных в зависимости, либо переход от одной аддикции к другой, например, нехимической – в химическую. Как это может выглядеть? Играл в лотерею, ушел в алкогольную зависимость или рискованное поведение – вариантов много. Нужно помогать населению в социально-психологическом плане, объяснять, почему возникают зависимости и как можно с ними бороться. Любое зависимое поведение напрямую связано с уходом от реальности, которая не устраивает.

Подходы к коррекции и помощи должны строиться именно на анализе этой ситуации. От чего бежит человек, что пытается решить за счет этого? Для эффективной борьбы с проблемой можно было бы внедрять социальные программы, направленные на информирование населения о том, почему возникают зависимости и как можно их предупредить на ранних этапах развития личности.

– В качестве системного решения вопроса предлагают внести лудоманию в список официальных заболеваний в Казахстане с дальнейшей выработкой протокола лечения, реабилитации и профилактики. Насколько это будет дейст­венной мерой? Результаты лечения алко- и наркозависимости не впечатляют, хотя деньги на эти цели различные фонды тратят немалые.

– То, что лудомания – это болезнь, причем серьезная, очевидно. Вопрос в том, как ее лечить и каков будет эффект. Негативный опыт лечения алкогольной и наркотической зависимости связан с тем, что, как правило, в реабилитационные центры страдающих недугом приводят близкие и родные. Сами зависимые в основном не имеют мотивации на исцеление, и поэтому рано или поздно проблема возвращается. А при высокой мотивации человека на исцеление мы получаем в процессе комплексной реабилитации хорошие результаты. Впрочем, есть свои «но».

Во-первых, любая зависимость – проблема не отдельной личности, а всей семьи, и поэтому нужно работать с созависимыми родственниками.

Во-вторых, после курса реабилитации человек возвращается в ту же систему социального взаимодействия, которая стимулировала возникновение проблемы, поэтому возможны откаты назад. Помочь и зависимому, и семье можно, но это требует координации усилий специалистов разного профиля. Необходимо изучать и внедрять опыт стран, в которых успешно помогают людям с зависимостями, и внедрять их опыт у нас с учетом культурных и ментальных особенностей. Нужно соз­давать группы поддержки и помощи не только зависимым, но и их семьям на самых ранних этапах развития личности. Начиная с детского сада изучать потенциальную склонность к аддиктивной реализации и оказывать помощь и консультирование. Кстати, склонность к лудомании можно заметить уже с раннего возраста.

– Лудомания, по мнению экс­пертов, – отражение проблем, которые существуют в обществе. Но точно так же мы говорим о наркомании, алкоголизме. Призывают больше информировать общество об этих пороках. Однако сейчас доступны любые источники информации, накопленных знаний – выше крыши, а пороки процветают. Что же делать?

– Информации много, но она разная. Конечно, любое зависимое поведение отражает проблемы общества, которое влияет на человека. Развитие зависимого поведения, в том числе лудомании, связано с множеством факторов, ведущим из которых является воспитание в условиях недостаточной эмоциональной поддержки со стороны родителей или первичной группы – наиболее близких членов семьи в первые годы жизни. Все зависимые люди имеют травму привязанности, выраженную в большей или меньшей степени. Эмоциональная нестабильность, отсутствие постоянства в семье, непрогнозируемость событий создают условия для возникновения тревоги, неуверенности в себе и мире. Эти факторы являются благоприятной почвой для возникновения зависимостей.

Информирование населения должно носить системный характер и раскрывать механизмы формирования зависимостей, чтобы люди понимали, как это формируется, каким образом фиксируется и закрепляется. Это важно. Телевизор и гаджеты с раннего возраста дают возможность убегать от реальности, а родители дают их своим детям в неограниченном количестве – чтобы ребенок сидел тихо и не мешал.

Так и формируется зависимость: ребенок уходит в мир виртуальной реальности, получая все, что не дают родители. Там ему становится более интересно и надежно. Впоследствии бегство от реальности начинает становиться привычкой. Вообще, семья и близкие всегда поддерживают, часто и неосознанно, формирование любой зависимости, и это целая большая система, о которой надо говорить.

– Как показывает практика, несложно найти способы организации азартных игр. Они появляются гораздо быст­рее, чем создаются законы, объяв­ляются запреты и ограничения. Гонка может идти до бесконечности, потому что во главе угла стоит нажива. Мы можем убедить детей и взрос­лых мыть руки перед едой, не есть грязные продукты, так почему не можем воспитать отрицание наркотиков и азарт­ных игр?

– Думаю, что можем, но нужно правильно к этому подойти. Важен комплекс мероприятий, направленных на работу с семьей. Если взять близких человека с лудоманией, я уверена, что они не знают, почему эта проблема возникла и как они способствовали ее формированию и укреп­лению. Что мы можем делать? Снимать фильмы, социальные ролики, которые помогут понять причины зависимостей, объяснят роль семьи и близких.

Необходимо разрабатывать и комплекс мер по организации досуга детей и молодежи. Правильно организованный досуг является профилактикой любой зависимости.

– Внешне лудомания проявляется через отсутствие контроля. Человек не может остановиться ни при выигрыше – хочется больше, ни при проигрыше – нужно отыг­раться. А как определить лудомана вне игры, проживая рядом с ним?

– Мои учителя – Цезарь Петрович Короленко и Наталья Витальевна Дмитриева – занимались исследованиями лудомании и определили 11 признаков, позволяющих диагностировать ее наличие. А финский исследователь Каунисто выделяет три типа азартных игроков.

В группе «охотники за счас­тьем» преобладают молодые мужчины 18–25 лет с выраженной ориентацией на потребление. Игроки этого типа стараются повысить свое благосостояние самым простым, но опасным для себя способом.

«Отчаянные» – эта группа включает в себя мужчин в возрасте от 30 до 35 лет. Для них характерны сложности в семье, уходящие корнями в детский период жизни. К жене они относятся как к матери и в играх находят способ высвобождения от домашнего гнета.

«Потерявшие надежду» – мужчины зрелого возраста. Их жизнь изобилует неприятными драматическими событиями, потерей значимых отношений и общей неудовлетворенностью.

Принимающие участие в азарт­ных играх лица, которые быстро становятся гэмблерами, обнаруживают до развития аддикции нарушения функции «я». Им свойственны низкая самооценка, плохая переносимость фрустрации, слабый контроль над импульсами. Они находят убежище в бегстве в мир фантазий.

– К примеру, молодой человек, работавший в престижном автосалоне, был в почете у начальства, считался примерным семьянином, но из-за увлечения играми прихватил полученные от клиента десятки миллионов тенге. Их он проиграл, сломав карьеру, под вопросом личная жизнь. Можно ли мерами убеждения спасти такого парня?

– Мерами убеждения, конечно, нет. Следует искать причину его ухода в лудоманию, исследовать актуальные личностные дефициты, от которых он бежит в игру, смотреть мотивационную готовность к исцелению, изучать семейную историю, исследовать степень развития лудомании.