Казахстанские верующие прошли через тяжелые годы репрессий

2088
Юлия Шаповал, член рабочей группы Государственной комиссии по полной реабилитации жертв репрессий, д. и. н., профессор ЕНУ им. Л. Н. Гумилева

По религиозным мотивам репрессиям в республике подверглись около 150 тыс. человек

коллаж Павла Цедилина

Государственная комиссия по полной реабилитации жертв репрессий под руководством Крымбека Кушербаева и Ерлана Карина за три года проделала огромную работу – очень важную и давно ожидаемую обществом.

Одним из направлений деятельности комиссии стало изу­чение положения многоконфессионального духовенства Казахстана. Эта категория людей была подвергнута системным гонениям и репрессиям со стороны советской власти за то, что следовала своим религиозным убеждениям и отстаивала право верить.

Задачей государственной комиссии был комплексный подход к реабилитации жертв большевистско-сталинских репрессий, включающий не только правовую реабилитацию, но и политическую оценку, а также гуманистический подход, восстанавливающий их честь и достоинство.

С самого начала существования советской власти духовенство подвергалось давлению и различным видам репрессий, поскольку религия и ее носители рассматривались как «пережитки прошлого» и «классовые враги», как конкурирующая и влиятельная сила на пути построения коммунистического общества и формирования нового человека, верующего только в коммунистические идеалы. Реализацией Декрета об отделении церкви от государства и школы от церкви (от 14 августа 1918 года) занимался один из отделов Нар­комюста. Он назывался «ликвидационный отдел», что крас­норечиво говорит о конечной цели политики большевистской партии и Советского государства в отношении религии и верующих.

Первая Конституция советского государства (1918 года) относила духовенство к категории «лишенцев», то есть людей, лишенных избирательных прав. Статус этот имел значительные негативные последствия для духовенства, в частности, дискриминировал их в политических и даже ряде социальных прав.

«Лишенцы» не могли быть членами профсоюзов, получать от государства социальные пособия и пенсию, их дети имели ограничения в получении образования. В экономическом плане статус «лишенца» в правоприменительной практике вел к увеличению налогообложения, а в сельских районах – к наложению твердых заданий по хлебо- и мясозаготовкам, которые многие религиозные служители выполнить не могли.

Неуплата налогов, невыполнение твердых заданий по заготовкам вели к судимости по ст. 61 УК РСФСР, которая предусматривала конфискацию имущества и ссылку. Была создана целая система репрессивных мер с соответствующей нормативно-правовой базой. Это ряд декретов, Уголовный кодекс РСФСР 1922 года, статьи 119–125, 227, УК РСФСР 1926 года, Постановление ВЦИК и СНК РСФСР от 8 апреля 1929 года «О религиозных объединениях», различные постановления ВЦИК, постановления Казкрайкома на местах о борьбе с религией и усилении антирелигиозной пропаганды.

Результатом было приравнивание религиозного служения, исповедания своей веры к контрреволюционной агитации и контрреволюционной деятельности в соответствии со ст. 58, п. 10–11 УК РСФСР. Благодаря работе государственной комиссии, доступу к закрытым архивам, рассекречиванию значительного пласта документов (более 2 млн) был выявлен политико-правовой механизм и секретный уровень репрессивной политики, включающий закрытые инструкции, приказы, постановления, служебные записки, распоряжения партийных органов и силовых структур.

Система репрессивных мер против религии и духовенства включала поражение в правах, экономическое давление на духовенство и прямое ограбление религиозных организаций через изъятие всех ценностей и культовых зданий, уничтожение религиозного образования, вмешательство во внутренние дела религиозных организаций, уголовное преследование по политическим мотивам, дискредитацию образа священнослужителя.

Каждая кампания по конфискации, насильственной коллективизации, седентаризации (оседание) и другие антинародные политические акции сопровож­дались усилением репрессий против духовенства. Например, постановление Президиума ВЦИК «О лишении права на землепользование и проживание в местах постоянного жительства крупных баев и скотопромышленников с семьями и конфискации их имущества» от 14 марта 1928 года лишало право на землепользование представителей мусульманского духовенства и их семьи. А согласно документам из местных архивов, Исполнительный комитет Карагандинской области разослал постановление от 8 июля 1933 года, соглас­но которому к байско-кулацким хозяйствам, которые облагаются повышенным индивидуальным налогом, были отнесены «служители религиоз­ных культов» (священники, дьяконы, псаломщики, муллы, ишаны, хазреты и другие).

Представители духовенства обвинялись в подрывной деятельности против мероприятий советского государства с формулировкой, что «под видом религиозных молений проводилась контрреволюционная пропаганда», направленная на срыв мероприятий большевистко-сталинской власти.

В годы Большого террора 1937–1938 годов в рамках реализации приказа НКВД СССР № 00447 от 30 июля 1937 года духовенство было отнесено к антисоветским элементам, подлежащим уничтожению. В эти годы фабриковались большие групповые дела против духовенства разных религий и конфессий, по которым осуждались от десятков до сотен представителей духовенства и активных верующих.

Это групповые дела под агентурными названиями «Духовники», «Ахун», «Суфи», «Цепь Корана», «Черные братья», «О всесоюзном контрреволюционном центре», «Дурман», «Неугомонные», «Богомольцы», «Деятель», «Волынцы», «Баптисты», «Субботники» и многие другие. Заводились эти дела против представителей самых разных конфессий. Отчеты по исполнению приказа НКВД СССР № 00447 содержат также информацию с указанием осуждения фигурантов этих дел по категориям: 1 – расстрел или 2 – долгие строки в исполнительно-трудовых лагерях.

В результате активной работы Проектного офиса по обеспечению деятельности Государственной комиссии выработана новая методология исследования, выявлена государственно-системная масштабность репрессий против духовенства и активных верующих, что позволило более детально определить подкатегории репрессированных по каждому вероисповеданию. Например, в отношении ислама – это мухтасиб, ахун, хазрет, имам, мулла, бай-мулла, бывший мулла, ишан, муэдзин⁄азанчи, муавалли, религиозный фанатик, «бродячие муллы», в отношении православных – поп, священник, митрополит, епископ, протоиерей, дьякон, монахи и монашки, члены церковных советов, активные верующие и другие.

Проектный офис государственной комиссии при определении масштаба репрессий разработал и применил новый подход для определения общего количества жертв политических репрессий, когда учитывались репрессивные меры не только в отношении представителя духовенства, но и последствия для членов его семьи.

Это обусловлено тем, что в следственных делах были установлены многочисленные случаи преследования жен и детей пос­ле ареста самих религиозных служителей, применялась и высылка членов семьи в спецпоселение. Социальное происхождение «сын муллы» или «сын попа» имело негативные последствия для жизни человека: от подозрительного отношения и наблюдения со стороны силовых структур до прямых репрессий. В ряде случаев были выявлены факты развода и смены фамилий, чтобы избежать дальнейших преследований и обезопасить своих детей.

В то же время семейная трагедия потери родственника в ходе репрессий осталась незаживающей раной и в конце 1950-х годов, когда был инициирован пересмотр дел жертв политических репрессий и начат процесс реабилитации, многие потомки обращались в прокуратуру с просьбой прояснить судьбу реп­рессированных родственников.

В части из них описываются трудности, с которыми сталкивались дети религиозных служителей, такие как отказы в выплате пособий, ограничения при поступлении на учебу для детей из-за происхождения, ограничения по сферам деятельности и в продвижении по службе, а главное – тяжелое морально-психологическое состояние из-за неизвестности по поводу судьбы родного человека. Многим потомкам выдавали ложную информацию о смерти репрессированного от болезни в лагерях вместо информации о расстреле.

Проектный офис инициировал в национальном масштабе сбор воспоминаний потомков жертв политических репрессий, среди которых были и потомки репрессированных религиозных служителей. Выяснилось, что многие потомки скрывали от своих детей и внуков, что в их семье был репрессированный служитель духовенства.

Так, например, правнуки расстрелянного православного священника Федора Маляровского узнали о нем только в 2000-х годах, правнуку попалась книга жития святых Шымкентской епархии, где он увидел имя своего прадеда. В случае авторитетного хазрета Нурмухамедова Хасана после его расстрела семья оказалась разъединена и воссоединилась вновь только в 2012 году.

Все перечисленные семейные трагедии являются прямым следствием репрессий против духовенства. На сегодняшний день в результате работы госкомиссии определены только примерные цифры, поскольку масштабы репрессий требуют дальнейшего изучения этого важного вопроса.

По установленным и предварительным данным, по всем категориям представителей духовенства в Казахстане репрессиям по религиозным мотивам подверг­лись около 150 тыс. человек. Более 40 тыс. из них являются нереабилитированными.

Основная часть нереабилитированных представителей духовенства и активных верующих – это вынужденные беженцы из Казахстана, пропавшие без вести, расстрелянные без суда и следствия, а также представители религиозных групп, которых большевики считали наиболее опасными, такие как ишаны, участники антисоветских восстаний, «иоанниты», «истинно-православные христиане», баптисты, адвентисты-реформисты и многие другие. Таким образом, предстоит еще большая работа по выявлению всех подкатегорий нереабилитированных жертв, а также установлению окончательных цифр по репрессированному духовенству и активным верующим.

Ответ на вопрос, за что их репрессировали, на наш взгляд, во многом содержится в воспоминаниях внучки расстрелянного красноармейцами без суда и следствия в июне 1918 года православного священника Георгия Степанюка. Его супруга три раза ходила в сельсовет и спрашивала: «Что плохого он сделал?», на что ей в третий раз ответили: «Может, он ничего плохого и не сделал, но что он думает, мы не знаем». Следовательно, нельзя было думать по-другому, нельзя было свободно исповедовать свои религиозные взгляды, более того, даже само подозрение в инакомыслии преследовалось.

Казахстанская земля содержит материальные артефакты реп­рессивной политики советской власти по отношению к религии в виде полуразрушенных мечетей и церквей, история которых также нуждается в восстановлении и тесно связана с именами репрессированных религиозных служителей.

По данным Постоянной цент­ральной комиссии по культовым сооружениям (ПКК), в первые годы установления советской власти в Казах­стане было зарегистрировано 2 500 культовых сооружений, в том числе 1 281 мечеть, около 1 050 православных храмов, 170 храмов молитвенных домов других конфессий. Согласно информационному отчету госкомиссии, с 1918 по 1931 год было закрыто 1 630 культовых сооружений, в том числе 782 мечети. К началу 1940-х были закрыты уже практически все религиозные учреждения.

Следует отметить, что в Государственную комиссию по полной реабилитации жертв политических репрессий поступали и продолжают поступать запросы от родственников репрессированных, в том числе от потомков репрессированных религиозных служителей, даже из зарубежных стран, что подтверждает актуальность и важность данной работы для людей. До сих пор остаются люди, которые не знают о судьбе своих прадедов после ареста.

Большая исследовательская работа, проведенная в рамках государственной комиссии, поз­воляет переосмыслить прошлое и на основе извлечения уроков из трагической истории репрессий сделать выводы и двигаться дальше – к строительству нового демократического Казахстана, не допуская повторения трагических ошибок.

Вместе с тем важно подчерк­нуть, что как государственная, так и региональные комиссии никогда не допускали политизации как изучаемого вопроса в целом, так и отдельных фактов, не было в нашей работе поиска врагов или обвинения в произошедших событиях каких-то народов и государств. Мы руководствовались задачами восстановления исторической справедливости в отношении невинных жертв массовых политических репрессий, осуществления полной реабилитации жертв и пострадавших.

Кроме того, работа госкомиссии имеет духовно-нравственное и политическое значение. Возвращая из забвения имена и биографии репрессированного духовенства, актуализируя их подвиг веры, возвращая их в историю семей и вписывая их религиозное служение в многонациональную историю Казахстана, мы не только восстанавливаем историческую справедливость, но и создаем основу для построе­ния демократического общества и государства.

Поэтому для продолжения поисковой, исследовательской работы депутатам Парламента необходимо принять разработанные экспертами и учеными госкомиссии законопроекты о полной юридической реабилитации жертв и пострадавших от репрессий представителей духовенства Казахстана.

Память о репрессированном духовенстве должна сохраняться на основе принципа «работающей памяти». Это предполагает реализацию стратегий сохранения и постоянной актуализации памяти через создание мемориалов, карт памяти, памятников, документальных и художественных фильмов, образовательных стратегий, ономастических мероприятий, создание площадок для академических дискуссий и дальнейшего серьезного научного изучения и восстановления судеб религиозных служителей.

Популярное

Все
Пожар в высотке близ «Хан Шатыр»: названа предварительная причина возгорания
Токаев: «Госслужащим отводится ключевая роль в построении Справедливого Казахстана»
Президент поздравил сотрудников полиции с профессиональным праздником
Олимпиада: Казахстан будет представлен в спортивном скалолазании
Доходы домохозяйств от животноводства за год снизились на 26% в РК
Тенге упал к доллару до минимума с осени 2023 года
Остров Капри: запрет туризма из-за нехватки питьевой воды
Лучники Казахстана одержали историческую победу на Кубке мира
Польша рассматривает возможность закрытия всех погранпереходов на границе с Белоруссией
Почти половина регионов Казахстана отнесена к демографически стареющим территориям
Бибисара Асаубаева первенствовала на Swiss Queens Wednesday
Свыше 25 тыс. казахстанцев прошли плановую вакцинацию против клещевого энцефалита
Спасатели спустили травмированного мужчину с горы
Аким Астаны встретился с жильцами горевшей высотки
Семья из Флориды подала иск к НАСА за пробитую обломком крышу дома
Тейлор Свифт сделала селфи с принцем Уильямом и его детьми
Три человека спасены на реке Иртыш
Путинцева выиграла турнир в Бирмингеме
Значительного повышения тарифов опасаются жители Северного Казахстана
Личность и наследие Шынгыз-хана остаются в центре внимания ученых
Определены победители первой республиканской геологической универсиады
В Алматы приветствовали чемпиона мира Казыбека Ногербека
Тело пропавшей экс-судьи из Казахстана нашли в Германии
Euro-2024: Италия, Испания и Венгрия одержали победы
Двадцать членов ОПГ доставили в полицию
В Казахстане отмечают День отца
Казахский – язык чувств
Астана и Сеул возобновили прямое авиасообщение
Обряд жертвоприношения от имени главы государства совершен на Курбан айт
Токаев: «Курбан айт олицетворяет идеалы добра, милосердия и справедливости»
День медицинского работника отмечается в Казахстане
Главы МИД стран ОДКБ соберутся на следующей неделе в Алматы
Пусть всегда будет папа! Второй год в Казахстане празднуют День отца
Токаев поздравил работников сферы здравоохранения с профессиональным праздником
Бектенов: «Курбан айт напоминает нам о вечных ценностях – милосердии, бескорыстии и великодушии»
Борьба с саранчой: в Туркестанской области защитные мероприятия завершены
Сотни тысяч французов протестуют против ультраправых
Редкие рукописи Корана представлены в Алматы
Иностранные компании открывают заводы в Северном Казахстане
В Косшы вместо «маятниковой» занятости появились постоянные рабочие места
Консолидация и развитие
Снегопад парализовал движение транспорта в двух регионах
Триумф и трагедия казахских баев
В Алматинской области продолжается снос незаконно построенных сооружений
Костанайские археологи бьют тревогу
Максим Фадеев выпустит песню в память о Салтанат Нукеновой
3,4 тыс. нарушителей границы задержаны за месяц в Казахстане
Эдуард Ким выиграл этап Кубка мира по артистичному плаванию
Выпускник школы из Костанайской области – призер десятков математических олимпиад
Бизнесмены останутся без лимитов на вылов рыбы?
«Умные» теплицы смогут получать инвестсубсидии в Казахстане
30 килограммов конфет раздали в Астане ко Дню защиты детей
Сезон атлантических ураганов в 2024 г. может стать самым активным в истории наблюдений
Казахстанские десантники удостоены нагрудного знака «Доблесть и мастерство» в Белоруссии
Акцию с воодушевлением поддержали жители Жамбылской области
Доходы стоматологов в Казахстане побили рекорд
Сегодня Герою Советского Союза Сагадату Нурмагамбетову исполняется 100 лет со дня рождения
Фанаты Димаша изучают казахский язык

Читайте также

Почти половина регионов Казахстана отнесена к демографическ…
Покупатель отсудил более 16 млн тенге за бракованный автомо…
Судебное реформирование: реалии и перспективы
«Нет ничего невозможного!» – уверен полицейский Габит Байжа…

Архив

  • [[year]]
  • [[month.label]]
  • [[day]]