Когда с учениками на одной волне

За плечами Гулжазиры Абдурашитовны более 30 лет работы в школе. Преподаватель русского языка и литературы уже много лет ведет классное руководство, а также готовит олимпиадников.

– Я родилась в Ташкенте. Там же окончила Институт русского языка и литературы, сейчас это Узбекский государственный университет мировых языков, – рассказывает педагог. – В 1991-м начала преподавательскую деятельность. А в 1996 году с семьей переехали в Казахстан.

Сначала обосновались в Таразе. Более 20 лет Гулжазира Маралова проработала в местной школе. Конечно, учить русскому языку казахскоговорящих детей в абсолютно казахскоязычной среде было сложно. Многие и не хотели его учить, не понимая, как он им может потом пригодиться.

– Вот и приходилось объяснять на пальцах, что к чему, – смеется Гулжазира Абдурашитовна. – Детей ведь силой не заставишь учиться, их надо увлечь. А сделать это на самом деле несложно, просто надо найти подход к ребенку. Нельзя взять и махнуть на ученика рукой, даже если он самый непослушный и педагогически запущенный. Он ведь таким не родился. Вероятнее всего, его вынуждают обстоятельст­ва так относиться к учителю, сверстникам и учебе.

Действенным методом в таких случаях может стать разговор с горе-школьником наедине. Ведь одно дело хулиганить на публику и другое – отвечать за поступки, глядя в глаза учителю, без поддержки толпы.

– Они сразу меняются... Я его спрашиваю: «Зачем ты так сделал?» И по глазам вижу, что он тот же вопрос задает сам себе. Зачем? Для чего? И, как правило, после таких разговоров ребенку на следующем уроке стыдно вести себя как и прежде, – раскрывает секреты педагогического мастерства Гулжазира Абдурашитовна. – Но до таких «разборок», конечно, доходит лишь в крайних случаях. Чаще всего контакт я пытаюсь наладить еще на стадии знакомства с классом.

Для этого педагог старается быть на одной волне с детьми. И даже отводит время на то, чтобы выучить популярные у подростков слова и фразы.

– Знаю, к примеру, что значит чилить, когда для детей все кринж или трэш, почему на уроки ходить не в кайф, – не без гордости подтвердила свой уровень знания молодежного сленга учитель с 30-летним стажем. – У меня дочь учится в 11-м классе, вот я и спрашиваю ее, если услышу вдруг от детей новое слово.

Гулжазира Маралова с легкос­тью вспомнила и названия самых известных в среде молодежи групп, футбольных клубов, фамилии лучших баскетболистов, певцов. Знает она и о том, куда ходят подростки, что смотрят, и даже о том, что едят.

По ее мнению, это имеет большое значение для детей. Они начинают по-другому воспринимать учителя, понимая, что он такой же человек и ему интересно не только учить, но и учиться.

– Наверное, поэтому мне и нравится моя работа. Полученными когда-то знаниями в институте у нас не ограничишься. Нужно постоянно работать над собой, потому что и дети, и родители уже не те. Много информации есть в Интернете. И задача любого учителя – рассказать ребенку что-то новое, причем рассказать так, чтобы он это запомнил. Вот и учатся сами учителя вплоть до выхода на пенсию, – отметила наша собеседница.

За три десятилетия работы в школе у Гулжазиры Абдурашитовны накопилось множество наград и благодарственных писем, в том числе от руководства управления образования города Астаны и министра просвещения Гани Бейсембаева. По достоинст­ву вклад учителя оценивают и директора школ, где работала Гулжазира Маралова. К слову, в этом году она перешла в недавно открывшуюся комфорт­ную школу.

– Раньше я работала в десятой школе, а сейчас в – 101-й. Разница, конечно, налицо. В такой школе комфортно не только ученикам, но и учителям. Все классы здесь оборудованы всем необходимым, есть коворкинг-залы, просторные холлы, – рассказывает она. – Вся работа учителей систематизирована, а главное – администрация школы старается мотивировать педагогов на хорошие результаты. И, мне кажется, по такому принципу и должна выстраиваться деятельность во всех учебных заведениях страны.

По мнению Гулжазиры Мараловой, сейчас многое изменилось для тех, кто работает педагогом. И речь не только о повышении зарплаты, но и о лучших условиях для самореализации. Неу­дивительно, что в школах все больше сейчас молодых учителей, а ведь всего 10–15 лет назад молодежь, оканчивая педагогический вуз, уходила работать в другие сферы.

– Мой племянник, к примеру, работает учителем информатики в Таразе. Работу свою любит и уходить из школы не собирает­ся. Невестки тоже учителя. И это радует, – отмечает Гулжазира Абдурашитовна. – Преподавание – самая благодарная профессия. Когда ты видишь, что твои выпускники стали хорошими людьми, добились больших высот, чувствуешь необыкновенный прилив сил.

А на прощание Гулжазира Маралова показала мне в телефоне фотоснимок цветущей сирени.

– Эти цветы посадили когда-то мои выпускники из десятой школы, – поделилась она сокровенным. – И теперь каждый год, когда она начинает цвести, я делаю фото и отправляю им в чат с самыми лучшими пожелания­ми. Конечно, в ответ получаю много слов благодарности и понимаю, что внесла свой вклад в формирование личности каждого ученика. Думаю, это и есть главный стимул в работе для большинства педагогов: искренне радоваться за успехи своих уже взрослых учеников.