Пострадавшие от преследования чаще всего обращаются за помощью при физической угрозе, особенно в отношении детей, а также при столкновении с мошенниками и киберпреступностью. Опыт европейских стран показывает, что введение уголовной ответственности за такое правонарушение способствует росту доверия к правоохранительным структурам.
Такое мнение в беседе с корреспондентом Kazpravda.kz выразила кандидат психологических наук, ассоциированный профессор, заведующая кафедрой психологии ЕНУ им. Л. Н. Гумилева Алия Мамбеталина.
- Алия Сактагановна, каковы психологические последствия преследования для жертв?
- Для ответа на данный вопрос нам необходимо понять вообще смысл данного понятия. Если обратиться к английскому языку и его происхождению, то оно означает навязчивое преследование человека. В наше время такое понятие также означает нежелательное внимание к одному человеку, со стороны другого или группы лиц. Оно естественно может нести различный смысл, но мы говорим именно о том, который приводит к насилию и в свою очередь разрушает базовую потребность человека в безопасности. А это уже классика, когда личность испытывает психологический дискомфорт, нарастает стресс и тревога, снижается качество жизни, повышается фрустрация, падает самооценка, иногда это может привести к изоляции. Элементарно страх заставляет оставаться постоянно дома, как и сталкинг на работе.
.JPG)
- Каковы основные признаки преследования, которые должен распознать психолог при работе с клиентом?
- Если клиент говорит о постоянном страхе, тревоге, ощущении слежки, навязчивых контактах – это повод насторожиться. В моей личной практике, к сожалению, был такой случай. Когда очень порядочная, молодая женщина столкнулась со сталкингом и это привело ее к потере социума, увольнению с работы и обращению к психиатру. Важно обратить внимание на такие особенности поведения, как гипервнимательность к внешней среде, страх выходить из дома, нежелание пользоваться соцсетями или наоборот –навязчивую проверку сообщений и звонков.
- Что вы думаете о влиянии сталкинга на психическое здоровье жертв в долгосрочной перспективе?
- Это как раз касается рефлексии, если вы длительно испытываете стресс, тревогу, отсутствие защищенности, то что вы испытаете как личность? Это та же тревога, стресс, которые приводят к нарушению сна, паническим атакам, навязчивому чувству опасности, падению самооценки, а в длительной перспективе это социальная изоляция и депрессия, последняя отнесена к международной классификации болезней и в реалии это как у Чехова в «Палата №6».
- Как можно помочь жертвам сталкинга справиться с травматическими переживаниями?
Первоочередное, исключить сталкера из окружения жертвы. Это скорее такой правовой аспект, защита граждан Казахстана от любого вида преследования. Во-вторых, если развились отрицательные последствия, то уже необходимо применение различных терапий, в том числе когнитивно-поведенческая, терапия осознанности, групповая терапия по восстановлению доверительных отношений. Возможно и социальное сопровождение, вплоть до помощи с переменной места жительства. У нас же есть программы защиты свидетелей, когда им полностью меняют все, вплоть до личных данных.
- Как вы считаете, может ли наличие уголовной ответственности за сталкинг помочь в уменьшении случаев этого поведения?
- Законопослушный гражданин априори не может создавать дискомфорт окружающим. Как психологи мы всегда предлагаем рефлексировать клиенту, вставать на место другого человека. Если мне кто-то приносит дискомфорт, однозначно, это отрицательный опыт. А значит, уголовная ответственность должна служить превентивной мерой и как-то вселит надежду в то, что я защищён. И преследователь будет знать, что его могут наказать. Кроме того, надо будет разные виды сталкинга уже включать в новое законодательство, особенно в контексте взаимоотношений между разными гендерами.
- В каких случаях жертвы более склонны обращаться за помощью и поднимать вопрос об уголовной ответственности?
- Думаю, что это происходит тогда, когда жертва подвергается физической угрозе, особенно детям если угрожает опасность. А также когда в нашей реальной жизни нас преследуют мошенники. Сегодня ярким примером служит постоянное вторжение в мессенджеры, когда подделывают данные, приобретая подложный номер, или когда взламывают аккаунты. Кстати, недавно, была на семинаре, и психолог поделилась ужасающим примером сталкинга. Сейчас в СКО в телеграммах создают странички, где выставляют фотографии подростков и буквально преследуют их, выкладывают недостоверную, порочащую и неправдивую информацию, которая может легко сломить слабую психику незрелой личности. Самое страшное, что никто не в силах помочь, правоохранительные органы оказались бессильными при обращении. По сути, я сама сталкивалась с преследованиями мошенников, скажу прямо, неприятно и напрягает.
- Может ли уголовная ответственность за сталкинг служить психологической поддержкой для жертв?
- Конечно, любой человек боится потерять свободу. И привлечение к уголовной ответственности дает жертве ощущение справедливости, безопасности и признания боли, снижает чувство беспомощности. В европейских странах уже ввели уголовную статью и это привело к росту обращений и улучшению доверия к правоохранительным органам. Если мы говорим о цифровом Казахстане, то мы должны обеспечить кибербезопасность населения, а это сможет сделать цифровая полиция. Наверное, пора вводить новые департаменты в полиции на государственном уровне.
- Что может помочь правоохранительным органам лучше понимать и реагировать на случаи преследования с точки зрения психологии?
-Как психолог-преподаватель, считаю, что необходима психопросветительская подготовка и сотрудникам правоохранительных органов, которые стоят на страже прав гражданина. Безусловно, мы сможем разработать тренинги объясняющие психологические механизмы сталкинга, распознающие эмоциональные признаки жертв, выделить психологические критерии сталкинга, которые полицейские смогут включить в протокол расследования. Конечно, необходимо включить в программу обучения кризисных психологов темы сталкинга.
-Как вы оцениваете роль семьи и окружения в поддержке жертв сталкинга?
-В любой ситуации, которая касается несовершеннолетнего, семья – ключевой фактор помощи и восстановления. В семье всегда личность ищет поддержки и понимания, которые снижают риск изоляции и чувства вины, открытость семьи помогает жертве обратиться за помощью и создаёт «социальную сеть безопасности». Мама или папа, которые узнали о проблеме и сразу же начинают предупреждать ближайшее окружение, а народная молва всегда лучше всего помогает в осведомленности во многих вопросах.
- Какое значение придаёте профилактике сталкинга и образованию в этой области?
- Раз мы говорим о проблеме, то значит настало время поставить первоочередным вопрос профилактики сталкинга. Нам нужны разработанные программы социально-психологической профилактики, включение в школьные программы тем о цифровой безопасности, личных границах. Несомненно, важны программы по обучению психологов и полицейских по распознаванию признаков сталкинга и созданию общественного мнения и общественного осознания проблем сталкинга и решения этих проблем.
