На фронт призвали в день рождения

Великая Отечественная война обрушилась на страну, когда Мария Яковлевна училась в педагогическом училище. Старшая дочь колхозного счетовода и санитарки местной больницы в селе Чегуновка Воронежской области с детства мечтала стать педагогом и без особых проблем поступила на учебу. Несмотря на то что в семье было пятеро детей, родители не возражали стремлению старшей дочери стать педагогом. Яков Алексеевич и Наталья Дмитриевна не побоялись отпустить 16-летнюю девушку одну в город  – в Павловское педагогическое училище, основанное Петром  I в 1709 году.

В первые же дни войны занятия в педучилище прекратились, многие старшекурсники практически сразу отправились на фронт, а Марии было велено ждать. Девушка устроилась работать паспортисткой в поселке Придача Сталинского района, периодически наведываясь в военкомат, чтобы узнать, когда уже ее призовут на службу в армию.

Повестку она получила 28 октября 1943 года, аккурат в день рождения. Марии исполнилось 19 лет. Родители не стали перечить решению отправиться на фронт. Когда стало понятно, что дочь отправляется на войну, мама, резко отвернувшись к окошку, долго смотрела вдаль, незаметно смахивая уголком платка слезу. Скупой на эмоции отец пожелал вернуться живой.

Эта картина потом часто всплывала перед глазами Марии, а пока она радовалась повестке и возможности отправиться на войну, как это сделали ее сверстники. В военкомате были практически все ее ровес­ницы, такие же, как она, 19-летние девчонки. Лишь некоторые на пару лет постарше.

Вместе с ними ей предстояло служить связистом. Марию Ковалеву определили в 62-й отдельный батальон ВНОС. Внучка фронтовички вспоминает, что название войск, в которых выпало служить, Мария Яковлевна всегда произносила с улыбкой. Далеко не все знали, что ВНОС означает «воздушное наблюдение, оповещение и связь», и часто переспрашивали, чем, собственно, на фронте занималась фронтовичка вместе с сослуживцами.

В годы войны служба ВНОС комплектовалась в основном молодыми девушками и женщинами постарше. Военнослужащие обязаны были знать все самолеты – и отечественные, и вражеские. Не просто знать, а уметь безошибочно различать их по звуку.

Мария Яковлевна всю жизнь помнила практически все марки самолетов – немецкие, финские, советские, американские. И утверждала, что запросто по звуку могла отличить, какой самолет летит – «Мессершмитт 109» или «Мессершмитт 110». Безоши­бочно, как это было на фронте, когда необходимо было не просто распознать летящий объект, но и оперативно передать информацию о нем артиллеристам.

От точности сведений многое зависело – тысячи жизней, судьба сражения. Так что ошибки в деле ВНОС не должно было быть по определению. И это понимал каждый.

На войне мужают быстро. Так и все девчонки-связистки мгновенно повзрослели, стали серьезными и ответственными под стать своим командирам, которые сплошь были мужчинами. Когда уже стало ясно, что на фронте произошел перелом, под­разделение, в котором служила Мария Яковлевна, стояло на защите Польши от воздушных налетов противника. Оккупанты в конце войны, в 1944 году, покинули аэропорт города Жешув, который на то время уже был полностью разрушен. Долгое время жили в землянках, в свободное от несения службы время рыли окопы, занимались боевой и физической подготовкой. О том, чтобы пойти в город, не могло быть и речи.

Уделом связистов было небо, которое они изучали и наблюдали в любое время суток, в любую погоду и, кажется, запомнили на нем каждое облачко, каж­дую птицу и самолет, несший на своих крыльях смерть и разрушения.

Здесь же, в польском городе Жешув, фронтовичка встретила Победу. Мария Яковлевна отдыхала после дежурства по небу, когда вдруг по радио объявили о капитуляции фашистской Германии и окончании войны. Все девчонки тут же соскочили с постели, радостно кричали и визжали, обнимались и поздравляли друг друга.

Только после окончания войны у Марии Ковалевой и ее однополчан появилась возможность погулять по Жешуву, полюбоваться его достопримечательностями. Подразделение расформировали не сразу. Демобилизовалась Мария Яковлевна в звании ефрейтора только в августе 1945 года.

Оказалось, что Жешув – симпатичный городок с пряничными домиками, история которого уходит корнями в далекое прошлое. Советские солдаты получили возможность познакомиться с памятниками архитектуры, побывать в готическом костеле святых Станислава и Войцеха, посетить Жешувский замок. На прогулки в город ходили в кирзовых сапогах и гимнастерках, заметно выделяясь своей одеждой среди местных жителей.

Марию Яковлевну потрясла не столько ухоженность и история города, сколько культура местных жителей. Однажды на людной улице ефрейтор Ковалева нечаянно задела своим сапогом проходившую мимо польку. Та тут же остановилась, достала из сумочки платочек и стала протирать им туфлю…

Мария Яковлевна пережила свой 90-летний юбилей, не дожила несколько лет до столетнего, хотя и мечтала об этом. Она всегда вела активный образ жизни, часто приходила на встречи с учениками близлежащей школы, рассказывая им о фронтовых буднях. При этом всегда подчеркивала, что профессия связиста на войне – самая тяжелая, поскольку он всегда на передовой.

Об угрозе, об опасности, о возможной гибели под пулями и бомбежками никто не думал и уж тем более не говорил вслух. Более того, все были молоды и строили смелые планы на будущее. Мечтали о том, что будет, когда закончится война и воцарится мирная жизнь. В такие минуты откровений оттаивали бойцы серд­цем, каждый вспоминал свое, горькое и радостное, запавшее глубоко в душу. А еще пели. Про темно-вишневую шаль, синий платочек, землянку…

У Марии Ковалевой оказались прекрас­ный голос и слух, как у мамы. Благодаря врожденному таланту она подарила бесценные минуты наслаждения своим боевым товарищам, которые даже не догадывались, что перед глазами фронтовой подруги в эти минуты непременно всплывала картина с мамой у окна.

Песни под гитару, играть на которой выучилась уже после войны, были с Марией Яковлевной до последних дней жизни. Она пела в минуты радости, одиночества и грусти. «Есть еще порох в пороховницах!» – резюмировала ветеранша после очередного соло. А блокнот, в котором записаны слова ее любимых песен, всегда был под рукой.

– Бабушка была очень позитивным человеком, во всем старалась видеть хорошее, – говорит внучка Маргарита Ковалева. – Нам, внукам, она часто повторяла, что на войне научилась терпеть, ждать, ни на что не жаловаться и радоваться жизни. И эту установку она пронесла через всю жизнь, став для нас примером.