Наказание или пытка?

– В начальном варианте законопроекта мы давали поправку по хирургической кастрации педофилов, но Правительство, показав свою несостоятельность, не поддержало данную нужную норму, обозначив свою позицию тем, что не готово причинять физические страдания и унижать достоинство педофилов, опираясь на Конвенцию против пыток и других жестоких, бесчеловечных и унижающих достоинство видов обращения и наказания. Но здесь есть три важных аспекта. Во-первых, преступления сексуального характера против детей – самые жестокие и бесчеловечные. Педофилы причиняют страшную боль не только ребенку, но их родителям и в целом семье. Это преступления особой жестокости. Во-вторых, делать хирургическую кастрацию или нет, должен решать суд. В-треть­их, хирургичес­кая кастрация предусмотрена в странах Европы, которые подписали выше­указанную конвенцию, – отметил в выступлении парламентарий и поинтересовался, готово ли Правительство до второго чтения пересмотреть данную поправку.

Заместитель министра внутренних дел Игорь Лепеха объяснил, из чего исходило Правительство, и обозначил свою позицию по этому поводу.

– На сегодняшний день в отношении педофилов применяется мера «пожизненное лишение свободы». Если он до конца своих дней будет сидеть в тюрьме, есть ли смысл прибегать к хирургической кастрации? Второй момент: действительно, Казах­стан присоединился к Конвенции против пыток и других жестоких, бесчеловечных и унижающих достоинство видов обращения и наказания, и здесь, наверное, это больше вопрос не к МВД, а к Министерству юстиции и Генеральной прокуратуре. Но, по моему субъективному мнению, это будет подпадать под понятие «пытки». В-третьих, кто и как будет эту меру осуществлять? – отметил представитель правоохранительного ведомства и посоветовал депутатам еще раз отправить данную поправку для всестороннего обсуждения всех заинтересованных госорганов.