​Ориентиры духовного развития

– Географическая среда, характер экономики, уровень благосос­тояния, политическое устройство – все эти и многие другие факторы сильно влияют на человека, изменяя либо корректируя его мировоззрение. Но и сознание также определяет бытие. Еще в начале XX века немецкий ученый Макс Вебер в своей самой известной работе хорошо показал, как протестантская этика, связанная с духом капитализма, стала основой для модернизации народов, – говорит эксперт.

По его словам, бурное экономическое и технологическое развитие Японии, Южной Кореи, Сингапура, Китая во многом связано с философией, ментальностью, системой ценностей народов, населяющих эти страны. Воспитываемая и прививаемая с детства дисциплинированность и привычка достигать пос­тавленных целей упорным трудом позволяют азиатским диаспорам также быстро адаптироваться к новым условиям в других странах.

В США, Германии, Бразилии и многих других странах ученики японского, корейского, китайского происхождения в среднем показывают более высокие результаты в учебе, а во взрослой жизни добиваются больших успехов, нежели представители других этнокультур.

– Можно привести еще много примеров, где успех нации был определен не только внешними факторами, но прежде всего «духом народа», позволяющим преодолевать любые барьеры и решать любые задачи. В этом нет ничего неполиткорректного, поскольку эти преимущества люди получают не с генами, а в процессе раннего формирования личности вместе с традиционными устоями, – продолжает Радик Темиргалиев.

Возникает вопрос: свойственны ли исторически казахскому общест­ву какие-то качества, способные обеспечить конкурентоспособность нации в современном мире? Для ответа на него лучше всего немного углубиться в историю.

За последние 200 лет казахский народ пережил три, без преувеличения, революционные эпохи.

В XIX веке была утрачена собст­венная государственность. Это был очень тяжелый период в истории многих народов Азии, Африки, Америки, страдающих под натиском колониальных империй.

– Но казахи не оказались за бортом в этом историческом процессе, – уточняет в связи с этим эксперт ИМЭП. – В течение второй половины XIX века и начала XX века сотни тысяч казахов освоили земледелие, рыболовство, торговлю, пополнили ряды рабочих на различных предприятиях. В течение короткого периода возникла целая плеяда блестящей казахской интеллигенции, основавшая первую в Центрально-Азиатском регионе национальную партию, а затем и национальную автономию Алаш.

Еще одним переломным момен­том истории, происходившим уже на наших глазах, стало обретение независимости и переход к рыночной экономике. Если поднять подшивки газет тех лет, можно вспомнить, как некоторые эксперты предрекали скорую гибель Казахстана в пучине капитализма по причине отсутствия необходимых знаний и умений, поскольку в советское время во многих сферах экономики наша страна была представлена минимально. Без сомнения, 90-е годы прошлого века стали сложнейшим периодом в истории, но казахи сумели успешно адаптироваться к новым реалиям и в этот раз.

Помимо, безусловно, имевших место «попутных ветров» истории, нация сумела дать адекватный ответ на каждый историчес­кий вызов, во многом благодаря своим лучшим качествам.

– Одним из главных преимуществ казахского этноса всегда была открытость, включающая в себя готовность заимствовать, перенимать и изучать чужой опыт, – утверждает Радик Темиргалиев. – Предкам всегда была чужда жесткая и закрытая консервативность, отвергающая любые перемены и новшества. Стремление учиться, особенное уважение к учению и образованным людям являлись той чертой казахского общества, которая позволила вчерашним степнякам-скотоводам становиться академиками.

Другим, не менее важным качест­вом национального характера казахов, отмечаемым многими этнографами, всегда являлся прагматизм. Способность не отрываться от реалий сохраняла народ от заб­луждений, от плена заманчивых, но страшных по своей сути идей, охватывающих порой целые нации.

Ну и, наконец, третьим важнейшим столпом казахской идентичнос­ти являлся коллективизм. Взаимо­выручка и взаим­ная поддержка для кочевого общества, циклично испытывавшего серьезные кризисы, были критически важны. Это чувство ответственности, простирающееся за пределы своей семьи, своего рода и стало основой национального самосознания.

В деле преодоления исторических вызовов велика роль национальной интеллигенции. Как отмечает доктор исторических наук, профессор ЕНУ им. Л. Гумилева Светлана Ковальская, к моменту завершения формирования этноса казахи уже имели ту социальную общность, которую можно назвать современным словом «интеллигенция». Именно этот факт позволил выдержать тяжелые испытания, которых немало выпало на долю народа.

По ее словам, возникновение казахской государственности, угроза потери национальной независимости со стороны джунгар и вхождение Казахстана в сос­тав Российской империи – эти переломные моменты дали не только ярких политических деятелей, но и тех личностей, чье творчество было направлено на изменение жизни и соз­нания соотечественников. Тех, кто особенно влиял на процесс модернизации нацио­нального самосознания, кто смог передать величие народа, его историю, характер и состоя­ние души.

К ним мы смело относим Асана Кайгы, Казтугана, Актамберды, Шалкииза, Умбетея, Бухара Жырау, Шортамбая, Дулата Бабатайулы, Ақан сері, Шокана Валиханова, Абая, Ибрая Алтынсарина, Алихана Букейханова, Ахмета Байтурсынова, Шакарима Кудайбердыулы, Маг­жана Жумабаева и многих других.

Нельзя не отметить, что влия­ние интеллигенции на общество идет как прямо, так и опосредованно. В кочевом социуме это влияние распространялось специфическим путем. Велика роль песенного творчества. Еще в начале ХХ века многие исследователи отмечали, что в ауле домбре верят больше, нежели печатной книге. Но и литература постепенно завоевывала позиции. Интеллигенты личным примером, публицистическими произведениями, участием в политической и государственной деятельности воздействовали на общество.

Эволюция общественно-политических взглядов казахских интеллигентов шла по пути глубокого осмысления ситуации в казахской степи, а следовательно, они оказывали существенное влияние на формирование и рост национального самосознания.

Культурная жизнь Казахстана, начиная с XVIII века, имела два вектора развития. С одной стороны, это был период дальнейшего развития национального свое­образия, с другой – начался весьма долгий и противоречивый процесс трансформации всех сфер жизни общества – модернизации, что в конечном итоге привело к переломным моментам, как в культуре, так и в менталитете казахской нации.

Светлана Ковальская напоминает: беспощадная критика всего, что было характерно для жизни своего времени, составляет главную особенность творчества Шортамбая Канаева и Дулата Бабатаева. Поэты эпохи Зар-заман оглядывают всю казахскую действительность и не находят в ней ничего, что могло бы порадовать сердце. Безнравст­венность, сплетни, косноязычие, презрение к страданиям ближнего, глупость, невежество заполнили мир казаха, кажется, что даже скот стал непослушным и строптивым. Авторы впадают в глубокое уныние, нигде не найдя себе утешения. Только прошлое казалось им идеальным.

Кризис кочевого общества явился переломным моментом в духовной сфере. Изменения все чаще заставляли просветителей анализировать происходящее и вглядываться в суть проблем, а главное – надо было дать ответ на вопрос: «Что делать дальше»? Род, племя, племенной союз трансфор­мируются и начинают изменяться – эти новые для степной поэзии мотивы появляются в творчестве целого ряда поэтов, первым из которых был Актамберды Сарыулы.

Критическим духом по поводу происходящих событий наполнены произведения Чокана Валиханова, Абая Кунанбаева, Ибрая Алтынсарина, Мухаметжана Сералина, Султанмахмута Торайгырова.

Однако в отличие от поэтов эпохи Зар-заман для них были характерны иные настроения. Они считали, что движение вперед, развитие возможно и необходимо. Для них образование, к примеру, становится главной ценностью, и они активно проповедуют ее народу.

Помимо активной публицис­тической деятельности казахская просветительская интеллигенция вплотную занималась изучением истории и этнографии казахского народа.

Для современного казахстанского общества интеллигенция, как это было и в прошлом, несет две главные функции. С одной стороны – идеи развития, с другой – постулаты нравственности. Интеллигенция всегда противос­тоит косности, консерватизму, инерции. Она является источником прогрессивных изменений.

Современная казахстанская писательница, культуролог Зира Наурзбаева в своей книге «Четыре облака» рассуждает так: «Если современный человек модель для подражания выбирает рассудочно, то в прежние времена этот выбор рассматривался как священное призвание – часто наследственное. Встав на Путь, человек проходил обряд Посвящения, и с этого момента вся его жизнь оценивалась с точки зрения соответствия высшему эталону. Своей жизнью человек актуализировал идеальное событие, произошедшее в мифологическое время, в высшем мире, с участием божественных, сверхъестественных персонажей. Не только хан и батыр, но и бий, бай, кузнец, музыкант, табунщик и сапожник в казахском традиционном обществе имели собственный идеал, модель для подражания».

Следует сказать, что ее книга посвящена образам великих исторических героев казахского народа: Кобланды-батыра и Бауыр­жана Момышулы, Кунанбая и Алихана Букейханова, Ибрая Алтынсарина и Жумабека Ташенова, то есть людей, с которых современное поколение может брать пример служения народу.

По словам Зиры Наурзбаевой, психолог Эрих Фромм потребность в корнях считал одной из пяти жизненных потребностей человека, отличающих его от животного.

Для современного интеллек­туаль­ного, живущего в космополитическом мире человека знание своих корней подразумевает не только сведения о родословном древе, но и понимание того, как наши предки отвечали для себя на извечные вопросы: «Кто мы?», «Откуда мы идем?»

В традиционной культуре казахского народа личность всегда имела огромное значение. Выдаю­щиеся правители, отважные воины, муд­рые бии, незаурядные музыканты и певцы неизменно становились сакральными фигурами в народном представлении.

Казахи возводили над могилами таких людей величественные мавзолеи и справляли в память о них даже много лет спустя пышные асы. Их имена превращались в ураны, у них просили поддержки в сложные периоды жизни. И естественно, что при таком положении они становились образцами для подражания и идеалами поведения.

Таким образом, казахстанская интеллигенция всегда давала народу спасительные ориентиры во времена тяжелых испытаний, ломки традиционного общества и вынужденной экономической и политической модернизации.

Жизнь убеждает: в этом мире прогрессируют народы, способные адаптироваться к новым ситуациям, принимающие новое технологическое мышление при сохранении традиционных национальных и нравственных ориентиров.

Так, от стихийного осмысления общественных путей развития национальная интеллигенция рубежа XIX–XX веков пришла к достаточно стройной системе государственно-правового мышления, выразителем которого стали идеалы автономии Алаш.

Современной казахстанской интеллигенции также предстоит дать направление обществу для успешного и устойчивого развития. На наш взгляд, следование примерам великих людей отечественной истории, бескорыстно служивших народу, будет хорошим ориентиром во времена современной модернизации, подобной той, что переживало казахское общество на рубеже XIX и XX веков.

Безусловно, нынешнее образо­ванное, в значительной мере космополитичное и индивидуалис­тичное казахстанское общест­во стало намного сложнее по своей структуре и потребностям. Тем не менее сохранение традицион­ных ментальных установок, следование целям, поставленным Главой государст­ва в статье «Взгляд в будущее: модернизация общественного сознания», вне всякого сомнения, позволят развить национальную конкурентоспособность, добиться прочного успеха каждому граж­данину и всей стране.