Пик «Казправды»: преодолеть себя

Стоя на вершине, окруженной горами, переживаешь чувство неимоверного счастья, полета души. Суровая красота горных пейзажей вызывает восхищение и одновременно удовлетворение собой.

Впервые эти эмоции я испытала на пике «Казахстанской правды». Такое имя носит одна из семи вершин системы гор Угамского хребта Западного Тянь-Шаня. В августе 2003 года группа альпинистов и туристов, среди которых были сотрудники редакции главной газеты страны, совершила восхождение на безы­мянную вершину, высота которой 4 034 м над уровнем моря.

Впоследствии решением ономастической комиссии она стала называться пик «Казахстанской правды». Время от времени мы организуем горный фестиваль, поднимаемся на нашу вершину – проведать ее и проверить свои силы. В общей сложности за прошедшие годы было организовано пять экспедиций, в ходе которых больше сотни человек взошли на вершину.

Каждый руководствовался своим мотивом. Лично меня паковать рюкзак, собираться в дорогу и в целом взваливать ношу по организации горного фестиваля мотивирует стремление пережить волнующий момент победы над собой. Чтобы испытать его, надо основательно потрудиться. Путь до вершины неблизкий и нелегкий. Да и, собственно, в горах не все изме­ряется километрами, количеством подъемов и спусков.

Говорят, что первое впечатление – самое сильное. В случае с восхождением на безымянную вершину, получившую затем название нашей газеты, было именно так. Тогда природа и погода словно решили устроить­ нашей группе испытание на прочность.

В моем активе уже были походы в горы, участие в массовом восхождении на пик Независимости. Тогда я сполна ощутила, насколько изменчива погода в горах. Как запросто можно в течение суток попасть из лета в зиму – с метелями и снежными заносами. Сжечь лицо ультрафиолетом, усиливаю­щимся отсветом снега, и ослепить глаза, пропустив мимо ушей совет бывалых непременно взять солнцезащитные очки.

Приняв во внимание свой печальный опыт первого серьез­ного восхождения, вместе с нашим гидом, профессиональным альпинистом Шамилем Рафиковым, мы подготовили памятку для тех, кто решил влиться в нашу команду. Особую ответственность чувствовала за казправдинцев-«степняков», которые на каждое восхождение приезжали из столицы.

В первый поход уговорила пойти собственного корреспондента газеты «Казахстанская правда» по Кызылординской области Владимира Ли. Нуждалась в помощи проверенного человека. Очень переживала, справлюсь ли со всеми организационными моментами, смогу ли уделить всем внимание, одновременно находясь в команде горовосходителей?!

Зная его легкий характер, была уверена, что Владимир Филиппович всегда придет на помощь, подстрахует. Его умение уместно пошутить, рассказать увлекательную байку, коих у заядлых охотников всегда навалом, подбодрить добрым словом тех, в ком поколебалась вера в себя, было просто незаменимо в таких ситуациях.

И я не прогадала. Позитивный настрой старшего товарища проявился сразу же, как двинулись в путь, в базовый лагерь, располагавшийся в Долине предков.

– Ведьмы кривоногие, дорогу! – то и дело окрест разносилось Володино фирменное обращение, вызывая смех и улыбки группы, энергично начинающей движение в Долину предков, где нам предстояло разбить штурмовой лагерь, провести ночь и утром отправиться на штурм безымянной вершины.

Довольно крутой подъем в гору по «хребту дракона», как прозвали горные люди кряж за его схожесть со скелетом мифического животного, то еще удовольствие! На пути постоян­но попадались огромные валуны, которые не всегда удавалось обойти, и приходилось карабкаться на них, чтобы двигаться вперед. Не меньше проблем создавала и скользкая от непрерывного дождя сыпуха, тянущий вниз столитровый рюкзак, под завязку набитый самым необходимым.

Палатка, каремат, спальный мешок, смена теплой одежды, запас еды на два дня, тарелка и кружка, вода, крем от загара, солнцезащитные очки, гигие­нические принадлежности. Казалось бы, всего ничего, но чем дальше в горы, тем тяжелее становилась ноша.

– Я думал, что в горы надо идти так, как показывают в кино, – гуськом, друг за другом, страхуя на случай падения, – услышала рядом голос Володи, когда завалилась на спину, упершись рюкзаком в каменную глыбу, чтобы передохнуть. – А тут каждый сам за себя.

Коллега признался, что в горах оказался впервые. Для него стало настоящим откровением, что каждый остается один на один с тропой, движется в индивидуальном темпе, не мешая спутникам.

Только тут я обратила внимание, что на ногах у Владимира Филипповича обыкновенные кроссовки, которым дальше беговой дорожки стадиона ход заказан. Проигнорировав ту самую памятку, содержавшую список обязательных вещей, без которых в горы не ходят, он оказался уже в начале пути в затруднительном положении.

Поделиться теплым свитером или шерстяными носками мог каждый из нас. Запасные же берцы в горы никто не несет. При непрекращающемся дож­де без специальной обуви в горах точно делать нечего. На предложение вернуться, пока не поздно, в базовый лагерь Владимир Филиппович резко рванул с места, только засверкали лыжные палки.

До штурмового лагеря – не путать с пионерским – добрались, когда начало темнеть. Естественно, нас здесь никто не ждал. Огромная поляна в окружении заснеженных гор встречала мрачно и недружелюбно. Над горами сверкала молния, гремели пугающие раскаты грома, а на долину обрушился ливень.

– Кто говорит, что не бывает дыма без огня, тот не пытался разжечь костер в горах, – философски заметил Владимир Ли после надцатой безуспешной попытки добиться горения дров, которыми служили свежевыломанные ветки можжевельника. Другой растительности в этой местности нет, а тащить за 10 км дрова от базового до штурмового лагеря никому и в голову не придет.

Горячий чай в тот вечер все же был, и деликатес альпинистов и горных туристов на ужин – запаренная пусть и не кипятком, а горячей водой лапша быстрого приготовления – тоже. Выручила предприимчивая молодежь, прихватившая с собой керосинку. И посиделки с песнями и занимательными историями, пусть и не у костра, а в палатке, тоже были. Как же без них?..

А разыгравшаяся буря буквально неистовствовала, словно вознамерившись доказать всю нелепость звучавшего «как здорово, что все мы здесь сегодня собрались». Дождь сменялся градом, горохом барабанившим по палатке, которую, казалось, вот-вот сорвет с места и унесет на ближайший пик.

Ночь прошла в безуспешной попытке согреться в предусмот­рительно купленном спальном мешке из верблюжьей шерсти, а также не утонуть в луже, которая норовила залить каримат, расстеленный на возвышенности. И все же за считаные часы сна удалось вернуть силы ослабленному организму. И громкое «Подъем!», пронес­шееся над палатками чуть свет, оживило лагерь. Сонные люди поспешно выползали в холод и сырость, чтобы разбрестись по сторонам: кто-то направился к реке умываться, кто-то взялся готовить кипяток.

В то утро мы дышали не только озоном, но и дружбой. Каждый готов был поделиться всем, что имел, и помочь, чем мог. Позавтракав на скорую руку и нагрузив карманы бутербродами и шоколадом, прихватив термос горячего чая, практичес­ки все выдвинулись на штурм вершины. Передумали разве что пара-тройка человек, решивших остаться охранять лагерь. И хотя всем было понятно, что спальникам и палаткам ничего не угрожает, никто никого не осудил.

Кому точно стоило бы остаться,­ так это Владимиру Филипповичу, кроссовки которого так и не успели высохнуть до утра. Сухие теплые носки не спасали положение дел уже хотя бы потому, что с нашей благоухающей зеленью и цветами поляны было видно, что на перевале Чимкентский лежит снег, и путь по нему до вершины в такой обуви был невозможен.

– Дойду, – уперся Володя, решив доказать в первую очередь самому себе, что после «хребта дракона» ему все под силу.

Так и дошел до ледника, скользя по обледеневшим камням в своей не подходящей для гор обувке. И тут появилась дополнительная сложность – яркое снежное поле, которое буквально слепило глаза и вызывало обильное слезотечение. В горах другое солнце, от него не спасает даже сгустившийся туман. Скорее, наоборот, солнечный свет рассеивается настолько, что можно запросто и довольно быс­тро получить ожоги глаз, так называемую снежную слепоту.

Без солнцезащитных очков риск очень высок, а их Владимир Ли тоже не взял. Сотрудник спасательного отряда настоял на спуске вниз в его сопровож­дении. И правильно сделал, потому что переход от перевала до вершины по узкому гребешку даже в берцах оказался экстремальным. Узкая тропка по гребню в разыгравшуюся метель представляла реальную опасность. Неосторожный шаг вправо или влево – и можно запросто соскользнуть вниз.

Впереди группы шел наш главный инструктор Шамиль, чуть поодаль – горовосходители и его помощники, а замыкали нашу группу спасатели департамента по ЧС. Они отправлялись на все пять восхождений, чтобы в случае чего быстро прийти на помощь.

Горы не прощают беспечности, и больше всего я переживала, чтобы каждый поход прошел без ЧП, которые не редкость в горах. Слава Всевышнему, нам удавалось избежать несчастных случаев, включая обморожения и прочие грозные недоразумения. Разного рода приключения не в счет.

Помню, в один из последующих походов на вершину «Казахстанской правды», спустившись с пика в штурмовой лагерь, сот­рудники нашей газеты быстро собрали палатки, упаковали рюкзаки и, не дожидаясь спуска остальных, двинулись в базовый лагерь в предгорье Сайрам-су. По дороге увлеченно вели беседу, не заметив, что свернули не в тот рукав.

Прошли приличное расстояние, пока осознали, что движемся­ хоть и в нужном направлении, но параллельным курсом. Добраться до места назначения, конечно, можно и этим маршрутом, но впереди была горная река Сазан-ата, переправа через бурный поток которой очень опасна. Перейти через горный кряж, разделяющий нас с основной группой, тоже было нереально.

В общем, я оказалась еще тем Сусаниным... Пришлось возвращаться чуть ли не на исходную позицию, чтобы выйти на нужную тропу.

Естественно, с «хребта дракона» мы спустились намного поз­же остальных. Внизу уже начался­ переполох, когда выяснилось, что казправдинцев здесь нет: стартовав первыми, до базового лагеря в ущелье Сайрам-су они не дошли. Когда мы взобрались на последнюю «гриву дракона» и стали видны снизу, навстречу нам уже двигалась поисковая группа, сформированная из сотрудников ЧС и профессиональных альпинистов.

В принципе, наш маршрут на вершину достаточно простой, альпинисты обозначают его как 1-Б. Он не требует умения карабкаться по вертикальным скалам или забираться по вертикальному льду. Нам не нужны ледорубы и страховочные веревки, организация связок для движения по ледникам. Все это удел профессиональных альпинистов.

Для участников же горного фестиваля достаточно соответствующей экипировки и лыжных палок, чтобы подняться на высоту 4 034 м над землей. Но без физической подготовки, а главное, силы воли и желания добиться цели на пик не подняться.

Говорят, что горы созданы для испытаний, они словно проверяют человека. Если это так, то стоит снова и снова подниматься на вершины хотя бы ради того, чтобы испытать эти трудности и пережить незабываемый процесс. Собрать волю в кулак, отмести все страхи и сомнения, преодолеть себя, как это не раз делали сотрудники «Казахстанской правды» и многочисленные читатели и друзья газеты, охотно отправляющиеся на нашу вершину.