Путь артиллериста

Сквозь жерло сражения

В этом году – 100-летие Алексея Ивановича. В Восточно-Казахстанском областном историко-краеведческом музее хранится главная награда фронтовика – Золотая Звезда. Среди боевых наград также ордена Красной Звезды, Красного Знамени, Отечественной войны I степени. По словам научного сотрудника музея Зинаиды Надыкто, Алексея Чернова призвали в армию, когда ему было 18. На тот момент за плечами всего-то учеба в фабрично-заводской школе да начало работы на Белоусовском руднике. Геройские страницы в его биографии появились на фронте.

– В 19 лет Алексей стал участником Курской битвы, – рассказала Зинаида Владимировна. – Как писали в советских очерках, «прошел через жерло сражения». Он был артиллеристом. В составе 123-го артполка его подразделение сдержало атаки превосходящего по численности врага. В том бою восточноказахстанец получил тяжелое ранение.

В госпитале молодому бойцу под­няться на ноги помогли врачи и жажда жизни. Как только выписался, практически сразу вернулся на фронт. Свой боевой путь Алексей продолжил наводчиком 76-миллиметровой пушки в составе 313-го артиллерийского полка. В армии это орудие было уважаемым за простоту и маневренность. Изделие ЗИС-3, как называли пушку в документах, было эффективным и против техники, и против живой силы.

В фонде музея есть представление на награждение Чернова за форсирование реки Одер 27 января 1945 года. По словам командира полка, боец под шквальным огнем умело и быстро переправил на плоту свое орудие вместе с расчетом. «Прямым попаданием сжег два танка, два бронетранспортера, шесть автомашин, уничтожил семь пулеметных точек и до 60 солдат и офицеров противника», – говорится в документе. Как заключил командир, ефрейтор Чернов достоин присвоения звания Героя Советского Союза за стойкость, мужество и отвагу. Восточноказахстанцу в это время не было и 21 года!

Первым рванул к орудию

В музее хранится еще один документ, где подробно описан эпизод Висло-Одерской операции в январе 1945-го. Несколько пожелтевших, отпечатанных на машинке листов хранят воспоминания командира артвзвода лейтенанта Телетова. Офицер приводит множество интересных исторических подробностей. Например, что пушки были на конной тяге, то есть их перевозили на трех парах лошадей. Животным даже на линии фронта старались создать лучшие условия: их сытно кормили, берегли от ранений. Артиллеристам требовались сильные, выносливые и... бесшумные лошади – приученные работать тихо, незаметно для врага.

По воспоминаниям лейтенанта, 27 января их колонна из четырех упряжек с пушками двигалась по шоссе в сторону польского села Вялогон. Навстречу вышел разведчик со словами: «Впереди немцы». По приказу командира батареи колонне следовало остановиться и развернуть орудия. В этот миг фашисты открыли пулеметный огонь. Перепуганные кони метнулись в сторону, бойцы бросились в укрытие за ближайшие дома. Пушки остались на дороге. Едва огонь немного стих, Алексей Чернов первым рванул к орудию. Ему надо было преодолеть примерно двадцать метров открытого, простреливаемого пространства. Все наблюдали за храбрецом. Следом бросился сам лейтенант Телетов. Вдвоем они попытались отцепить орудие от передка, но им не хватило сил. Тогда на выручку поспешили остальные.

«В сторону противника поперек шоссе развернуто орудие и наведен ствол, – описал картину офицер. – Бронебойный снаряд уже послан заряжающим в казенную часть, орудие готово к стрельбе. Через мгновение мы заметили между домами по ту сторону шоссе танк. Он двигался медленно, за заборами была видна только башня. Все готово, но наводчик Чернов медлил. Эта задержка являлась для него характерной, чем-то напоминала выдержку опытного охотника перед выстрелом. Танк начал разворачивать свое орудие в нашу сторону. «Чернов!» – предупреждающе крикнул я. И в это время раздался выстрел. Башня танка содрогнулась, ствол замер. Второй выстрел завершил дело, башню практически снесло».

Восточноказахстанец стрелял только наверняка, экономил снаряды. Пока враг пробовал сориентироваться, подоспели «катюши», исход боя был предрешен. Фашистские танки начали спешно отходить. Алексей со своим расчетом выкатил орудие на открытую позицию и послал в сторону врага еще несколько снарядов. Когда все стихло, оказалось, что из всей батареи пострадала одна пушка плюс несколько солдат получили легкие ранения. На счету штурмового подразделения, по словам лейтенанта, оказались подбитыми три танка, самоходка и два бронетранспортера.

Ефрейтор Алексей Иванович Чернов получил звание Героя до конца войны. Еще раз: парню в это время исполнился всего 21 год!

В свое время широкой известностью пользовалось стихотворение Константина Симонова «Сын артиллериста». Оно было написано в 1941 году о молодом офицере, который передавал координаты для артиллерии Красной армии из тыла врага. Вызывал огонь на себя.

...Летели земля и скалы,

Столбом поднимался дым,

Казалось, теперь оттуда

Никто не уйдет живым.

...«Огонь!» – летели снаряды.

«Огонь!» – заряжай скорей!

По квадрату четыре, десять

Било шесть батарей.

По словам поэта, он описал абсолютно реальную историю. Подвиг Алексея Чернова – из той же череды массового героизма рядовых и офицеров, защищавших Родину от захватчиков. У Симонова молодой артиллерист Ленька остался живым. Раненым, но живым. Алексей Чернов тоже смог уцелеть в страшных сражениях.

Как отметила Зинаида Надыкто, в отличие от ребят 1921–1922 годов рождения, большинство из которых не вернулись с войны, следующий призыв быстро получал боевой опыт, учился умению не подставляться понапрасну под пули и взрывы. Восточноказахстанец уходил на фронт вчерашним подростком, а вер­нулся зрелым мужчиной, героем.

В мирное время Алексей Иванович поселился в Усть-Каменогорске, получил инженерное образование в сельскохозяйственном техникуме. И практически всю жизнь проработал в тресте «Алтайсвинецстрой» – сначала механиком, затем начальником авторемонтной мастерской, главным инженером. Замечательного человека не стало, когда ему было 65 лет.

В областном центре Восточного Казахстана память о герое увековечена в названии одной из улиц в исторической части города на правом берегу Иртыша.