Рожденная степным ветром

Вопросы сохранения казахской породы тазы, а также ее международного признания с 2022 года находятся под патронатом руководства страны. И это неслучайно. Борзая тазы – одно из семи сокровищ казаха – издревле была помощницей степняка в охоте, оберегом юрты, другом человека.

Инициатором создания столичного питомника по разведению собак породы тазы стал энтузиаст Абзал Досыман.

– Тазы – не та собака, что сразу бросается навстречу. Она сначала присматривается: как ты себя ведешь, как говоришь, на чем фокусируешься. Даже если ты молчишь, тазы улавливает твое состояние и соответственно реагирует. Ее ум проявляется в умении тихо наблюдать и делать выводы, – рассказывает Абзал Досыман.

Любовь Абзала именно к этой породе берет свое начало в детстве. До семи лет он жил на жайлау у дедушки с бабушкой в бывшей Торгайской, а ныне Костанайской области. Регион граничит с Улытау, он знаменит не только своей природой, но и тем, что местные степи – это территория обитания волков.

– У моего деда были немалая отара овец и табун лошадей. И все это важное для него живое достояние надо было уберечь от местных хищников. Именно поэтому у него было не меньше 10–15 тазы, которые помогали охранять скот. Я вырос среди тазы и видел, как мой дед их воспитывал и обучал. Как только рождались щенки, он стелил им волчью шкуру, чтобы они знали запах этого хищника. По достижении пяти-шести месяцев подросших щенков уже брали на охоту, предварительно подержав их на голодном пайке пару дней. Именно так в степи из тазы воспитывали охотников, которые не боялись схватки с волком. Испокон веков тазы помогали своему хозяину сберечь скот, – говорит наш собеседник.

В 2010 году, когда родители Абзала приобрели в пригороде Астаны дом, он завел своих собак, среди которых – потомки того самого образцового тазы по кличке Ушар. Сегодня в родительском доме около десяти тазы, еще столько же у пастухов, которым он их передал, чтобы собаки не теряли свои инстинкты.

– В течение десяти лет мой друг Булат Мизанбаев и другие энтузиасты тазы, осознаю­щие ценность этой породы, самостоя­тельно старались ее сохранить. Искали по всей стране тех, у кого были тазы. Так мы создали Общественный фонд «Клуб национальной охоты «Nomad». В 2019 году фонд подарил щенка тазы по кличке ­Ронни ­Президенту страны. Потом у Главы государства появилась Нэнси. Впоследствии заводчик чистокровных тазы Анна ­Захарова подарила ему еще одного щенка, которого назвали Наурыз, – продолжает Абзал.

Тазы дружелюбны с людьми, но им важно пространство. Собака не будет счастлива в тесных помещениях и шумных местах – ей нужны воздух, движение и возможность уединения. Подтверждение тому – молодая тазы Кумай, которая резво подбежала к Абзалу, с интересом обнюхала меня – новое для нее лицо, а потом стремительно бросилась за видимой только ей добычей, и, казалось, никто и ничто не может ее остановить.

К слову, казахская тазы стала частью так называемой «тазы-­дипломатии». Два года назад во время визита Президента Франции Эмманюэля ­Макрона в Казахстан Касым-Жомарт ­Токаев подарил ему двух щенков тазы, получивших клички Жюль и Жанна. А недавно в мировых СМИ появилось сделанное во время приема Президентом Франции короля Дании фото, на которое попали подросшие тазы.

– Это тот момент, когда казахская борзая становится нацио­нальным брендом, – говорит Абзал.

Есть мнение, что родоначальником казахской породы тазы была арабская борзая солюй. Ее привезли в наши края арабские миссионеры. Действительно, тазы и солюй похожи, но со временем произошла трансформация породы.

– В наших степях потомков солюй научили охранять скот от волков и охотиться. Еще одна особенность тазы в том, что она привыкает медленно, но надолго. Поначалу может держать дистанцию. Но если ей спокойно, она чувствует уважительное к себе отношение, то тазы открывается. И тогда рядом с тобой уже не просто собака, а друг с тонкой душой, – рассказывает Абзал.

К слову, брат Абзала Аян продолжает традицию предков в другом направлении: он – беркутчи.

– Решение заниматься беркутами пришло на одной из конных прогулок, которую организовал мой брат Абзал, пригласив туда президента Федерации Казах­стана «Құсбегілік» Берика Уали, – рассказывает Аян.

Сегодня он знает о птицах все. Например, то, что у беркутов феноменальная память. Что они не прощают обиды – резкого окрика или понукания, что признают только равные отношения. Беркутчи и беркут – партнеры, соратники, беркут – продолжение руки беркутчи. Беркуты могут спариваться только в горах, поэтому опытные беркутчи отвозят своих крылатых спутников в горы, где происходит таинство, после которого беркуты возвращаются к своим хозяевам. Беркуты живут около 30–35 лет. На службе они могут находиться максимум 10 лет, после добросовестный беркутчи отвозит свою птицу в горы и отпускает. С благодарностью и почтением.

– Важно отметить, что құс­бегілік, или искусство охоты с ловчими птицами, это не просто традиция, это официально признанный вид спорта в Казахстане. Он входит в состав Ассоциации национальных видов спорта Рес­публики Казахстан. Сущест­вует и специализированная организация – Республиканская федерация «Құсбегілік», которая активно занимается развитием и поддержкой этого направления, – рассказывает Аян Досыман.

Федерация организует регулярные республиканские соревнования, обучающие семинары, занимается подготовкой молодых беркутчи, в работе которых также важны выносливость, техника, знание природы и, конечно, глубокая связь между человеком и птицей.

Для Аяна охота с беркутом – не просто хобби. Это часть его личности, внутреннее призвание, как у Абзала с тазы. Их пути – разные, но корни – общие. Братья Досыман стремятся сохранить и передать следующим поколениям то, что составляет душу казахов.

...А в это время вернулась с пробежки Кумай. В ее шелковистой шерсти, блеске преданных глаз, во всем ее изяществе и грации воплотилась бегущая навстречу степному ветру тазы, оставшаяся в веках.