В Казахстане по поручению Главы государства разрабатывается Комплексный план развития машиностроения

Для этого, например, планируется в 1,5 раза увеличить вычет затрат на научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы, что будет стимулировать предприятия инвестировать средства в разработку и внед­рение инноваций. Кроме того, прорабатываются вопросы софинансирования приобретения оборудования для испытательных лабораторий машинострои­тельной отрасли и стажировки сотрудников на зарубежных предприятиях. Внедряется новая мера – промышленные гранты для машиностроительных предприятий.

По словам заместителя председателя правления Казахстанского центра индустрии и экспорта QazIndustry Алихана Абаканова, несмотря на принимаемые меры, ряд закоренелых проблем так и не решается. Ключевым вопросом остается рост малого и среднего бизнеса в секторе. По-прежнему отечественные машиностроители просят обеспечить их сырьем, произведенным нашими же металлургами, по доступной цене, ставят вопрос о приоритетности и доступности финансирования производителей машин через институты развития. Для подготовки квалифицированных кадров предлагают увеличить подушевое финансирование в рамках дуального обучения. Их беспокоят проблемы углубления отраслевой производственной кооперации и совершенствования технического регулирования.

Поддержка есть, но…

На сегодня в промышленности Казахстана машиностроение занимает 6%, в ВВП – около 1,5%. В отрасли действуют порядка 4 тыс. предприятий. Рост производства в машиностроении в прошлом году составил 9,4%, а по итогам четырех месяцев этого года – 36%. Спрос рынка машиностроительной продукции РК оценивается в 23 млрд долларов, из которых только 3,1 млрд долларов обеспечивается отечественным производством. В этой связи имеется значительный потенциал для роста отрасли за счет импортозамещения.

Государство предусмотрело как финансовые, включая фискальные, так и нефинансовые меры поддерж­ки сектора. Взамен бизнес взял на себя обязательства по достижению определенных показателей, таких как локализация, экспорт, производительность.

Только в этом году на льготное финансирование инвестиционных проектов в обрабатывающей промышленности, в том числе касающихся модернизации производства, по линии Банка развития Казахстана и Фонда развития промышленности (ФРП) Правительство предусмотрело 500 млрд тенге. «Планируется в текущем году увеличить это финансирование до триллиона тенге», – сказал Алихан Смаилов на XI Форуме машиностроителей Казахстана.

В рамках программ «Дорожная карта бизнеса» и «Экономика простых вещей» субсидируются процентные ставки и предоставляются гарантии по банковским кредитам, финансируется строи­тельство недостающей инфраструктуры. Рассматривается вопрос выделения в программе «Дорожная карта бизнеса» отдельной подпрограммы «Өндіріс» для малых машиностроительных компаний, чтобы те могли брать небольшие суммы на свои инвес­тиции и модернизацию производства. Из бюджета будет также профинансировано строительство малых промышленных зон во всех регионах, чтобы малый бизнес мог получить готовые производственные площадки и начинать работу.

Кроме того, в настоящее время в республике действует соглашение о промышленной сборке, в соответствии с которым производители сельхозтехники и автомобилей освобождаются от таможенных пошлин и НДС. Правительство прорабатывает вопрос расширения этой меры на производителей бытовой техники сроком на пять лет. Применяется уплата НДС методом зачета, благодаря чему снижается налоговая нагрузка на машиностроительные предприятия, импортирующие оборудование и комплектующие. Ранее эта норма действовала в отношении четырех товарных групп, а теперь расширена до десяти. Однако, насколько эффективно она сказывается на развитии обработки, усомнился министр национальной экономики Алибек Куантыров:

– К сожалению, мы не видим пока результата от данной нормы, и предприниматели воспринимают ее, как снижение импортных затрат. В свою очередь, у нас стоит задача по развитию внутреннего производства. Если мы говорим о машиностроении, то нужно делать акцент на создание оборудования и компонентов, которые в стране не производятся.

Глава Миннацэкономики также прокомментировал вопрос по возмещению инвестиционных затрат для бизнеса до 20% стоимости строительно-монтажных работ и приобретение оборудования.

– В Предпринимательском кодексе была ссылка на соответствую­щую норму Налогового кодекса, поэтому возвращать ее в Предпринимательский кодекс нет смысла. Однако, согласен, стоит высокий порог для инвестиций. Касательно порога инвестиций для МСБ, думаю, можно рассмотреть его снижение в два раза или больше, если будут потенциальные проекты, которым нужно предоставлять компенсацию, – сказал Алибек Куантыров.

…эффективна ли?

Между тем для развития бизнеса по-крупному необходимы доступные финансы и поддержка государства на рынках, считает член правления Союза машиностроителей Казахстана, руководитель АО «Казэнергокабель» Владимир Бобров.

По его словам, отечественным производителям хронически не хватает доступных финансов. Получение государственного финансирования МСБ через Фонд развития промышленности забюрократизировано. Пороги для участия в программах высокие, даже не все средние компании могут в них участвовать. ФРП есть только в столице, филиалов в регионах нет. Самая действенная для машиностроителей программа – «Даму-Өндіріс», позволяющая приобретать новые и модернизировать действующие основные средства, пополнять оборотные средства и рефинансировать ранее выданные займы, однако средства на нее не выделяются.

Владимир Бобров прокомментировал и другую проблему – как увеличивать экспорт продукции машиностроения? При поставках в европейские страны существую­щая там таможенная пошлина в 7,5% резко ограничивает конкурентоспособность нашей продукции. Да, существует программа кредитования экспортеров, но средства, получаемые по программе, дорогие – 11% и более. Казах­стан до сих пор не является национальным членом Международной электротехнической комиссии, из-за чего на внешних рынках не признаются наши сертификаты и протоколы испытаний. Так стоит ли такими жертвами пробиваться на экспорт?

Мажилисмен Азат Перуашев считает, что все преференции ориентированы на гигантов.

– Гигантомания завела нас уже в тупик, ведь наиболее гибкими, быстро реагирующими на ситуа­цию в экономике – а она вон какая турбулентная (!) – могут быть именно средние предприятия. При создании фонда развития промышленности мы предлагали все действующие институты объединить в один. Сегодня семь институтов занимаются в той или иной мере поддержкой промышленности, и предприятия бегают по замкнутому кругу, обращаясь то в одно, то в другое окошко, – вот чем, по словам Азата Перуашева, аукнулось еще одно доброе дело, некогда поддержанное самими же производителями.

Так, по его словам, в прошлом году ФРП было выделено 50 млрд тенге под 3% и 200 млрд тенге под 7%. В программе приняли участие 10 машиностроительных предприя­тий, прошли только два, да и те до сих не получили финансирование. Предприятия утверждают, что к ним предъявляют надуманные требования при подаче заявок. Они не понимают, почему заявлялась семипроцент­ная ставка, а затем, ссылаясь на базовую ставку Нацбанка, ее подняли до 9%?

– Мы не видим отдельно ФРП или Министерство индустрии и инфраструктурного развития, мы видим государственную политику по отношению к промышленности. И получается, что ее определяет Нацбанк. Почему Нацбанк думает, что, «закручивая гайки», повышая базовую ставку, он борется с инфля­цией? Невозможно победить инфляцию, не создавая собственного производства товаров, – уверен Азат Перуашев.

На странностях статистики не развернуться

Между тем, как отметил министр индустрии и инфраструктурного развития Марат Карабаев, в новом комплексном плане особое внимание уделяется углублению локализации. Для этого обсуждаются две нормы: развитие компонент­ной базы и предоставление мер господдержки только на мелкоузловую сборку. Что же касается обеспеченности отечественных машиностроителей сырьем, то металлургические предприятия – пока эта норма добровольная – совсем неохотно заключают офтейк-контракты на приобретение металлов – алюминия, меди и свинца. Машиностроители все так же остро нуждаются в базовом сырье, и, по словам министра, Казахстан импортирует 2,4 млн тонн стали. А посему стоит задача сделать ее обязательной, и тогда определенную долю произведенного в стране металла металлурги обязаны будут продавать внутристрановым переработчикам.

Конечно, углубление локализации доставляет немало проблем машиностроителям. Как отметила депутат Мажилиса Парламента Динара Шукижанова, с одной стороны, рынок Казахстана – один из самых насыщенных техникой: огромное число брендов мы производим сами, еще больше импортируем. И это правильно – у фермера должен быть выбор, и он есть. Более того, наше Правительство очень лояльно и в части поддерж­ки фермера, поскольку далеко не все страны субсидируют приобретение импортной техники.

С другой стороны, страна нацелена развивать собственное машиностроение, и для этого уже сделано немало: подготовлены необходимые специалисты, обновлено оборудование, построены новые цеха и даже заводы с нуля. Когда «заходит» новый бренд, компания подписывает соглашение о промышленной сборке, но локализацию не позволяет развернуть рынок.

– Мы понимаем, что локализацию невозможно делать на сто или двести тракторов, она связана с объемами. Себестоимость той же кабины увеличивается в разы. Рынок узкий – три тысячи тракторов, и мы в нем варимся. Нужно определиться: мы и дальше будем подписывать соглашения о промсборке или уже ограничимся брендами? – предлагает Динара Шукижанова.

Как правило, в США, Германии, Беларуси, России есть якорные бренды, которые наладили полный цикл производства, у них большие объемы, большие коллективы и очень глубокая локализация. Возможно, Казахстан – единственный, где локализуются 10 марок тракторов и 4 – комбайнов.

Более того, делегаты XI Форума машиностроителей Казах­стана заявляли о проблемах со сбором данных и аналитикой производственных показателей действующих предприятий отрасли. Ведь если объемы рынка непонятны, компаниям сложно строить планы.

– При подготовке комплексного плана мы поняли, что ни у экспертов Союза машиностроителей, ни у уполномоченных органов нет объективных данных о состоянии отрасли. Так, в секторе, согласно статданным, трудятся 115–120 тысяч человек. Мы видим, где трудятся 50 тысяч. А где заняты остальные? Выходит, есть сорокапроцентная вероятность, что мы знаем правду. Потом считаем производительность труда, объемы и валовую добавленную стоимость, – усомнился в корректности отраслевых данных член правления Союза машиностроителей Казахстана Павел Беклемишев.

По его мнению, у нас есть острая необходимость развивать производство энергетического оборудования. Большие успехи и перспективы у горно-металлургического машиностроения. Кажется, что его доля мизерна в общем объеме машиностроения, однако это далеко не так: оно просто «спрятано» в крупных горно-металлургических холдингах.

Голосует покупатель

– Мы постоянно слышим сума­сшедшие цифры: сколько требуется техники для обновления машинно-тракторного парка. Но мы не можем обязать фермеров одномоментно полностью обновить технику. Нет необходимости в этом, да и финансовой возможности нет. Более того, через лет семь этот парк будет снова отсталым, – считает глава Казахстанской Агро Инновационной корпорации (КАИК) Олег Балыбин. – Хотя бы до 10% обновить нужно, но 7–8% – уже прорыв. Все заводы-производители зависят от благосостояния фермера. Он голосует деньгами, имеет право приобрести импорт­ную технику. Фермеры не готовы 100% выкупать технику у нас. Поскольку многие из них ничего не планируют заранее, заводам очень трудно планировать свою работу.

В свою очередь первый замес­титель председателя Ассоциации фермеров Казахстана Ермек Абуов поделился болью аграриев: сельхозтехника продолжает дорожать. Только за последний год ее стоимость выросла в 1,5–2 раза. При этом увеличился разрыв между ценами на отечественную технику и зарубежную. Государство увеличивает субсидии, но цены растут быстрее. По его словам, высокие производственные издержки, технологическое отставание машиностроительных предприятий, металлоемкость и энергозатратность производства сказываются на конечной стоимости отечественной продукции. К тому же у фермера нет свободных средств, поэтому он не может купить ни колесную, ни навесную или прицепную и тем более самоходную технику.

– По-прежнему остро стоит пробле­ма обновления парка сельхозтехники. Вопрос лизинга все актуальнее. В прошлом году под низкий процент фермеры смогли приобрести чуть больше тысячи машин, но потребность-то в 20 раз больше. Финансирование этой льготной программы нужно по­этапно довести до ста миллиардов тенге в течение пяти лет, а ставку снизить с 6% до 3%, – уверен Ермек Абуов. – Поскольку без новой техники невозможно производить продукцию высокого качества и увеличивать производительность труда.

Время показало: казахстанские машиностроители могут делать качественную продукцию и по международным стандартам, и конкурентоспособную по цене. Нужно лишь для этого слаженно и целенаправленно работать. Экономика не терпит вакуума, и когда не успевают наши производители, их вытесняют другие.

Чтобы развивать машинострое­ние по-крупному, надо определиться, по какому пути двигаться, и правильно расставить приоритеты. Задача делится как минимум на три. Первая – выживание существующих предприятий. Вторая – модернизация тех, которые еще способны к модернизации. Третья – создание новых производств, которых пока еще нет. Пора бы уже, к примеру, наладить выпуск деталей из собственного металла, чтобы запчасти тому же фермеру обходились гораздо дешевле.

Удастся ли в Комплексном плане развития машиностроения предусмотреть все и вся? Вопрос остается открытым.