Все, что нас не убило

Самая большая иллюзия нынешнего пандемического реалити-шоу – набившее оскомину заклинание «Мир никогда уже не будет другим». Глупости. Забудем эту малодушную выдумку и вернемся к удобоваримому «Люди не меняются». Тем более что это сущая правда.

Это мы, с разной степенью добросовестности отсидевшие 2 месяца в карантинном подполье, бросились по первому же взмаху стартового флажка в толпу на скидочные распродажи; выпустили детей на дворовые площадки, которые теперь модно называть коворкинг-зонами, но сути это не поменяло: там бездельно тусуются, немного пьют пиво и слегка целуются; уселись в дружный рядок на скамейке в уютном парке и успели сходить на юбилей к любимой тете и на свадьбу к младшему братишке.
Кто молодцы? Мы молодцы! Победить смертельный страх – это примерно как получить право на вторую жизнь. Пусть даже совсем короткую.

Когда у моей подруги из соседнего дома увезли в морг вполне себе бод­рого военного пенсионера 55 лет, она загрустила и сказала, что в гости больше не ходит. А другая знакомая требовала, чтобы газета распесочила всех, «кого следует», потому что ее маму, в одночасье занедужившую, не взяли в больницу – нет мест.

А потом случилась и вовсе апофеозная история о том, как в одни сутки в стране заболели почти полторы тысячи человек. Давайте вместе посчитаем: это едва ли не каждый 10-тысячный житель государства. Для эпидстатистики запредельные показатели, которые отбрасывают Казахстан в списки безнадежно «невыездных».

Когда Президент страны говорит, что ситуация выходит из-под контро­ля, надо понимать, какого мужества стоит это признание. И равна такой же может быть благодарность за эту честность. Расскажу, почему.

От очарования к разочарованию – один шаг. На заре эпидемии ­СМИшникам показалось: наконец-то это случилось – нас перестали игнорировать, мы получили полный доступ к информации, коронавирус нас подружил с чиновниками, они поняли, что мы делаем общее дело. Но нет, ничего подобного не произошло – люди ведь не меняются.

Корпункт «Казправды» в Алматы, как и все наши коллеги, не останавливал работу ни на один день карантина. Без пафоса, но именно в эти тревожные месяцы мы понимали, чего стоит наша работа. И если меня спросят, как мы получали те самые крохи достоверной информации, я отвечу: лучше не спрашивайте.

За 4 месяца общения с городским управлением общественного здоровья корпункту только однажды удалось получить контакты врача-инфекцио­ниста, который работал в «красной зоне», причем щедрость эта сопровождалась словами «дальше договаривайтесь сами».

На этапе прохождения пресс-службы закончились отношения газеты с алматинским департаментом качества и безопасности товаров и услуг. К тому времени с коронавирусом как раз слег главный санитарный врач Алматы. А так хотелось понять, что происходит с нашими чиновниками, которые один за одним отправлялись в госпитальную постель и уже оттуда советовали казахстанцам соблюдать карантинные ограничения.

На самом же деле мы просто пытались узнать от первых лиц в организации отечественного здравоохранения, чем лечат наших больных, как они себя чувствуют после этой терапии, у кого какой иммунитет теперь имеется и как нам лучше всем вместе всю эту опостылевшую историю закончить.

Увы, не получается. И, видимо, не только у нас. Откройте для интереса отечественные интернет-источники и посмотрите, откуда они черпают самую актуальную информацию по ковидной инфекции. Российские, американские, китайские, японские эксперты, они охотно рассуждают об особенностях этой заразы, дают советы и хвалятся своими успехами. Все, что оставили нам, – следить за онлайн-брифингами. Но давайте будем откровенны: ценность их исчерпала себя пару месяцев назад, однако о новом формате общения с людьми так никто и не позаботился.

А пока так: на информационном поле будут править бал запечные эксперты, которые научат что-то там делать с парацетамолом и градусниками, чтобы их было мало в аптеках, но много в одурманенных мозгах.