​Достойный сын своего народа

Ко времени его назначения я уже два года работал заместителем постпреда Казахстана, и наша первая встреча состоялась в Москве.

Его знакомство с работниками Постпредства оставило у всех благоприятное впечатление. Держался он просто, был немногословен, сдержан в суждениях, четко излагал свои мысли, не спешил, внимательно выслушивал каждого выступающего. Разобравшись, чем мы занимаемся, дал несколько дельных советов. Поскольку все вопросы, выдвигаемые рес­публикой перед союзными министерствами и центральными органами СССР, рассматривались с участием Постпредства, следовало уделить особое внимание их обоснованности, чтобы ни одна просьба не оставалась без ответа. «Важен результат», – подчеркнул Байкен Ашимович и призвал нас смелее привлекать специалистов из Госплана, Минфина и других органов республики. «Кроме вас, этим заниматься в Москве больше некому», – сказал он.

В личной беседе со мной долгих расспросов не было. Лишь пожелал напряженной работы, ибо основная тяжесть дел ложится на плечи заместителя постпреда. «Звони, не стесняйся, благо ВЧ-связь имеется», – говорил Ашимов. Это его напутствие помогало мне все 14 лет!

В процессе работы у нас сложились хорошие деловые отношения. С учетом возраста и субординации особо близкой дружбы, конечно, не было, но общались семьями. Когда подошло время, именно с подачи Байкена Ашимовича я стал постпредом. Работа мне нравилась, обстановка была весьма творческая. Мои непосредственные руководители, первый секретарь ЦК Компартии Казахстана Динмухамед Кунаев, председатели Совета Министров республики Мысымхан Бейсебаев, Байкен Ашимов, Нурсултан Назарбаев относились ко мне очень дружелюбно, по-братски.

За многие годы совместной работы с Ашимовым я хорошо изучил стиль и методы работы этого уникального государственника и управленца. Недаром присвоено высокое звание Героя Социалистического Труда.

Байкен Ашимович принял рес­публику в очень сложное время. Сложность в управлении народным хозяйством в то время состояла в том, что все крупные предприятия различных отраслей подчинялись союзным (таких предприятий было 266) и союзно-республиканским минис­терствам (их было 926). Именно Москва выделяла капитальные вложения и материальные ресурсы на их развитие.

Попробуй руководить таким хозяйством, где 90% предприя­тий завязаны на центр. Высокая компетентность и мудрость Байкена Ашимовича позволили в условиях чрезмерной концентрации власти найти выход и решить все вопросы республики. Он сумел получить в Союзе не только полагающуюся респуб­лике долю, но и сверх того. Знал лично всех министров Союза, со многими из них был дружен, установив со всеми доверительные и, прямо скажу, братские отношения.

Алексей Косыгин недолго присматривался к своему молодому коллеге. Видимо, ему импонировало, что Байкен Ашимович на заседаниях Совмина СССР выступал не только с точки зрения интересов сугубо своей республики, а в интересах всего народного хозяйства как единого целого. Интересы республики представлял как часть этой общей проблемы. Будучи постоянным участником заседаний Совета Министров СССР, я испытывал гордость, когда Алексей Косыгин, нарушая очередность расположения республик по Конституции (Казахстан был пятым), представлял слово Байкену Ашимову вторым, после председателя РСФСР или третьим, после председателя Совмина Украины. Иногда председатель Правительства Казах­стана первым начинал довольно непростые прения, задавая нужный тон обсуждаемой проблеме. Косыгину тоже нужны были единомышленники.

Так или иначе, тонкий психолог, обладавший особым даром чутья, на вид не амбициозный, но компетентный и неспешный с выводами Байкен Ашимович быстро завоевал расположение Алексея Косыгина. У Динмухамеда Ахмедовича появился теперь мощный союзник и в Политбюро в лице Алексея Николаевича…

Учитывая дружеские отношения Кунаева с Брежневым, это стоило многого. Недаром экономика и культура Казахстана в 1970–1980-е годы прошлого столетия развивались наибольшими темпами, и именно в эти годы Казахская ССР по своему уровню вышла на третье место в СССР после России и Украины.

Стало традицией: в конце каждого года Байкен Ашимович приезжал в Москву на защиту плана. Конкретная работа над планами начиналась задолго до того, как они поступали в Совмин. Каждое предприятие, каждый район, город, область, все 15 союзных республик развивались только по заранее рассчитанным и принятым годовым и пятилетним планам, и это было главным преимуществом социалистической системы хозяйствования. Поначалу отраслевые министерства и ведомства, их научно-исследовательские институты, другие экономические органы разрабатывали перспективную схему и основные направления народно-хозяйственного комплекса страны. Госплан СССР сводил все это в одно целое и получал прог­ноз на предстоящие 15–20 лет. На основе этих показателей им разрабатывались контрольные цифры, они рассматривались в Совмине СССР. Вот на этом этапе Ашимов и ездил почти еженедельно в Москву, отстаивал интересы республики.

Скажу, что «бои» были жаркие, но слово казахстанского премьера в них часто было решающим. Ведь за каждой цифрой были деньги, ресурсы, а значит, благосостояние людей, казахстанцев. По наиболее жгучим, судьбонос­ным проблемам в республике Ашимов обращался непосредственно к Алексею Косыгину и находил поддержку. Так было и в тот раз, когда Казахстану потребовался очередной миллиард рублей за сданный миллиард пудов высококачественного зерна. Дело в том, что сельскохозяйственная продукция приносила стране большие убытки. Чем больше ее производилось, тем больше было убытков. В этом состоял парадокс в ценообразовании, который большевики не могли преодолеть за советские годы. Космос освоили успешно, а «ножницы» в ценообразовании в народном хозяйстве – никак. Так сложилось…

В те годы финансы страны держал в своих крепких руках министр финансов СССР Василий Гарбузов, преемник известного сталинского финансиста Зверева. Сильная личность, он входил в состав Президиума Совета Министров СССР, был членом ЦК. Отличался своей непримиримой позицией, любому министру мог сказать, что он думал о его делах. Многие его побаивались, но с Ашимовым у него сложились хорошие деловые отношения. Как-никак Казахстан ежегодно поставлял в закрома родины миллиард пудов редкого высококачественного зерна, много мяса и молока, шерсти, вместе с Россией и Украиной был, пожалуй, житницей Союза. Да и об отношении к нему Алексея Косыгина он тоже знал…

Прежде чем запустить бумагу в адрес Косыгина, мы решили прозондировать почву у Гарбузова, финансы были у него. С Байкеном Ашимовичем зашли к нему вдвоем. Надо сказать, я всегда присутствовал при его разговорах с министрами. Потому что это было важно – надо было знать об их договоренностях, чтобы потом легче было работать с аппаратами министерств.

Байкен Ашимович передал привет от Кунаева, запустил в адрес Гарбузова несколько комплиментов и пригласил его посетить Алма-Ату, Казахстан. Ашимов и Гарбузов симпатизировали друг другу, но Василий Федорович на эту «удочку» не «клюнул» и приступил к делу. «Слушай, Байкен, ты доверяешь своему постпреду?» – спросил он. «Да», – ответил Байкен Ашимович. «Тогда слушай», – Гарбузов взял бумагу и карандаш и начал рисовать, как складывался бюджет страны на следующий год и пятилетку.

«Раскрою тебе секрет: впервые в бюджете страны намечается дефицит в сумме 5 миллиардов рублей (тогда немалые деньги), – он начал говорить почти шепотом. Услышать такое в 80-е годы равносильно быть причастным к большой государственной тайне чрезвычайной важности. – При всем моем уважении к Казахстану, миллиарду пудов целинного хлеба и Динмухамеду Ахмедовичу Кунаеву я не могу в этот раз выступить твоим ходатаем, как ранее. У государства денег нет».

Помолчал и продолжил: «Мы с Николаем Константиновичем (Байбаков – председатель Госплана СССР), продумываем сейчас, как доложить о сложившейся ситуации Косыгину и Брежневу».

Таково было откровение одного из столпов экономической жизни страны, державшего в своих руках ее кровеносный сосуд – финансы СССР. Скажу, однако, что и в тот раз миллиард рублей Ашимову все же удалось выбить. Помог Косыгин.

Байкен Ашимович так же, как и Алексей Косыгин, пытался расширить права союзных рес­публик в руководстве предприя­тиями, расположенными на их территории, постепенно забирая их у центральных органов в облас­ти планирования, финансирования и материально-техничес­кого снабжения. Объективные предпосылки для этого были. Все усложняющиеся ведомственные и хозяйственные связи, чрезмерная централизация руководства говорили в пользу этой тенденции. Создание совнархозов в республиках тоже было направлено на расширение прав республик. Но, посчитав это волюнтаризмом Хрущева, от этой идеи рано отказались, не дав ей прижиться. За то короткое время существования совнархозов республики ощутили себя полноправными хозяевами своих территорий, начали сами планировать размещение и развитие производительных сил. Совнархозы в первую очередь давали возможность развивать местное хозяйство, удовлетворяющее потребности населения и составлять полновесные местные бюджеты.

Считаю, эта тенденция на постепенное расширение прав рес­публики, наиболее ярко выражалась в Казахстане, благодаря сложившимся объективным и субъективным предпосылкам. К первым относилась общая обстановка в стране, когда все союзные республики созрели для самостоятельного ведения своих дел в масштабе той централизации власти, которая существовала. Это витало буквально в атмосфере. Вспомните короткий период руководства страной Черненко – его первые шаги по децентрализации власти.

К субъективным предпосылкам я отношу большие дружес­кие отношения, сложившиеся за многие годы совместной работы между Кунаевым и Ашимовым. Эти отношения были настолько доверительными, что Динмухамед Ахмедович в последние годы подолгу отсутствовал, выполняя поручения Политбюро КПСС, а Байкен Ашимович оставался в это время на хозяйстве, совмещая с работой первого секретаря.

Все 14 лет Байкен Ашимов шел в тандеме с Динмухамедом Кунаевым, пользовался полной его поддерж­кой. За это время ему удалось разгрузить партийный аппарат от чисто хозяйственных полномочий, постепенно снижая роль партийных органов в ведении вопросов, входящих в компетенцию Совета Министров республики и местных органов.

Постепенно Байкен Ашимович, не прикрываясь широкой спиной Кунаева, брал всю ответственность за состояние народного хозяйства республики на себя, и в 70–80 годы имена этих двух деятелей республики произносились вместе как гарант того благополучия, который дала Казахстану их дружба. К такому выводу я пришел, более 20 лет тесно общаясь с Кунаевым, а с Байкеном Ашимовичем – 14 лет. Не все, наверное, знают, что положение постпреда в цепи государственного управления было особым. Его делало таким особо доверительное отношение первых трех лиц в республике – первого секретаря ЦК, председателя Совмина и председателя Президиума Верховного Совета. Кроме первых двух, его судьбу никто не решал.

Байкен Ашимович, выйдя на пенсию, не устранился от дел и заслужил у общественности республики почетное звание Аксакала нации!

Именно Байкен Ашимович благословил Нурсултана
Назарбаева на перенос столицы в Акмолинск, дал бата и пожелал удачи. Он видел расцвет Астаны, ее изумительные современные постройки и здания. Все помнят, как в 2007 году вся страна по инициативе Нурсултана
Абишевича отмечала его 90-летие в новой столице. Я сам воочию видел все это великолепие, был одним из его гостей. Нурсултан Абишевич при полном зале тогда приветствовал Байкена Ашимова как одного из выдающихся деятелей Казахстана и заодно шутливо поблагодарил за то, что он 23 года тому назад уступил ему должность председателя Совета Министров Казахской ССР.

Прозорливый аксакал с первых дней горячо поддержал политику Президента по возрождению экономики, единению народа, его новый курс на создание независимого Казахстана и до конца дней пользовался теплым отношением Президента.

Байкен Ашимович ушел вслед за любимой супругой Бахыт Асетовной. Ее смерть буквально свалила его. Только 19 дней отделяют их друг от друга. Он, как верный лебедь, не мог прожить без друга, соратника, без единственной любви в его жизни – Бахыт.

Прошло уже более семи лет, как нет с нами Байкена Ашимовича. Много издано книг о нем, написано немало статей и воспоминаний. В Алматы, в доме по ул. Тулебаева, 119, где он жил, установлена мемориальная дос­ка, в его честь открыта новая мечеть «Байкен».

Его именем названы одна из улиц Алматы, технический колледж в Петропавловске. Там же, на его малой родине, 4 августа открыт бронзовый бюст Байкена Ашимовича. В 2015 году создан общественный благотворительный фонд его имени.

Я уверен, что с легкой руки нашего Елбасы этот список будет продолжен. Ни одного худого слова не сказано за эти годы в его адрес.

Байкен Ашимович и Бахыт Асетовна прожили большую и честную жизнь. Они не собрали личного богатства, их богатство – это дети, внуки. Я лично знаю всех детей Ашимовых. Примерные во всех отношениях, скромные и вежливые, как их родители, люди. Желаю им всем достойной жизни! А нашей Республике Казахстан – процветания! Наша страна сейчас на подъеме, полна смелых идей и замыслов. Пусть все это сбудется!