Жаныбек Айгазин, генеральный директор Центра исследований прикладной экономики (AERC)
Всем понятно, что без сильных регионов не может быть сильной страна. И не случайно на расширенном заседании Правительства Президент вновь поднял вопрос реформирования межбюджетных отношений.
Последние 20 лет в Казахстане мы наблюдали усиление централизации. Считалось, что только «наверху» могут грамотно подойти к решению проблем. Но получилось то, что получилось: вместо восьми регионов-доноров в 2000 году в 2020-м их осталось всего четыре. Все остальные на постоянной основе просят трансферты общего характера из республиканского бюджета.
Согласно Налоговому кодексу, максимально налоги собираются на уровне центра. Не так давно на уровень регионов был отдан ИПН и частично КПН – доходообразующие предприятия «нефтянки», добычи и переработки металлов по-прежнему отправляют свои налоги в Национальный фонд.
При этом налоги – наши обязательства перед государством, благодаря чему оно может выполнять свои функции, в том числе по обеспечению населения доступным здравоохранением и качественным образованием.
Но так как 82% налогов собирается на уровне центра, у регионов денег для исполнения своих функций на местах попросту нет. Республиканский бюджет постоянно дает им трансферты, и их размер порой действительно зависит от харизмы акима, от того, сколько он «выбьет».
Но правила должны быть равными для всех. Нужно исходить из бюджетной обеспеченности. Поэтому наряду с фискальной децентрализацией необходима и передача полномочий на места.
В Германии, к примеру, даже НДС делят между федеральным центром и землями, и, возможно, мы тоже к этому когда-нибудь придем. Можно полностью отдать регионам акцизы, КПН, а республиканский бюджет будет решать только вопросы странового масштаба, такие, к примеру, как оборона, национальная безопасность.
Бюджетная политика – это итерационный процесс, и в ней должны быть элементы гибкости.
Следующий момент – регионам нужны не только ресурсы, но и люди, которые смогут ими эффективно управлять. Необходима выборность акимов всех уровней, чтобы люди им доверяли, чтобы избранный чиновник, получив вотум доверия от жителей, отвечал за свои программы.
Я не сторонник революционных методов. Но если, например, начнем с выборов района, а на уровне области будет назначенец, то между двумя руководителями неизбежен конфликт. Если будем выбирать главу области, а он будет назначать своих ставленников на нижнем уровне, то может возникнуть проблема клановости.
В нашей иерархии аким области выше по положению акима района. А с точки зрения налогоплательщиков они должны быть одинаковыми, как в странах развитой демократии. Они оба – такие же работники, которых мы, как налогоплательщики, наняли для выполнения государственных функций.
Возможно, в каком-то регионе стоит попробовать «пилот», где полностью избираются акимы области, района и села, тогда возникнет система сдержек и противовесов. В общем, единственным механизмом развития регионов все-таки являются межбюджетные отношения как элемент бюджетно-налоговой политики с четким разграничением функций, полномочий и налоговых доходов. Тогда будет возможность решать проблемы более эффективно и адекватно.
Наша небольшая по объемам экономика сама вынуждает нас к реформам. Проблема в том, что создаваемый валовый внутренний продукт распределялся несправедливо. Доля заработной платы в ВВП сократилась до 30%, а прибыли компаний увеличились до 60%, это огромные суммы. Надо добиться справедливого распределения национального дохода.
Всем понятно, что без сильных регионов не может быть сильной страна. И не случайно на расширенном заседании Правительства Президент вновь поднял вопрос реформирования межбюджетных отношений.
Последние 20 лет в Казахстане мы наблюдали усиление централизации. Считалось, что только «наверху» могут грамотно подойти к решению проблем. Но получилось то, что получилось: вместо восьми регионов-доноров в 2000 году в 2020-м их осталось всего четыре. Все остальные на постоянной основе просят трансферты общего характера из республиканского бюджета.
Согласно Налоговому кодексу, максимально налоги собираются на уровне центра. Не так давно на уровень регионов был отдан ИПН и частично КПН – доходообразующие предприятия «нефтянки», добычи и переработки металлов по-прежнему отправляют свои налоги в Национальный фонд.
При этом налоги – наши обязательства перед государством, благодаря чему оно может выполнять свои функции, в том числе по обеспечению населения доступным здравоохранением и качественным образованием.
Но так как 82% налогов собирается на уровне центра, у регионов денег для исполнения своих функций на местах попросту нет. Республиканский бюджет постоянно дает им трансферты, и их размер порой действительно зависит от харизмы акима, от того, сколько он «выбьет».
Но правила должны быть равными для всех. Нужно исходить из бюджетной обеспеченности. Поэтому наряду с фискальной децентрализацией необходима и передача полномочий на места.
В Германии, к примеру, даже НДС делят между федеральным центром и землями, и, возможно, мы тоже к этому когда-нибудь придем. Можно полностью отдать регионам акцизы, КПН, а республиканский бюджет будет решать только вопросы странового масштаба, такие, к примеру, как оборона, национальная безопасность.
Бюджетная политика – это итерационный процесс, и в ней должны быть элементы гибкости.
Следующий момент – регионам нужны не только ресурсы, но и люди, которые смогут ими эффективно управлять. Необходима выборность акимов всех уровней, чтобы люди им доверяли, чтобы избранный чиновник, получив вотум доверия от жителей, отвечал за свои программы.
Я не сторонник революционных методов. Но если, например, начнем с выборов района, а на уровне области будет назначенец, то между двумя руководителями неизбежен конфликт. Если будем выбирать главу области, а он будет назначать своих ставленников на нижнем уровне, то может возникнуть проблема клановости.
В нашей иерархии аким области выше по положению акима района. А с точки зрения налогоплательщиков они должны быть одинаковыми, как в странах развитой демократии. Они оба – такие же работники, которых мы, как налогоплательщики, наняли для выполнения государственных функций.
Возможно, в каком-то регионе стоит попробовать «пилот», где полностью избираются акимы области, района и села, тогда возникнет система сдержек и противовесов. В общем, единственным механизмом развития регионов все-таки являются межбюджетные отношения как элемент бюджетно-налоговой политики с четким разграничением функций, полномочий и налоговых доходов. Тогда будет возможность решать проблемы более эффективно и адекватно.
Наша небольшая по объемам экономика сама вынуждает нас к реформам. Проблема в том, что создаваемый валовый внутренний продукт распределялся несправедливо. Доля заработной платы в ВВП сократилась до 30%, а прибыли компаний увеличились до 60%, это огромные суммы. Надо добиться справедливого распределения национального дохода.
