Самые обаятельные и привлекательные?

Львиная доля этих сотен миллиардов долларов иностранных вложений, отметила вице-спикер Ольга Перепечина, шла и продолжает идти в сырьевой сектор и на инфраструктуру, связанную с его транспортировкой и торговлей. Так, в отраслевом разрезе наибольший приток инвестиций пришелся на горнодобывающую промышленность – 12,1 млрд долларов США, а на обрабатываю­щую промышленность – только 5,6 млрд долларов США. Напрашивается вывод, что иностранный капитал в Казахстане, кроме добычи сырья, ничто больше не интересует.

Статистически заключается множество инвестиционных контрактов. Всего с 2017 по 2022 год заключен 351 инвестиционный контракт на сумму 3,4 трлн тенге, из них действующих 238 контрактов на сумму 2,5 трлн тенге.

Контрактов много, а структура нашей экономики продолжает быть импортозависимой. Так, ­Казахстан на 90% зависит от импорта важнейших стройматериалов. Кроме того, несмотря на значительные бюджетные вливания и предоставление налоговых и таможенных преференций в АПК, мы завозим до 56% социально значимых продовольственных товаров.

Однако, как выяснилось, и в кажущийся привлекательным нефтедобывающий сектор не так легко завлечь инвесторов. Исполняющий обязанности председателя правления, член правления НПП РК «Атамекен» Раимбек Баталов отметил, что отсутствие современной региональной информации о геологической изученности недр оказывает негативное влияние на инвес­тиционную привлекательность отрасли.

– Международный опыт доказывает, что именно наличие актуальных и высокоточных данных о геологическом строении недр является главным фактором для принятия решения о начале геологоразведочной деятельности крупнейшими мировыми горнодобывающими компаниями и компаниями более мелкого порядка, – сказал он.

Кроме того, в Казахстане наблюдается высокий износ магистральной железнодорожной сети – порядка 70–75%, однако на законодательном уровне отсутствует механизм привлечения инвесторов в развитие действую­щей железнодорожной инфраструктуры.

– Для создания благоприятных условий необходимо выработать механизм привлечения частных инвестиций в развитие действующей инфраструктуры. Отечественный бизнес готов инвестировать при условии совместного определения фактической пропускной способности инфраструктуры на участках и гарантированного получения доходов от чистой прибыли с увеличенной пропускной способности инфраструктуры, – сказал он.

Немаловажную роль в привлечении иностранного капитала должно играть Министерство иностранных дел. О том, как казахстанские дипломаты ищут инвесторов, рассказал заместитель министра иностранных дел Алмас Айдаров. Есть повод для гордости, правда сдержанной, так как релокацию ушедших из России компаний назвать привлечением инвесторов можно с натяжкой. По информации Айдарова, 67 международных компаний дали согласие на релокацию в Казахстан, среди которых есть и офис социальной сети TikTok.

Насколько TikTok продуктивный для нашей страны инвестор, пока сказать сложно, потому председатель Комитета Сената по финансам и бюджету Султанбек Макежанов отметил необходимость передать функции по заключению инвестиционных контрактов от Министерства иностранных дел в местные исполнительные органы.

– Необходимо предусмотреть встречные обязательства инвес­торов в рамках инвестиционных контрактов, законодательно закрепить запрет на необоснованный пересмотр исполнительными органами ранее принятых обязательств в рамках заключенных договоренностей, усилить институт Инвестиционного омбудс­мена путем введения должности заместителя инвестиционного омбудсмена на уровне заместителя Премьер-министра, в целях эффективного рассмотрения жалоб инвесторов, а также решения их вопросов в досудебном порядке, – сказал сенатор.

Заместитель директора Центра макроэкономического анализа и прогнозирования АО «Институт экономических исследований», член Клуба молодых экс­пертов при Сенате Ернар Серик считает, что относить Казахстан к безуспешному инвестпартнеру нельзя. Однако ограничения и проблемы все же присутствуют, особенно касаемо инвесторов в недобывающих секторах экономики.

– Инвесторов в несырьевые секторы беспокоит не только политическая обстановка в стране, но и экономическая. К примеру, макроэкономическая ситуация в Казахстане сильно зависит от мировых цен на нефть и металлы. Из-за продолжительного непропорционального роста в добывающей промышленности может необоснованно укрепляться национальная валюта, из-за чего страдают несырьевые секторы экономики. Так, несмотря на большие объемы иностранного капитала, вложенного в страну, сложилась практически моноот­раслевая структура инвестиций, которая сосредоточена главным образом в отраслях, связанных с добычей, первичной обработкой и транспортировкой нефти, а также металлов, – считает эксперт.

Также главными системными барьерами для ведения бизнеса в Казахстане остаются проблемы с верховенством закона и коррупцией, отметил Ернар Серик.

– Свидетельство тому – позиция страны в рейтинге Восприятия коррупции, в котором Казах­стан занимает 101-е место среди 180 стран, и количество арбитражных исков, предъявляемых инвес­торами. В 2021 году в отношении РК было 19 исков. Помимо этого, ключевыми проблемами в привлечении инвестиций в Казахстан остаются такие всем известные проблемы, как высокий уровень присутствия государства в экономике, зависимость экономической ситуации в стране от цен на энергоресурсы, непредсказуемость и непрозрачность регуляторной системы, – считает Ернар Серик.

Ну и важное: в Казахстане в сфере прямых иностранных инвестиций сформировалась тенденция значительного превышения доходов, получаемых инвесторами, над обязательствами по прямым инвестициям и чистыми притоками инвестиций.

– Другими словами, инвесторы получают больше в форме доходов, чем объемы средств, которые вкладывают. За период с 2013 по 2022 год совокупный объем доходов к выплате иностранным инвес­торам составил 175,5 миллиарда долларов, а чистый приток ПИИ в РК за это время – 56,2 миллиарда долларов. Главная проблема с оттоком инвестиционных доходов из Казахстана заключается в том, что отток устойчиво высокий и практически в три раза больше, чем чистый приток, что отрицательно сказывается на платежном балансе и общей макроэкономической ситуации в стране, – сказал Ернар Серик.

Резюмировать заседание будет уместно хоть и конкретным, но в сложившихся условиях вполне справедливым спичем от сенатора Сергея Ершова:

– Мы знаем, какие инвестиции получил Казахстан за годы независимости – около 400 миллиардов долларов. Мы знаем, какой инвестиционный климат у нас, какие преференции получают инвесторы. За 9 лет работы здесь я много об этом слышал. Но я никак не могу дождаться ответа – а куда пошли эти инвестиции конкретно? Почему, куда не посмотри, все изношено. Куда пошли эти сотни миллиардов долларов? Вы нам объясните, пожалуйста. Я первые три года в Сенате работал в Комитете по финансам и бюджету. У нас три нефтяных завода, ваши коллеги приходили каждый год и просили деньги то на ремонт, то на реконструкцию этих заводов, обещая, что будет больший объем топлива. В этом году, вы говорите, что, оказывается, эти заводы производят мало, большая часть продукции уходит за границу, мы не можем покрыть свои нужды, и из-за этого пришлось увеличивать цены на бензин, а это сразу повышает цену на все остальное. И самое главное, объясните простым языком, эти инвестиции, сотни миллиардов, как они повлияли на уровень жизни народа? Что мы построили, что производим, куда пошли эти сотни миллиардов долларов? – был эмоционален сенатор.