Там, где падают метеориты и пахнет соснами

«Ничего так не бодрит…»

Вот у вас какие ассоциации возникают при упоминании Челябинска? Скорее всего, фантазия нарисует серый промышленный город, пышущий парами тяжелого производства, таких же «тяжелых» жителей, уверенных, что улыбаться – удел слабаков, а не граждан Танкограда (так называли город в годы Великой Отечест­венной войны).

Про танки правда: здесь творила элита советского танкостроения, выпускалось 80% танков. И про производство истина: Челябинская область – один из крупнейших центров тяжелой промышленности России.

А про серость – мимо. И небо здесь голубое, и сосновый бор – сказочный. О нем можно рассказать без вступления – он того заслуживает, хотя бы ввиду своего преклонного возраста: нынешние сосны – «потомки» реликтового бора, украсившего уральскую землю еще 10–12 тыс. лет назад. Бор тянется изумрудной полосой по правому берегу реки Миасс. Ты еще не вошел под сень деревьев, а тебя уже окатило волнами прохлады. А на фоне этой могучей стены, позади памятника Курчатову, мирно «посапывают» красненькие троллейбусы – у них тут конечная.

И еще об ассоциациях: Челябинский метеорит же! В феврале 2013 года новости взорвал пришелец – метеорит «Челябинск» (так его официально «зовут»). До этого гость около 4 млрд (по оценкам экспертов) лет блуждал в космосе, потом в него врезалось другое космическое тело, подтолкнув к Земле. В плотных слоях атмосферы «камушек» весом примерно 13 тыс. тонн и диаметром 15–10 м взорвался, и до Челябинской области к девяти утра долетели уже остатки: самый крупный осколок в 505 кг рухнул в озеро Чебаркуль, остальные рассыпались на несколько десятков километров, выбив стекла в тысячах домов. А «виновника торжества» потом еще восемь месяцев доставали из озера. Сейчас он хранится в Государственном историческом музее Южного Урала, красуясь при этом на многочисленных сувенирах с популярной фразой: «Ничего так не бодрит, как с утра метеорит».

Переплетение дорог и историй

Продолжим про музей, он в Челябинске славный. Нашу журналистскую группу вел по страницам истории молодой сотрудник музея историк Евгений Никонов (моя персональная рекомендация – замечательный экскурсовод).

Там узнали, что коренные народы Челябинской области – башкиры и казахи. Башкиры обжились на этих землях чуть ранее казахов, которые, будучи представителями младшего и среднего жузов, расселились в этих местах в XVI–XVII столетиях. Русские же казаки пришли в эти края только в XVIII веке. А вообще, Южный Урал – большой плавильный котел многих народов: здесь проживают представители более 130 этносов.

Музейные работники скрупулезно берегут все, что связано с кочевыми временами. Даже рецептом поделились (я, например, не знала, как в прежние времена вялили бастурму): под седло, непосредственно на спину лошади клали куски сырого мяса. Изначально это делалось, чтобы животное не стирало себе спину под седлом; а потом эмпирическим путем выяснилось, что конский пот превосходно просаливал мясо, которое и стало со временем незаменимым продуктом в долгих переходах.

Здесь же, за витринами, предметы быта: кожаный муртай (у казахов и башкир он одинаково использовался под кумыс), деревянная и металлическая посуда (та, которая должна была пережить кочевку). Под стеклом чуть поодаль – казахский шапан с тканым пурпурного цвета поясом и зимним головным убором. Костюм передали музею в дар, а пошит он был примерно в середине XIX века.

И сама юрта, конечно, разделенная перегородкой на половины. На женской занимались приготовлением пищи, здесь же растили детей. А на мужской принимали гостей, и среди экспонатов уже видны самовар и бьющаяся посуда, свидетельствующая о том, что по этой земле проходили активные торговые пути, а значит, можно было взаимообмениваться товарами, это раз. А два: кочевники все больше тяготели к оседлому образу жизни.

Ну и где, как не в музее, задать вопрос: «Почему герб Челябинска – верблюд?» А тут все логично: торговля на Южном Урале процветала, тутошними путями шли торговавшие с Севером персы, китайцы, арабы. С последними в этих краях и появились удивительные для местных животные – выносливые, неприхотливые, дающие молоко и мясо верблюды. И как упоминается в архивных записях, верблюдов в этих краях первыми стали держать казахи. Так верблюд и стал символом Челябинска: золотой, на гербе, потому что «к деньгам», зеленый цвет под ногами – плодородие, крепость позади – та постройка, с которой и берет начало Челябинск. Крепость заложили в 1736 году между Екатеринбургом и Оренбургом на месте урочища Селябэ⁄и (в исконно башкирских словах нет буквы «ч»).

Дружим давно и взаимовыгодно

Сегодня Челябинск – уже многолетний и надежный партнер Казахстана. Как отметил министр межрегионального и международного сотрудничества Челябинской области Дмитрий Глухарев, сложилось типичное для приграничного региона очень активное взаимодействие – Казахстан по-прежнему занимает первое место по товарообороту, причем весьма разнообразному: Челябинский край не «однобокий», славен не только промышленностью, но и пищепромом – на казахстанских полках уже давно обосновалась продукция Южного Урала. Действуют межрегиональные соглашения с пятью областями: Костанайской (это ключевой партнер), Алматинской, Акмолинской, Восточно-Казахстанской и Северо-Казахстанской, отдельное – с Астаной.

Реализуют наши страны и крупный совместный логистический проект «Север – Юг». Это важный проект для нашего северного соседа, и, признаются в правительстве Челябинской области, без Казахстана он просто не состоялся бы: путь лежит по казахстанской железной дороге, дальше грузы уходят на Туркменистан, Узбекистан, Иран и до портов. А вот напрямую «на Китай» Южно-Уральский регион транспортирует уже через станцию Достык.

А еще наши страны и регионы активно «дружат» студентами. В челябинских вузах обучаются около 2,5 тыс. казах­станцев, а в Костанайской области уже почти четверть века принимает студентов филиал Челябинского государственного университета (ЧелГУ). И наши хоккейные команды регулярно скрещивают клюшки.

Организаторы пресс-тура решили не перегружать программу, а потому журналистов познакомили лишь с одним из гигантов тяжелой промышленности региона – Челябинским трубопрокатным заводом. Предприятию больше 80 лет, но работает оно по современным стандартам «белого производства» – высокотехнологично и экологично.

Главная гордость – цех «Высота 239», здесь делают трубы большого диаметра и длиной до 18 м. Местную продукцию хорошо знают у нас: она используется в таких проектах, как «Средняя Азия – Китай» (САК-3), «Сарыарка», «Бейнеу – Бозой – Шымкент».

«Мы – аборигены этого края»

Казахстанскую делегацию в прямом смысле с хлебом и солью приняли и в челябинском Центре народного единства. Директор центра Олег Чернышов провел небольшую экскурсию, запомнившуюся фото на стенах. В центр можно прислать снимок, показывающий уникальность этноса, и это может быть даже портрет: морщинки расскажут о непростой судьбе, национальный платок – о приверженности традициям…

Гостей из Казахстана встречали председатель Казахского областного общественного центра «Азамат» Жадгер Нурумов и его заместитель Мельс Жетписпаев. По данным центра, всего в Челябинской области проживает не менее 35 тыс. казахов. Причем, и на этой формулировке настаи­вают старожилы, казахи – не диас­пора, а коренные жители этого края.

– Мы – аборигены этих земель. Все мои семь поколений предков похоронены на территории России. Мы трепетно бережем язык, традиции, уважение к своим корням, культура народа зависит целиком и полностью от него самого, – подчеркнул Жадгер Жакупович.

Добавляет: все же разнятся обычаи, традиции челябинских казахов и живущих в Казахстане. И даже говорят российские казахи на более чистом казахском языке, причем говорят активно, в семьях – только на нем.

– Как мы относимся к смешанным бракам? А вот такой разговор недавно был: внучка моя говорит своему отцу, моему сыну: «Пап, ажека же наша – башкирка? – Башкирка. – И мама моя тоже башкирка? – Да. – Но мы же все равно казахи!» Свояка моего зовут Василий Иванович, сваха – Ирина Михайловна. Вот и делайте выводы, – смеется председатель.

Рассказывать о Челябинской области можно долго. Поверьте, есть о чем – край озер, а в регионе их насчитывается несколько тысяч, уникален своими природными богатствами (нацпарк «Таганай» и озеро Тургояк – навсегда в моем сердце), своей историей (Златоустовская оружейная фаб­рика – отдельная гордость) и, безусловно, людьми, которые невероятно любят свой край и стараются сделать его еще лучше.