​Четвертая охота на седьмом континенте

Творческий поиск

Если пишущего журналиста можно назвать «золотым» пером, то Анатолий Лаптев – это «золотая» кинокамера Восточного Казахстана. Друзья мэтра попробовали составить фильмографию и расписались в бессилии: только полновесных документальных фильмов отснято больше 30. Плюс бессчетное число новостей, репортажей, очерков, зарисовок, которые в итоге слились в захватывающую одиссею казахстанского Алтая. Седьмого – лаптевского – континента.

В мир кино Анатолия Павловича привел период оттепели 60-х годов. ВГИК – Всесоюзный государственный институт кинематографии – был точкой притяжения творческой молодежи СССР. Именно в эти годы с легкой руки Олжаса Сулейменова в институт набрали знаменитый курс, где были Талгат Теменов, Рашид Нугманов, Амир Каракулов… Сейчас эти имена известны далеко за пределами Казахстана.

Главное, по словам Лаптева, чему научил ВГИК, – это творческому поиску. За серость или непрофессионализм можно было угодить на отчисление. Однаж­ды от плохой отметки на экзамене его спас Владимир Монахов – оператор, снявший советскую киноклассику – «Судьбу человека» и «Оптимистическую трагедию». Во время просмотра студенческой курсовой работы – телефильма «Четвертая охота» – проректор счел ошибочными выбранные кинопланы. Однако Монахов возразил: «непричесанность» кадров, мол, напротив, создает нужный настрой.

По болотам с комарами

В нынешнем году фильму «Четвертая охота» исполнилось 45 лет. В свое время он с успехом прошел по Центральному телевидению и стал «минутой славы» для молодого режиссера-оператора.

– Тогда в моде был писатель Владимир Солоухин, – рассказал герой ленты, писатель-краевед Александр Лухтанов. – Все зачитывались его «Третьей охотой» – книгой о заядлых грибниках. Первая охота – с ружьем, вторая – рыбалка. А я увлекся четвертой охотой – с фотоаппаратом на животных в дикой природе. Съемки шли в горных ущельях, тайге, пус­тыне, на заболоченных берегах Зайсана. Досаждали комары. Долго выискивали бурундучка, но Толя заявил, как отрезал: найдем хоть у черта на куличках. В Кулуджунском заказнике с фонариком бегали за сальпинготусом – ночным зверьком, который больше нигде не водится. Помню, посадили этого гномика на ладонь – меньше мышки, глаза большие, черные, как бусины. Анатолий навел объектив, а зверек, словно специально на камеру, стал умываться малюсенькими, почти невидимыми лапками. Фильм удался. Зрители отмечали, что это едва ли не первая киноработа о живой природе. Тонкая, психологическая. Чего только стоят кадры с цаплей: дождевая капля стекает по длинному клюву, а птица, ничего не замечая,

погружена в свою думу.

«Человек, который поэтизирует жизнь», – так отозвался об устькаменогорце Олжас Сулейменов. Двух творческих людей долгие годы связывает личная дружба. За трилогию об озере Маркаколь («Озеро студеное, ласковое», «Старик и озеро», «Постижение») режиссер-оператор получил премию Ленинского комсомола Казахстана. Все три ленты озвучены Иннокентием Смоктуновским.

– Смоктуновский был страшно занят, и я до сих пор не знаю, почему он откликнулся на мой звонок, – делится воспоминаниями Анатолий Павлович. – Он часто уходил от текста. В одном эпизоде на пасеке внук наблюдает за пчелами и говорит деду: «Я знаю: кто не работает, тот не ест». По сценарию, старику полагалось ответить что-то вроде «Да-да, не поработаешь – не поешь». А Иннокентий Михайлович вместо этого сказал: «Точно, все должны есть»… До чего щепетильный в работе был! Озвучит эпизод, выйдет из кабины, глянет на меня – и снова к микрофону. У меня же все эмоции на лице написаны. По пять-шесть дублей наговаривал.

Край родной, навек любимый

На днях усть-каменогорский кинематографист отметил 75-летие. На юбилейном вечере собравшие­ся увидели репортажи периода работы Анатолия Лаптева корреспондентом республиканского телевидения. Возможно, это десятилетие – с середины 80-х годов до начала 90-х – было самым твор­ческим и деятельным в его биографии. На весь Казахстан и бывший СССР выходили сюжеты о маральниках в Катон-Карагае, нерестилищах на Зайсане и Иртыше, новом заповеднике на Западном Алтае…

А вот по-настоящему истори­ческий отрывок из новостного сюжета 1990 года. Жители Усть-Каменогорска взволнованы выбро­сом облака бериллиевой пыли после аварии на «почтовом» заводе. Поможет ли городу государство? С этим вопросом журналист обращается к экст­ренно прибывшему молодому партийно­му руководителю Нурсултану­ Назарбаеву. И слышит твердый спокойный ответ: ни один казах­станец не остался равнодушным к беде Усть-Каменогорска, респуб­лика приложит все усилия, чтобы ликвидировать последствия ­выброса…

Зал встретил архивные кадры аплодисментами. Каждый местный житель знает: все сказанное в тот раз Нурсултаном­ Абишевичем­ оказалось выполнено. Ульбинский металлургический завод реконструировали, для города разработали комплекс­ную экологическую программу.

Главными героями всех фильмов и репортажей Лаптева всегда были и остаются люди и природа Восточного Казахстана. Как отметил известный восточно-казахстанский орнитолог и писатель Борис Щербаков, почерком кинематографиста является «космический подход»: в малом показывать великое.

– О родном крае Анатолий Лаптев рассказывает мудро, сердечно, талантливо, с философским подтекстом, – заключил Борис Щербаков. – Настоящий солдат, который никогда не расстается с камерой. Он создал свой континент – седьмой. Континент Восточного Казахстана.