Хендмейд «с душой» стоит дорого, но ценится еще выше

То, что пошивается под семейным брендом NATA KINA, в том числе для модных показов, можно носить. Городской шик, кэжуал, этника или классика – не так важно, к какому стилю больше тяготеет эта одежда. Имеет значение только то, что вполне практичные и носибельные куртки и жакеты, в которых уместно показаться и в пир и в мир, существуют исключительно в единичных экземплярах. Сколько бы раз ни приходилось исполнять заказ на одну и ту же модель, она не становится тиражной. А все потому, что большая часть работы в каждой вещи – это добротный, профессиональный и уникальный хендмейд.

Главная интрига изделий из капсульных коллекций Александры – особые техники декорирования ткани. Имеется среди них и одна авторская. У нее нет ни названия, ни описания, только впечатляющий результат. Яркий платок пришивается крупной стежкой к полочке жакета и специальным шлифовальным аппаратом местами стирается до мелких плешин и дырочек.

– Так мы его художественно рвем, – пояс­няет Наталья – Сашина мама и человек, отвечающий за всю техническую часть портняжного производства.

Старшая Столбушкина, собственно, и затеяла эту семейную историю. Помнит даже точную дату, когда она, дипломированный педагог дошкольного образования, проснулась с твердым убеждением бросить все и сесть за швейную машинку. О своем импульсивном решении за прошедшие с того утра четверть века Наталья ни разу не пожалела. Хотя все премудрости ремесла пришлось осваивать на собственной прак­тике, по модным журналам и Интернету. И, говорит, до сих пор изучение и освоение чего-то нового – самое большое для нее удовольствие в профессии.

Искусство штопки

Вход в фэшн-индустрию для Александры открылся рано: швейная мастерская с первых дней реализации маминой затеи и по сию пору располагается в их собственном доме, и уже в детстве девочка смогла оценить возможность выделяться нарядами «не как у всех».

– Никакие другие варианты с выбором профессии не рассматривались. Видимо, под впечатлением, что можно заполучить юбку или платье, стоит их только увидеть по телевизору или в Интернете, и я вошла во вкус, – шутит младшая Столбушкина.

Александра – профессиональный модельер одежды с дипломом Санкт-Петербургского университета промышленных технологий и дизайна, где очень достойный декоративно-прикладной профиль в дизайнерском образовании. После четырех лет обучения вернулась в родной Алматы, создала свой бренд и четвертый год успешно его продвигает. А изысканная декоративность дизайн-проектов стала фирменным знаком ее стиля.

– Мы всегда ценили авторскую работу, – продолжает молодая кутюрье. – Мама никогда не занималась массовкой, ей интерес­ны были индивидуальные заказы. У меня такой же подход – каждое изделие должно быть уникальным и неповторимым.

Последнюю коллекцию одежды Саша везла в город студенческой юности почти как на экзамен для своей профессиональной карьеры и справилась – вернулась с победой в номинации конкурса «Адмиралтейская игла». Жакеты-кимоно, украшенные ручной вышивкой в стиле сашико, обратили на себя внимание оригинальным и безупречно выполненным графичным и затейливым рисунком.

Древняя техника стежки сашико живет не меньше пяти веков, оставаясь предметом национальной гордости японцев и трендом современного дизайна интерьера и одежды. В общем, простая и даже грубоватая вышивка. Но благодаря множеству повторяющихся узоров – кругов, квадратов, волн, снежинок – она складывается в рифмованные композиции, от которых не оторвать глаз: это наслаждение стройной пестротой мелких стежков.

Костюм как история

– У этого искусства интересная история, – делится Наталья Столбушкина. – Сашико зародилась как практический навык штопки старой одежды. Беднякам не позволялось носить нарядное и яркое, а посредством узоров из ниток они не только укрепляли, но и украшали свою одежду. Позднее эта вышивка приобрела эстетический и духовный смысл и переросла в отдельное направление искусства.

На маминой ответственности лежит практически все пошивочное производство модного бренда, декорирование в том числе. Это наиболее сложная и трудоемкая составляющая процесса.

Наталья знакомит нас с другим приемом в оформлении своих моделей, тоже заимствованным из японской культуры. Лоскутная техника боро родом из тех же скудных и мрачных времен, когда одежду носили до дыр. И она еще сложнее за счет сочетания вышивки с латкой, когда лоскуты разной ткани накладываются на основное изделие и закрепляются ниточными узорами.

– Что мне особенно нравится в боро, так это необработанные края «заплаток». Благодаря им вещь продолжает жить: из открытых срезов можно вытягивать ниточки, и сама ткань со временем распушается. Это позволяет изделию красиво стареть, – со вкусом описывает мастер.

Машинную вышивку, а для сашико она существует, Столбушкины совершенно не признают.

– Тогда у одежды не будет души, – объяс­няет Наталья.

Все декорирование, да и основной пошив, она обычно делает сама. Из-за большого объема ручной работы и тщательности ее выполнения на изготовление одного жакета уходит минимум три недели.

Но и это не предел. На семейном произ­водстве освоили еще одну декоративную технику.

Вообще-то «синелью» обычно украшают домашний текстиль, но Александре захотелось поэкспериментировать с простой по фасону курткой. На ее рукавах и полочках выложены не меньше двух десятков квадратов пестрой хлопковой ткани. Сложенные в девять слоев их прошивают по перимет­ру параллельными строчками, а ткань между строчками разрезают. Вся красота объявляется после того, как из открытых краев вытягивают нитки, а слои тщательно взъерошивают – само собой, вручную.

Наталье эта операция стоила не только маникюра, от многочасовой рутинной работы болели пальцы. Выручил муж – соорудил кисточку из жесткой металлической проволоки. Процесс облегчился и убыстрился, и все равно работа над подобной моделью может длиться больше месяца. Но ради результата оно того стоит. Именно такая куртка «улетела» к своему новому владельцу прямо с показа.

Личность против массмаркета

– Нужно понимать, что мы не воспроиз­водим национальный костюм. Скорее, интерпретируем классический этнический декор в современных фасонах, – уточняет Александра. – Даже кимоно, которое чаще всего используем в своих моделях, – это не те привычные простые формы, его каждый раз приходится моделировать и конструировать под новую идею дизайна.

Кимоно Александра называет хитом своих коллекций. Есть изделия, которые постоянно повторяются – и в проектах модельера, и в индивидуальных заказах. Классический японский халат с запахом и широкими прямыми рукавами – как раз из этой серии. Он одновременно самодостаточный и универсальный, чтобы дать создателю модной одежды простор для творчества. Единственное, что сделали с канонической японской одеждой в семейной мастерской, так это укоротили халат до мерок жакета и, конечно же, декорировали вышивкой и художественной латкой.

– Для таких вещей массовое производство в принципе невозможно, как невозможно повторить любую ручную работу, – говорит модельер. – Можно сохранить фасон, выдержать некие стандарты вышивки, но в точности перенести завершенный рисунок с одного изделия на другое не получится. В этом и плюс авторской одежды – человек приобретает изделие, которого больше ни у кого нет.

Расшитое в стиле сашико с элементами боро кимоно из лимитированных коллекций семейного бренда Столбушкиных доходит в цене до 350 тыс. тенге. Может показаться, немало. Особенно на фоне вала доступной одежды глобальных торговых марок. Но именно современный массмаркет и неукротимый fashion retail помогают расти спросу на индивидуальность, эксклюзивную и «именную» моду.

– Такая одежда работает на своего обладателя. Это имиджевые вещи, которые отражают его стиль жизни, претензии и возможности. Поэтому у жакета, который существует в единичном экземпляре, – особая ценность и свое назначение, кроме, конечно, вполне практического, – заключает Александра.

Покупателей одежды своего бренда она условно делит на две категории. Медийные личности, артисты и блогеры, для которых выглядеть ярко и нестандартно – требование профессии, а значит, и условие успеха и заработка. И вторые – настоящие индивидуалисты и эстеты, способные ценить вещь только за то, что она «одна такая», за хендмейд с душой.