Личный фронт Майдана

В очередной раз мы с ним встретились в лесах Кировского района в Ленинградской области. Район Синявинских высот и болот, где в годы войны стояли деревни Мишкино, Тортолово, Гайтолово и Гонтовая Липка, сегодня называют мемориальной зоной «Надежда». В этих местах с сентября 1941 года по январь 1944 года проходил передний край Волховского фронта. Такое название району деятельности поисковых отрядов дали потому, что именно здесь пытались прорвать блокаду Ленинграда, и сюда были устремлены полные надежды взоры жителей осажденного города. Площадь мемориальной зоны огромна, 120 кв. км, протяженность трех маршрутов – 54 км.

Здесь, у озера Синявинское, за дорогой Мга – Кировск находится обелиск «Звезды-журавли». Памятник этот установлен как дань уважения советским воинам, погибшим в 1942 году на этих рубежах. Стоит он примерно на границе максимального прорыва войск Волховского фронта во время 3-й Синявинской наступательной операции в августе-сентябре 1942 года. На трех нижних рядах звезд нанесены имена погибших воинов, а выше пятиконечные звезды постепенно превращаются в белых журавлей. В центре композиции еще одна звезда с надписью: «Казахстанцы-акмолинцы. 1941–1944». Появился памятник здесь 9 мая 2002 года.

– Обелиск «Звезды-журавли» признан ленинградцами самым гениальным и принят под охрану как памятник федерального значения. Он упоминается во всех справочниках, – рассказал нам комбриг. – До этого здешние поисковики ходили хмурые, едва с нами здоровались, а после того, как мы поставили обелиск «Звезды-журавли», стали к нам относиться как к родным.

Но все это в деятельности поисковиков не основное. Работа сначала ведется в архивах и занимает до 70% времени, а потом уже поиск в поле. Благодаря сведениям из архивов удалось установить имена 3 224 фронтовиков.

Где-то на этих высотах захоронен Султан Баймагамбетов, отмеченный Золотой Звездой Героя Советского Союза посмертно. Казахстанец погиб, закрыв своим телом амбразуру дота. Во время боя севернее Синявинской высоты он получил приказ уничтожить трехамбразурную огневую точку. Подобравшись вплотную, он закидал врага гранатами, но один из пулеметов снова ожил, и тогда воин лег на амбразуру.

– Он не был похоронен, потому что немцы пошли в контратаку и выбили наших, – продолжил рассказ Майдан Кусаинов. – Наша задача найти его и похоронить с почестями. По картам военного времени мы попытаемся определить место дота, он лежит где-то рядом, в воронке, вряд ли немцы далеко его переносили.

У дороги, по которой в войну шла техника, и немецкая, и советская, то и дело встречаются памятные знаки и указатели. Все это появилось трудами поисковиков. Особо выделяются три столба в форме пятиконечных звезд, установлены они у захоронений, в которых лежат воины, найденные здесь с 1989 по 1991 год. Одна из стел именная, на ней фамилии: Авдонин, Орешкин, Бабушкин, Лаков, Митрошин, Самойлов.

– Местные поисковики называют эту композицию «Три звез­ды», – говорит командир отряда «Мемориальная зона». – Про Митрошина, о том, как мы нашли его, я даже написал рассказ. В одном месте захоронены 36 человеческих останков, в другом – 84, чуть дальше еще 26 могил. Это воины, которых мы «подняли» в разные годы. Многие удивляются, как мы доставляли через непроходимый лес бетонные конструкции. На самом деле мы носили сюда в рюкзаках щебень, цемент, песок и замешивали бетон на месте. Формы были изготовлены на заводе в Акмоле в 1995 году, звезды из металла фрезеровали на насосном заводе. Формы были разборные, и мы их привезли на поезде. Всего таких звезд у нас порядка одного десятка в разных местах. Это наш казахстанский почерк.

У 76-летнего профессора это юбилейная, 30-я поездка. Начало этому было положено в далеком 1977 году, когда молодой специалист-строитель задумался, в каком из вузов поступить в аспирантуру. Выбор на Ленинград выпал не случайно, в этих краях в 1941 году воевал и был тяжело ранен его отец. «Поезжай в Ленинград, а мы с однополчанами составим карту-схему боевых позиций 310-й стрелковой дивизии, тех мест, где немало лежит наших боевых товарищей», – сказал тогда фронтовик.

И вот, будучи уже аспирантом Ленинградского инженерно-строи­тельного института, Майдан Кусаинов вместе с земляками начал новое для себя дело – занялся поисковой работой в окрестностях Ленинграда. Здесь, на Синявинских высотах и болотах, тяжелое ранение получил его отец, замполит роты в 310-й стрелковой дивизии, сформированной в Акмолинске. Вернувшись домой живым, он воспитал четверых сыновей.

– С тех пор тянет меня сюда каждый год, – признается Майдан Кусаинов. – Я без этого жить не могу, в отпуск никуда не езжу, только сюда. И дома отдыха, и курорты мои здесь.

Профессора поисковики так и называют – командиром. Ведь многие из них науку поисковой работы прошли у него – и ребята из павлодарского «Майдан жолы», и из кокшетауского и атырауского отрядов.

Когда начинали поисковое движение, деньги на поездки зарабатывали сами. К примеру, студенты добытую на сельхозработах зарплату, отдавали поисковикам, и те жили очень даже хорошо. С 2011 года стало еще лучше благодаря заботе ректора Евразийского национального университета имени Л. Гумилева Ерлана Сыдыкова участников экспедиций обеспечивают командировочными.

– Долгие годы Синявинские болота и высоты хранили свои тайны, но год за годом мы разгадывали их, – говорит командир поискового отряда «Мемориальная зона». – Первой загадкой для нас стало отсутствие в местах боев братских и даже одиночных могил. Мы не могли понять, почему на территории в 5 километров по фронту и 6–7 километров в глубину после жесточайших боев не осталось ни дивизионных, ни полковых кладбищ. В результате многолетней работы на месте и в Центральном архиве Министерства обороны СССР мы нашли ответ. В этих лесах и болотах полегла не одна сотня тысяч бойцов и командиров, большинство из них никто не хоронил, лишь немногие покоились в братских могилах. Но большинство полковых и дивизионных кладбищ были забыты еще в годы войны. Обычно найденные останки воинов уносят на высоты, а мы хороним на месте боя, и это правильнее. Лежат там, где воевали.

Более 20 лет назад студенческий поисковый отряд, сформированный преподавателем Целиноградского инженерно-строительного института Майданом Кусаиновым, начал работы по определению границ мемориальной зоны «Надежда». Тогда на Синявинских болотах и высотах и стали появляться памятные знаки и обелис­ки, которые можно увидеть и сейчас – «Штык», «Факел-знамя», «Звез­ды-журавли».

Поисковое движение, официально признанное в конце 80-х годов прошлого века, привлекало все новых людей. Было решено в первую очередь вести поиск утерянных братских могил и предать земле забытых солдат. Ведь в траншеях, окопах, воронках и просто в болоте лежали, сидели и даже стояли десятки тысяч не похороненных, как положено, бойцов и командиров Волховского фронта. По признанию комбрига, они надеялись к 2000 году привести в порядок поля былых сражений, но оказалось, что глубоко ошибались. Работы, говорит Майдан Кусаинов, хватит не только нашим детям, но и внукам достанется.