​…Мне оваций праздничных не надо

Ему было немного за 30, и он находился в зените славы, имея за плечами более трех десятков казахстанских, российских и голливудских фильмов, в которых выполнял сложные, нередко и рекордные трюки, а также выступления в лучших цирках Азии и Европы.

Первым опытом стала историческая лента «Кочевник» (2005). В том же году он снялся в «Дневном дозоре» режиссера Тимура Бекмамбетова, а затем в фильмах «Волкодав из рода серых псов» (Россия), «Конан-варвар» (США), «Семь майских дней» (Казах­стан, Россия), «Неудержимые-2» (США) и других. Касым Жумагужин – обладатель «Золотого медведя» Международного фес­тиваля циркового искусства (Россия), лауреат национальной кинопремии «Кулагер», признан (посмертно) лучшим каскадером года на прошедшем недавно Меж­дународном кинофестивале Ш. Айманова.

Глядя на талантливого молодого артиста со стеснительным взглядом и светлой улыбкой, казалось, что ему будто неловко за все постыдное, лживое, что встречается в нашей суетной жизни. Он был честным, на редкость воспитанным человеком. Личностью.

Касым считался опытным артистом, молодежь цирка и даже ровесники почитали его как наставника. И это неудивительно. Ведь он, как принято говорить в цирке, родился в опилках. Его отец Аргынгазы Жумагужин – из когорты первопроходцев Казахского национального цирка. Касымчик, как ласково называли его и взрослые, и дети, впитал с младенческих лет дух цирка. Вырос на манеже, бегая по крутым ступенькам зрительного зала, играя в прятки с такими же «цирковыми» детьми среди стойл для лошадей или помещений для слонов и тигров. Ему были привычны шум и толкотня вокзалов, сон под стук вагонных колес, постоянная смена детских садов, а затем и школ. Свое первое служебное удостоверение он получил в 10 лет, будучи учеником в номере «Акробатическая пара».

Аргынгазы Алмаганбетович начал приучать сына к регулярным занятиям акробата и гимнаста с 5 лет. Касым, успешно окончив Республиканский эстрадно-цирковой колледж, в 16 лет уже работал воздушным гимнастом на ремнях. С этим номером гастролировал за рубежом, стал обладателем «Золотого медведя» и Гран-при Международного фестиваля ведущих цирковых артистов мира в 2012 году в Алматы.

– Я пришел в цирк в далеком 1973-м как ученик в конный номер «Табунщики-джигиты», – вспоминает отец Касыма. – Знал лошадей с детства, но меня тянуло в воздушную гимнастику. И в конце концов я перешел в этот номер. У сына все получилось наоборот. Он вырос в городе, ему сподручнее было бы заниматься акробатикой и гимнастикой. Но нет же! Его потянуло к лошадям. Каким-то образом в его крови взыграл древний клич предков: «Аттан!» («По коням!»).

Касым оставил гимнастику, отказался от зарубежных поез­док налегке, с одним чемоданом, и принял на себя тяжелую ношу джигита-наездника, когда к необходимости ежедневной поддержки собственной спортивной формы прибавляется забота о своем коне. Во время поездок сопровождать его в том же товарном вагоне или в грузовом автомобиле. Да и репетиции у джигитов длятся часами. Но Касым был готов на все, чтобы только быть рядом с этими прекрасными благородными животными, мчаться с гиком, подставляя открытую грудь ливню скорости, закружить вокруг себя переполненный зал цирка или бескрайнюю степь. В 18 лет Касым перешел в конный номер под руководством заслуженного деятеля РК Жайдарбека Кунгужинова.

Возможно, Касыма привлекали в джигитовке не только лошади и стремительные трюки, в которых пульсирует азарт погони, ощущение бесшабашной свободы, но и перспективы не менее интересной каскадерской работы. К тому времени Жайдарбек Кунгужинов параллельно с работой на манеже цирка создал каскадерскую группу Nomad Stunts.

Трюки на галопирующей лошади уже представляют немалую опасность и требуют от наездника филигранной техники. Каскадерская работа еще больше усиливает риски. Здесь каждый раз приходится придумывать хитроумные трюки и приспособ­ления, чтобы суметь воплотить любую идею режиссера и сценариста. Причем каскадер выходить из любой возможной сложной ситуации должен сам: в считанные доли секунды принять единственно верное для здоровья, а иногда для жизни решение. И эпизод сыграть так, чтобы он взволновал кинозрителя.

В постановке трюков нет мелочей. Например, нужно понимать, что огонь – самая непредсказуемая стихия, способная поколебать уверенность даже у людей отважных, с сильным характером. Когда огонь в доли секунды охватывает каскадера с ног до головы, можно впасть в панику, потерять ориентацию в пространстве, задохнуться… Всегда стресс и высота. В любом сложном трюке приходится прео­долевать себя.

– Наряду с отвагой Касым обладал глубокими знаниями, пре­красно разбирался в технических нюансах цирковой спецтехники и каскадерской оснастки, – говорит педагог, ветеран циркового искусства Николай Маркин. – Сам нередко предлагал новые технические решения и схемы, при этом всегда оставался скромным и благодарным учеником.

Самое большое количество сложных травм приходится именно на верховую езду. Это в спорте, а о каскадерской работе конников в кино статистика умалчивает.

Кинотрюки – понятие емкое. Здесь и акробатика, и фехтование с различным холодным оружием, и рукопашные бои, и падение с высоты, и горение, и бешеные скачки. Всюду – запредельный риск. Касым Жумагужин не спасовал перед такими опасными перспективами. Возможно, сказались и гены. Отец Касыма удос­таивался высшего поощрения от руководства Союз­госцирка за выполнение рекордного трюка – стойки на руках без страховки под куполом в колонне из 5 человек.

Касым не ошибся в выборе профессии и был всегда востребован. А приглашения на съемки в голливудские, европейские и российские фильмы вместе с товарищами по группе Nomad Stunts говорят и о большом авторитете казахстанской каскадерской школы в мире. Голливуд не приглашает рядовых актеров и каскадеров. А Касым снимался в кинолентах с участием Арнольда Шварценеггера, Киану Ривза, Сильвестра Сталлоне, Жан-Клода Ван Дамма, Чака Норриса и других звезд.

В то же время бесстрашные номады имеют добрые сердца. Коллеги вспоминают, как Касым плакал навзрыд, когда потерял коня во время съемок «Кочевника». Цирковые лошади, привыкшие к теплым стойлам, стали болеть из-за пронизывающих ночных холодов и студеной воды горных речек. Когда больную лошадь перевезли в город, Касым дневал и ночевал возле своего верного друга, но спасти не смог...

Эти мужественные парни, кас­кадеры, плакали и тогда, когда не стало Касыма. Они не скрывали слез во время прощания, выражая соболезнования родителям и близким Касыма. Те, кто не успел приехать из дальних стран, звонили и плакали в трубку. Прилетел проводить в последний путь Касыма один из его друзей из Китая. Большая делегация каскадеров и артистов цирка приехала на похороны из Кыргызстана…

Касым был не только большим мастером своего дела, профессионалом, но и верным другом, человеком, готовым на все ради своих друзей, коллектива, ради своей семьи – супруги Альбины и 6-летнего сына Алана, родных и близких. И ради своего народа, своей страны.

Вспоминают в цирке такой эпизод. Касым участвовал в составе команды Казахстана в международном телешоу «Большие гонки» во Франции. К финальному конкурсу «Горки», где нужно как можно быстрее подняться на одной лишь силе рук на крутую стенку, лидеры – команды Казахстана и России – подошли с одинаковым количеством очков. Последним стартовал Касым, и в соперничестве с россиянином – заслуженным мастером спорта по спортивной гимнастике, чемпионом Олимпийских игр – он вышел победителем, обеспечив своей команде 1-е место. Эту его победу можно объяснить только силой духа и патриотическим чувством: он не мог подвести ребят, родную страну.

И вот отечественная культура потеряла Касыма… Это невосполнимая утрата для циркового и каскадерского искусства, для его родных и близких, друзей и коллег, для всех, кто его знал. Судьба каскадеров – брать все сложные роли на себя и всегда оставаться за кадром. Таким был и Касым Жумагужин – один из ярких представителей легендарного братства каскадеров и артистов цирка.