Не предать забвению

Богатейший археологический комплекс, раскинувшийся на территории Жарминского района, где сотни курганов разных времен, древние балбалы, петроглифы и святилища соседствуют с причудливыми ландшафтами, сегодня может стать новой визитной карточкой страны в мире сакрального туризма. Однако этот бесценный исторический пласт находится под прицелом золотопромышленников, и лишь энтузиазм отдельных людей спасает его от участи забытых карьеров.

Куаныш Сулейменов – местный предприниматель, в прошлом возглавлял маслихат области Абай. Его основное дело – разведение казахской белоголовой породы крупного рогатого скота, но именно он стал негласным хранителем этого исторического наследия. Его хозяйство, расположенное в живописной долине реки Кызылсу недалеко от села Шалабай, буквально утопает в памятниках прошлого.

– Когда мы только обустраи­вались, рабочие на заросшие травой сопки, щедро усыпанные камнем, смотрели просто как на неудобья, – рассказывает Куаныш Сулейменов. – Пришлось заняться ликбезом, рассказывать, что это не просто холмы, а насыпи, хранящие историю. С тех пор отношение изменилось, стали аккуратнее, а иногда и сами находили что-то ценное.

Концентрация археологических объектов на территории Шалабайского сельского округа поражает: эпоха бронзы, ранний железный век, средневековье и более поздние периоды оставили свой неизгладимый след. Обнаружены древние святилища, памятники монументального искусства, изваяния, датируемые I–II тысячелетиями нашей эры.

Несколько лет назад пастух одного из местных хозяйств обна­ружил на обратной стороне перевернутого каменного столбика образ женщины. Археологи, изучившие находку, определили, что она относится к кимако-кипчакской эпохе и, предположительно, изображает древнее божество тенгрианского культа.

Археологические экспедиции, работавшие в долине реки Кызылсу, выявили серию уникальных погребений сакской эпохи и времен Великого переселения народов. Порядка двухсот захоронений, где люди совершали обряды почитания умерших, уже обнаружено, и это далеко не окончательная цифра.

На слиянии рек Кызылсу и Куйели возвышаются казахские памятники погребального зодчества – каменные мазары оригинальной постройки, известные как уйтасы, которые представляют особый историко-этнографический интерес. А в урочище Мортас раскинулись природные галереи наскальных изображений. Сотни древних рисунков – быки, олени, выбитые на камне, датируются концом каменного века – началом эпохи бронзы. По своей ценности и уникальности эти наскальные галереи не уступают известному заповеднику Танбалы.

Как оказалось, местные жители много веков назад уже знали, как обезопасить могилы предков.

– В урочище Мортас множество курганов. Люди, жившие здесь в XVI–XVII веках, установили поверх древних захоронений так называемые «свежие» могилы, выложенные камнем. Это сбивало с толку тех, кто искал золото, – рассказывает Куаныш Сулейменов.

По данным Института археологии им. А. Маргулана, только в окрестностях горы Костобе зафиксировано свыше 200 археологических объектов, требующих охраны и учета. Куаныш Сулейменов, посвятивший не один десяток лет изучению этой местности, насчитал в окрестностях Шалабая 735 объектов, представляющих интерес для ученых и краеведов. Он регулярно объезжает территорию, контролируя сохранность бесценных памятников.

Эта земля богата не только древними артефактами, но и полезными ископаемыми. Рассказывают много легенд о золотоис­кателях, веками промывавших грунт в надежде найти золотой песок. Здесь ведется промышленная добыча золота открытым способом, которая уничтожает живописные луга, а горные возвышенности сравнивает с землей.

– Мы против того, чтобы эти земли превращались в карьеры, – говорит Куаныш Сулейменов. – Эти горы, которые мы называем Кыземшек, что в переводе означает «девичья грудь», для нас – символ благосостояния и изобилия. А предприниматели видят здесь только золото. Мы вынуждены идти на компромиссы, разрешая разработку с другой стороны горы, чтобы сохранить ландшафт. Мы боремся за каждый клочок земли, чтобы оставить его потомкам. Если сложим руки, баланс природы будет нарушен. Посмотрите на бывший живописный Бакырчик – он теперь кратер!

Понимая, что одного сохранения ландшафта недостаточно, Куаныш Сулейменов с 2018 года начал активно спонсировать археологические работы. Из более чем двухсот курганов четыре уже тщательно изучены, два из них – музеефицированы.

Музеефикация – это превращение археологического объекта в полноценную экспозицию под открытым небом. Стеклянные пирамиды, возвышающиеся в степи, диссонируют с природным ландшафтом, но служат своего рода арт-объектами, привлекая внимание к историческому наследию.

– Идея с музеефикацией дает возможность донести миру, кто такие наши предки, – подчеркивает Куаныш Сулейменов. – Мы не должны просто вывозить ценности в музей. Можно создавать музей здесь, на месте, сохраняя весь контекст: ландшафт, природу, атмосферу.

В одном из таких музеефицированных курганов, повествующих о погребальной культуре предков, можно увидеть каменный саркофаг, рядом с которым покоятся «останки» человека из папье-маше, пока оригинал на исследовании. Внутри саркофага – посуда, фрагменты деревянной чаши для мяса, и даже туша лошади, а рядом – снаряжение, предназначенное покойному для загробной жизни. Это уникальная возможность увидеть, как жили и хоронили своих соплеменников наши далекие предки.

В другом кургане, относящемся к раннему железному веку, выставлен фрагмент черепа древнего обитателя, жившего здесь в первом тысячелетии до нашей эры. Российские антропологи даже воссоздали его облик по просьбе Куаныша Сулейменова, сделав первую в своем роде научную реконструкцию черепа древнего человека с Калбинского хребта.

За исследование одного кургана Куаныш Сулейменов платит профессионалам около семи-восьми миллионов тенге. Еще примерно в четыре миллиона обходится покрытие исследованных объектов куполами из стеклопластика. Собственных средств предпринимателю хватает лишь на один-два таких объекта в год.

– Для того чтобы исследовать как можно больше памятников, нужна заинтересованность и финансовая поддержка в первую очередь со стороны государства, – убежден Куаныш Сулейменов. – Только тогда на территории области Абай появятся свои «степные Помпеи», демонстрирующие уникальность нашего исторического наследия.

Создание здесь крупного археологического парка или музея под открытым небом – это не просто сохранение истории, но и огромный потенциал для развития туризма и сохранения национальной идентичности.