О двухтысячелетнем этногенезе современного казахского народа говорят находки археологов

Все экспедиции возглавлял руководитель Центра археологии доктор исторических наук, профессор Южно-Казахстанского педагогического универститета им. ­Узбекали Жанибекова Александр Подушкин.

Археологический сезон стартовал на городище Толебай-тобе, где исследован ряд погребений. Несмотря на то что они оказались потревоженными грабителями еще в древности, удалось получить весьма информативный материал.

Золотые серьги, выполненные в полихромном стиле, ханское китайское бронзовое зеркало, наборные браслеты из египетского фаянса, подвески из халцедона, керамический сосуд и масса других находок отчетливо иллюстрируют взаимопроникновение культурных традиций запада и востока на северной ветви Великого шелкового пути.

Вторая экспедиция работала на знаковом городище Культобе, почти 30 лет дающем уникальные глиняные таблицы с нанесенной на них письменностью. Этот год был особо урожайным. Добычей археологов стали восемь текстов и еще одна таблица с отдельными фрагментами. В общей сложнос­ти почти 600 знаков и огромное количество строк. Они пока не обработаны, и говорить об их содержании рано. Но совершенно точно то, что Культобинское письмо связано с развитием и историей государства Кангюй.

Экспедиция в Сайрам-Угамский государственный национальный природный парк тоже является продолжением изучения городища Ушбас-тобе. Раскопки ведутся на протяжении нескольких лет. Там обнаружены уникальная каменная архитектура, огромная масса керамики самых разных форм, изделия из камня, кости, металла. Они иллюстрируют высокий уровень культуры этого горного замкнутого района, также являющегося частью государства Кангюй.

Четвертая экспедиция продолжила работу на озере Кызылколь, где археологи продолжают открывать кангюйский каменный храм, построенный в солярно-лучевом стиле. Это культовый центр, что подтверждает и расположение по соседству городища Актобе. К его исследованию археологи пока даже не приступали. А вот два склепа могильника вскрыли, обнаружив огромное количество предметов быта, оружие из камня, амулеты, украшения.

Завершила археологический сезон экспедиция в урочище Сильбели, из которой группа археологов и студентов вуза вернулась только в начале текущей недели. Почти три недели они провели в предгорье Каржантау на территории Толебийского райо­на. Район представляет из себя небольшую среднегорную зону на высоте 1 600 м над уровнем моря. Она расположена в долине реки Сильбели, в которую впадает речка Каинды.

Этот район насыщен памятниками археологии, что было выявлено еще лет 10 назад, когда проводились плановые рекогно­сцировочные исследования в районе реки Сайрамсу, а речка Сильбели является его притоком. Выяснилось, что там замкнутый небольшой район, который имеет несколько знаковых памятников археологии, и среди них – раннее поселение Сильбелитобе, вокруг расположены шесть могильников, насчитывающих около полусотни курганов.

Объектами исследования в этом году стал могильник Сильбели-1, включающий 16 курганов, среди которых есть достаточно массивные, имеющие до 20 м в диаметре и высоту под два метра.

Экспедиция взялась исследовать два кургана, обнаружив при раскопках классическую Т-образную катакомбу, которая включает дромос – коридор, его нижнюю часть глубиной до трех метров, лаз арковидной формы и под землей – сводчатую полую камеру, напоминающую по форме казахскую детскую люльку бесик.

Погребальное сооружение характерно для первых веков до нашей эры и связано с государством Кангюй. В первой катакомбе археологи, к сожалению, ничего значимого не обнаружили. Она была подвержена тотальному ограблению. Там нашли всего несколько костей и небольшие обломки кувшина со следами древней реставрации.

– Есть очень интересный нюанс, связанный с конструкцией погребения, – рассказывает Александр Подушкин. – Вход в лаз был заблокирован огромным камнем, весом 50–60 килограммов, работающим как затвор, закрываю­щиеся двери. Для грабителей, конечно, это не стало преградой, они его отодвинули и ограбили погребение, лишив нас культурных хроноиндикаторов.

Вторая катакомба примерно такого же строения, разве чуть поменьше в размерах. Археологам повезло, из нее извлекли много интересных артефактов. Это оказалось одиночное погребение воина-номада, что подтверждала обнаруженная соответствующая атрибуция. Костяк оказался поврежден, и этому у Александра Подушкина есть объяснение.

– Скорее всего, воина в защитном доспехе катафракта, – считает Александр Подушкин. – Чешуйчатый доспех, который использовался со времен раннего железного века сарматами и поздними скифами, мог быть выполнен из бронзы или сереб­ра и представлял ценность для грабителей. Конечно, это мое предположение, но оно имеет под собой вполне реально объяс­нимую основу.

В числе артефактов обнаружен прекрасно сохранившийся столовый кувшин, украшенный прочерченным рыхлением по горизонтали и покрытый ангобом светлого цвета. Этот декор соответствует первым векам до нашей эры и первым векам нашей эры.

Слева лежал колчан, судя по остаткам, выполненный из дерева. В нем находилось пять целых черешковых железных наконечников стрел ромбовидной формы. Трехлопастная форма и тип наконечников позволяют отнести их к первым векам нашей эры. Здесь же лежали остатки конской узды и еще несколько железных предметов, среди которых большой язычок на подпружную пряжку для снаряжения лошади.

Инвентарь хоть и небогатый, но он достаточно хорошо характеризует социальную принадлежность воина. Лук, колчан и упряжь позволяют сделать вывод, что перед нами классический номад. Кувшин в погребении тоже оказался неспроста. Обычно номады заимствовали керамику у земледельцев, которая считалась богатым погребальным атрибутом.

Александр Николаевич не сомневается, что погребение относится к государству Кангюй, датируе­мому I веком до нашей эры – I веком нашей эры.

Уникальность работы на данном погребении и двух катакомб в том, что впервые археологи­ческая экспедиция применила метод, исключающий масштабное открытие курганов сверху. Не пришлось снимать толщу грунта. Исследователи пошли по следам создателей катакомб.

Обнаружив вход в дромос, расчищали его и по нему проникали в полую камеру. Возможность использования подобного метода связана с характеристикой почвенного состава. В этой местности залегают так называемые тугоплавкие глины белесо-серого цвета, напоминающие алебастр и прочные, как застывший цемент­ный раствор с крупной галькой. Это исключало элемент обвала конструкции.

Эту методику Александр По­душкин отрабатывал на протяжении трех десятилетий, учитывая технику безопасности при проведении раскопок и наличие определенных рисков.

– Состав грунта на Сильбели полностью исключал возможность обвала, в то же время давая целый ряд преимуществ для проведения раскопок, – утверждает ученый. – Во-первых, не нарушается исторический ландшафт, курган как стоял, так и стоит. Во-вторых при такой методике объем проводимых работ резко сокращается. В-третьих, мы имеем дополнительные практические, научные возможности по реконструкции обряда погребения и выявления конструктивных особенностей такого сложного подземного сооружения, как катакомба. Повторюсь, что подобная методика приемлема только в условиях катакомб, соз­данных в грунтах, характеризую­щихся высокими связующими способностями, пластичностью, твердостью, которые исключают в случае форс-мажорных обстоятельствах любые обвалы.

По законодательству археологи обязаны после завершения исследования полностью воссоздать исторический ландшафт. А такой подход позволяет сократить до минимума затраты и время на подготовительные работы и завершение исследования объекта.

По итогам экспедиции Александр Подушкин пришел к выводу, что урочище Сильбели – перспективный район для продолжения археологического исследования и изучения, и наверняка в следующем году исследователи древности снова сюда вернутся.

Полученная информация, хоть и небогатая, но раскрывает страницы истории наименее изученного древнего политического образования.

К примеру, керамический сосуд полностью соотносится с керамикой близлежащего поселения Сильбелитобе, на котором экспедиция работала два года тому назад и нашла подтверждение тому, что местные жители занимались добычей железа, а затем переправляли его в городские центры древней Средней Азии, скорее всего, это были Кушанская империя и Чач. Там были обнаружены крицы – обогащенная железная руда и железоплавильные печи. Здесь археологи также открыли одну катакомбу, обнаружив интересный обряд погребения женщины. Ее костяк лежал на толстом слое угля, занимавшем больше половины камеры.

Представляют интерес также найденные предметы личного обихода – капаушка из бронзы, имеющая вид небольшой ложечки и предназначенная для чистки ушей, остроугольный из камня амулет с дырочкой для подвешивания, круглая – примерно полтора-два сантиметра в диаметре – таблеткообразная подвеска из гагата. На нее с обеих сторон нанесены солярные символы – кольца и тройной крест, являющийся символом солнца.

– Если брать опосредованно связь времен, учитывая этни­ческий состав населения Казахстана конца XIX века, то в этой местности проживали представители Улы жуза и непосредственно рода дулат, – говорит Александр Николаевич. – У них тамга, или родовой знак, представляет собой круг. Эта, казалось бы, маленькая деталь подчеркивает связь, проходящую через тысячелетия. Она подтверждает, что жившие в этой местности люди являются предками современных казахов, то есть речь идет об этногенезе современного казахского народа. Так вот, результаты экспедиции на некрополе Сильбели-1 доказывают, что истоки его формировались две тысячи лет назад.

Завершившийся полевой сезон позволил Центру археологии имени Николая Подушкина получить достаточно хороший материал, касающийся одного из наименее изученных государственных объединений на территории Казахстана – государства Кангюй. И в этом его ценность.

Добытые артефакты найдут свое место в музеях страны и, в частности, в Центральном государственном музее РК, в котором создан именной фонд Николая Павловича и Александра Николаевича Подушкиных.

– В год 60-летия создания архео­логического отряда Шымкентского пединститута, преемником которого является ЮКПУ имени Узбекали Жанибекова, мы взяли очень высокую планку и честно отработали, – комментирует прошедший сезон раскопок Александр Подушкин. – Теперь предстоит написать отчеты и проанализировать проделанную работу. Как специалист в области Кангюя, могу сказать, что главный вывод прошедшего полевого сезона сводится к тому, что материалы исследований показывают высокий уровень материальной и духовной культуры одного из первых государственных объединений на территории Казахстана. А главное, что следует из наличия письменности, сводится к тому, что Кангюй сделал выдающийся цивилизационный вклад в историю нашего государства.