Обновление элит – парадигма справедливости

Электоральный процесс, инициированный Президентом Касым-Жомартом Токаевым, неуклонно ведет к демократизации общества и построению Справедливого Казахстана.

Напомним, что в ближайшее время обновятся все основные политические институты: президента, парламента и правительства.

Так, Глава государства Касым-Жомарт Токаев в нынешнем сентябрьском Послании народу Казахстана, наряду с президентскими выборами, предложил провести выборы в Мажилис и маслихаты в 2023 году.

По его словам, все институцио­нальные изменения, предусмотренные конституционной реформой, необходимо законодательно закрепить уже до конца текущего года. Они приведут к увеличению количества политических партий, усилят политическую конкуренцию, будут способствовать появлению новой волны народных избранников. Избранные по старым лекалам представительные органы власти должны закономерно обновиться, пройдя через внеочередной электоральный цикл.

Выборный процесс и поведение избирателей в нашей стране уже претерпели серьезные изменения. К примеру, одним из основных признаков культуры электората считается его активность. Зависит она в первую очередь от того, какие это выборы – первого или второго порядка. К так называемому первому порядку относятся президентские и парламентские выборы. Ко второму – формирование менее значимых государственных учреждений.

Естественно, в первом случае голосование проходит экспрессивно и отражает устойчивые предпочтения избирателей. Давайте сравним, к примеру, парламентские выборы в Казах­стане 1998 года и президентские 1999-го. Тогда в выборах главы государства приняли участие 86,28% избирателей, а на парламентских выборах проголосовали всего 62%.

Таким образом, народ сам определил приоритетную важность президентских выборов.

Еще в сентябре 2019 года в своем первом Послании народу Казахстана Президент Касым-Жомарт Токаев подтвердил, что обещанная им в предвыборной платформе политическая транс­формация будет постепенно и неуклонно осуществляться с учетом интересов нашего государства и народа. При этом был обозначен фундаментальный принцип: успешные экономические реформы невозможны без модернизации общественно-политической жизни страны.

Как Глава государства Токаев ставит задачу развития многопартийности, политической конкуренции и плюрализма мнений в стране. Он подчеркивает, что это важно для стабильности политической системы в долгосрочной перспективе.

В Послании 2021 года Президент подтвердил, что поэтапная политическая модернизация – одна из главных задач стратегического курса нашего государства.

За последние два года в этой сфере удалось осуществить целый ряд серьезных преобразований. Они укрепляют вектор на устойчивое демократическое развитие, качественно меняют политическую систему, способст­вуют более широкому вовлечению граждан в управление государством.

Но Президент подчеркивает, что останавливаться на достигнутом нельзя, цель – дальнейшее повышение эффективности государства, транспарентности и конкурентности политического процесса.

В свое время казахстанский политолог Мейиржан Машан прог­нозировал, что развитие партий в Казахстане будет происходить в рамках постепенного перехода от доминирования национал-патриотической парадигмы к государственно-политической и затем – к социально-экономической.

То есть это то, что мы сейчас называем парадигмой конкурентоспособности. Соответственно, приход более рациональной, прагматичной рыночной эпохи способствовал постепенной оптимизации партийного поля, выходу его на более современный уровень и тип структурирования.

В связи с этим главной линией преобразования партийной сис­темы в Казахстане за три десятилетия независимости стал переход от атомизированной или неограниченной многопартийности к системе сначала умеренной многопартийности, а затем – к полуторапартийности или сис­теме доминирующей партии, по базовым матрицам ведущих стран Юго-Восточной Азии и некоторых европейских государств.

Весь прошедший период партийной трансформации характеризуется как «политический маятник»: сначала государственно-партийная секуляризация, а затем новое сближение, сращивание, но в новых условиях и по прошествии нескольких витков политических, социальных реформ.

Партийная структура, которую мы имеем сейчас, при всех ее плюсах или минусах – это отнюдь не результат политических технологий, вернее, не только их, но в целом той социальной почвы, на которой взращиваются все политические преобразования.

Теперь естественным образом встает вопрос, в каком направлении партийно-политическое развитие Казахстана пойдет дальше? Для этого необходимо привлечение экспертных оценок включения базовых инструментов конструирования партийного процесса.

Отношение к полуторапартийности среди отечественных экспертов в опросах, проведенных нами, ранее по показателям было близко к классическому. По этому вопросу положительные эксперт­ные оценки (54,3%) перевешивали отрицательные (45,7%).

В то же время группа экспертов с положительным отношением к полуторапартийной системе неоднородна. Большая часть таких экспертов говорит об абсолютной приемлемости подобной модели (29%), меньшая (25,3%) связывала потребность в ней с чрезвычайным характером, возможными кардинальными политическими переменами.

Главным аргументом экспертов, стоящих за полуторапартийную систему, было то, что она уже фактически действует. На втором месте стоит довод, лежащий в плоскости чрезвычайного механизма защиты политической системы, как фактор стабильности – 72,5%. Треть экспертов из 54,9%, положительно расценивающих полуторапартийность, увязывали ее с особенностями общественного развития. При этом 68,6% высказались за то, что такая система соответствует нашей ментальности, 66,6% – что она эффективна для транзитного общества. Из тех, кто выступал против (45,1% экспертов), в большей мере обеспокоены отсутствием альтернативного мнения как опасности идейного застоя – 75,8%, а также монополизации политического поля – 72,7%.

Говоря об альтернативе полуторапартийности – многопартийности, часть экспертов (46,8%) называла ее лучшим выражением демократии. Доля экспертов, говоривших, что многопартийность без вмешательства может сама приобрести необходимые, наиболее удобные и приемлемые для общества формы, – 41%. Из этого логически следует, что остальная часть экспертов все же допускает возможность активного участия государства в партийном процессе, по крайней мере не против этого.

Примерно треть экспертов полагала возможным вернуться к созданию блоков партий как стимула многопартийности – 35,5%.

Около трети экспертов высказывали мнение, что многопартийность не подходит для Казахстана. Также 29,4% опрошенных считали, что она может действовать только в странах с многовековой традицией, а 22,5% экспертов указали, что наше общество уже имело многопартийность, и для Казахстана это пройденный этап. Десятая часть экспертов высказывалась еще более остро, называя многопартийность фактором потенциальной гражданской конфронтации.

В связи с этим предложенная Главой государства формула политической системы «сильный Президент – влиятельный Парламент – подотчетное Правительство» является основой стабильности государства.

Это еще не свершившийся факт, а цель, к которой мы должны двигаться ускоренными темпами, воплощая в жизнь концепцию «слышащего государства», оперативно и эффективно реагирую­щего на все конструктивные запросы граждан.

Только путем постоянного диа­лога власти и общества можно построить гармоничное государство, встроенное в контекст современной геополитики.

Диалог власти и институтов гражданского общества четко вписывается в казахстанскую модель реформ. Модель общественного диалога лежит в русле современных, прогрессивных идей делибертативной демократии.

Завершение ХХ века и начало нового ХХI века были связаны с появлением новых версий «делибертативной демократии». Она носит компромиссный характер как по отношению к максималистским, так и к минималистским концепциям. Центральным звеном подготовки решений в этой системе представляется дискурс – свободная дискуссия всех заинтересованных лиц, осуществляемая в условиях широкого, активного, децентрализованного участия и отвечающая требованиям рациональности. Сквозь призму такой стратегии любые политические изменения должны были проводиться только пройдя фильтр общественного диалога и апробации.