Амангельды Шакенов – живописец, педагог и человек, сумевший соединить в своем творчестве казахскую степь и русскую художественную школу
Он родился в 1943 году в ауле Чукут Шербакульского района Омской области. В школе рисование преподавал учитель физики – больше было некому. Но именно тогда у мальчика появилась тяга к искусству. Когда не было ни красок, ни кистей, Амангельды убегал в поле с кусочком угля и картоном. Он часами наблюдал за птицами, деревьями, полем и рисовал.
После школы поехал в город, поступил на художественно-графический факультет Омского государственного педагогического института имени А. Горького. Там он впоследствии остался, больше сорока лет преподавал на родной кафедре живописи. Многие его ученики позже стали членами Союза художников, преподавателями и известными мастерами.
При этом, как вспоминает дочь художника Жамиля Шакенова, все эти заслуги и регалии никогда не затмевали его человеческие качества.
– Отец был сдержанным человеком, всегда сохранял спокойствие и достоинство. При этом обладал удивительным чувством юмора. Мог сказать одну фразу и вокруг все улыбались. Он был профессором, деканом, академиком, председателем отделения Союза художников, но никогда не кичился своими званиями. Просто делал свое дело, – рассказывает она.
Большую часть жизни художник прожил в Омске, однако связь с Казахстаном никогда не терял. Именно поэтому его часто называют художником двух культур. Амангельды Шакенов одинаково вдохновенно писал омские улицы и бескрайние казахские степи. Его привлекали не парадные фасады, а простые, на первый взгляд незаметные старые дома, тихие улицы, тенистые скверы. Во всем этом художник видел характер и душу города.
– В детстве папа никогда не пытался учить меня рисовать, – продолжает беседу Жамиля. – Не ставил руку, не объяснял, как смешивать краски или строить композицию. Он просто давал мне большой холст. Его студенты часто спрашивали: «Вам не жалко отдавать ребенку лучшие холсты, дорогие кисти и краски?» Он всегда отвечал просто: «Не жалко». Давал мне и говорил: «Рисуй что хочешь». И всегда поддерживал, даже если плохо получалось.
Амангельды Шакенов писал в традициях русского реализма, но душой всегда тянулся к казахской степи. Благодаря реалистической школе он умел показывать ее живой и настоящей – с воздухом, светом и пространством. В этом и заключался его уникальный почерк – мост между двумя культурами, который он выстраивал своим творчеством.
Судьба не раз испытывала художника на прочность. Еще в школьные годы произошел несчастный случай. Во время детской игры колючка попала в глаз Амангельды Шакенова. Врачам удалось спасти зрение, однако его качество резко ухудшилось. С тех пор художник всю жизнь носил очки, а зрение продолжало падать. Для живописца такая проблема могла стать настоящей трагедией, но наш герой никогда не жаловался.
– Недавно я нашла старый рецепт на очки папы. Там было указано плюс семь с половиной на оба глаза. Для художника это катастрофа. Но отец продолжал работать, никогда не сдавался, рисовал. Наверное, это главный урок, который я получила от него, – говорит дочь.
Одной из значимых работ мастера стала картина «Великая степь». Как отмечает Жамиля, это самая большая – в полтора метра – работа отца. Над ней Амангельды Шакенов работал четыре года: с 2013 по 2017 год. Для художника, привыкшего писать быстро и уверенно, это был необычайно долгий срок. На полотне изображена степь перед грозой. Над холмом нависают тяжелые тучи, по склону движется табун лошадей. Но за облаками неизменно виднеется голубое небо.
– Я считаю, это не просто красивый пейзаж, а своеобразное подведение итогов. Здесь вся жизнь отца. Буря, труд, борьба, но всегда в конце остаются свет и покой, – говорит дочь.
Жамиля Шакенова выделяет две любимые работы отца. Первая – «Дом на берегу».
– На первый взгляд это просто дом у воды. Но чем дольше смотришь, тем больше возникает вопросов. Деревянная лестница у воды сломана и словно ведет в никуда. Человек, сидящий на лавочке, – это сам отец. Он часто изображал себя именно в таком козырьке. Даже дорожный знак «Движение запрещено» кажется здесь не случайным. Эта работа одновременно дарит ощущение спокойствия и тревоги, и именно поэтому она так меня притягивает, – признается наша собеседница.
Вторая работа – «Портрет жены». Жамиля объясняет, что на полотне изображена мама в красном костюме. По ее словам, у нее был сильный волевой характер, благодаря которому она многого достигла в жизни.
– Папа удивительно прописал ее руки – красивые и нежные. Если внимательно рассматривать детали, можно увидеть телефон на заднем плане, потому что мама часто разговаривала по нему. Там же изображена моя любимая детская игрушка – собачка Ляля, которую она мне подарила. Этот портрет занимает особое место в моем сердце.
После смерти Амангельды Шакенова в 2018 году дочь взяла на себя заботу о сохранении его наследия. Так появилась виртуальная «Мастерская Шакенова». Жамиля самостоятельно оцифровала работы, создала сайт shakenov-art.ru и Telegram-канал, где начала публиковать архивные фотографии и истории из жизни художника.
– Я хотела сохранить не только картины, но и истории, которые стояли за ними. Сейчас мне хочется создать полноценный виртуальный музей, чтобы люди могли знакомиться с его творчеством независимо от времени и расстояний, – рассказывает она.
Сегодня работы Амангельды Шакенова находятся в музеях и частных коллекциях Казахстана, России, Германии, Финляндии и США. Его полотна хранятся в Национальном музее искусств имени Абылхана Кастеева в Алматы и Президентском центре в Астане. Персональные выставки художника проходили в России и Казахстане.
За вклад в развитие искусства он был удостоен звания заслуженного работника культуры РСФСР и избран действительным академиком Академии художеств Республики Казахстан. А в 2019 году в центре Омска возле Генерального консульства Казахстана был открыт бронзовый памятник художнику.
– Мне кажется, секрет его искусства – в правде, – говорит Жамиля Шакенова. – Он писал не идеализированную жизнь, а настоящую. Его работы не кричат. Они для тихого и глубокого разговора. И сегодня, когда мир становится все более громким, люди особенно нуждаются в такой подлинности.