Иметь или не иметь?

После Чернобыльской трагедии и катастрофы на японской Фукусиме добиться лояльности населения по вопросам строительства атомной электростанции – задача не из простых.

С одной стороны, всем очевидно стратегическое значение энергетического комплекса, обеспечивающего государство электричеством – ресурсом, от которого зависит не только экономическое благополучие страны, но и ее технологическое, индустриальное, инновационное развитие. С другой стороны, тема атома, даже мирного, за прошедшие десятилетия оброс­ла множеством дополнительных «измерений», которые оказывают существенное влияние на общественное мнение.

Глава государства Касым-­Жомарт Токаев в Послании «Экономический курс Справедливого Казахстана» предложил вынес­ти решение о строи­тельстве в нашей стране АЭС на референдум. И казахстанцам уже сейчас хорошо бы начать формировать взвешенную позицию, которая поможет им сделать осознанный выбор во время предстоящего плебисцита.

А пока мы предлагаем ознакомиться с тем, как общественное мнение по использованию мирного атома формировалось на примере разных стран мира.

Япония

Страна восходящего солнца пережила две ядерные катастрофы, ее жители на себе испытали последствия аварии на АЭС.

Однако Япония не намерена отказываться от атомной генерации электроэнергии. Более того, в планах правительства не только перезапустить имеющиеся в стране мощности, но и построить новые, правда, уже с учетом опыта предыдущих аварий.

Два нефтяных кризиса побудили руководство страны принять в долгосрочной перспективе курс на развитие атомной энергетики. Задачей было довести долю АЭС в энергетическом балансе страны до 50% к 2050 году.

В 2010 году, до аварии на АЭС «Фукусима-1», по всей стране действовали 54 атомные электростанции, при этом на атомную энергетику приходилось 25% выработки электроэнергии.

После той аварии все АЭС были остановлены. С тех пор электроэнергетические компании Кансая, Сикоку и Кюсю перезапустили работу 10 реак­торов на 6 АЭС, остальные объек­ты проходят проверку на безопасность.

По данным Международного агентства по атомной энергии, на 2020-й доля атомной энергетики в Японии составляла 5,1%. Однако правительство страны к 2030 году хочет производить около 20–22% электроэнергии за счет атомной энергии и ­36–38% – за счет возобновляемых источников.

Японская общественность, даже несмотря на катастрофу 2011 года, с пониманием относится к планам правительства. После трагедии многие на себе ощутили не только ее последствия, но и спад экономики в результате приостановки работы атомных электростанций. При этом у большого числа жителей страны из-за густонаселенности есть опыт сосуществования в непосредственной близости с атомной электростанцией.

Они понимают выгоды, которые можно получить за счет гранта на поставку электро­энергии и рабочих мест, создаваемых атомной электростанцией. Поэтому местные активисты выступают больше не против строительства и перезапуска АЭС, а за усиление мер безопас­ности.

Впрочем, и само правительство действует в том же направлении. Требования безопасности, которые были введены после трагедии на АЭС «Фукусима-1», до сих пор не позволяют перезапустить генерацию более чем на 70% мощностей. Перезапуск порядка 30% из них по результатам проверки и вовсе не планируется.

Что касается компаний, владеющих атомными станциями, то и их политика в отношении населения очень прозрачна. Меры по обеспечению безопас­ности общедоступны. Каждая АЭС имеет собственный план работы с населением в 30-километровой зоне вокруг нее. И готова принять меры по срочной эвакуации жителей в случае возникновения нештатной ситуации.

Возвращаясь к вопросам отношения руководства страны к обеспечению лояльности населения к проблемам, связанным с АЭС, достаточно вспомнить, что в конце августа Премьер-министр Японии Кисида Фумио отобедал морепродуктами, выловленными непосредственно в водах у аварийной АЭС «Фукусима».

Турция

Строительство АЭС «Аккую» в турецкой провинции Мерсин стало первой ласточкой на пути к собственной атомной генерации электроэнергии Турецкой Республикой.

Решение приступить к реализации данного проекта принималось непросто. Место для строительства будущей АЭС было определено еще в 70-х годах прошлого века с учетом целого ряда факторов. В их чис­ле – сейсмическая безопасность региона, возможность распределения электроэнергии, близость к морю.

Так совпало, что трагедия на японской АЭС произошла на следующий год после подписания соглашения о строительстве атомной электростанции с Россией в 2010 году. Турецким властям на волне растущей во всем мире радиофобии пришлось очень непросто, когда они склоняли население на сторону принятия сложного, но прагматичного и взвешенного решения.

Еще в нулевых дефицит электроэнергии по стране ежегодно стал бить все новые и новые рекорды, а альтернативы, чтобы восполнить его иным способом, так и не нашлось.

Для обеспечения лояльности населения руководство страны принимало всевозможные усилия. Проводилась скрупулезная и продолжительная разъяснительная работа, доказательно объясняющая разницу между современными АЭС и реакторами, производимыми в прошлом веке. Реализовывались даже такие любопытные проекты, как проведение соревнований по рыбной ловле в странах, где уже работают атомные электростанции.

Причем рыбу ловили непосредственно в тех местах, где вода выходит из охладителей реакторов, а затем улов отправлялся для изучения в независимые лаборатории, чтобы там могли беспристрастно оценить пригодность морепродуктов для приема в пищу.

Непосредственно к строительству станции Турция приступила в 2018 году, ввод в эксплуатацию изначально был запланирован на 2023-й. В начале сентября российская сторона подтвердила, что проект развивается строго по запланированному графику. Ожидается, что уже в 2024-м будет запущен в эксплуатацию первый энергоблок.

По завершении строительства и полного ввода в эксплуатацию всех четырех блоков, оснащенных современными реакторами ВВЭР-1200, ожидается, что станция будет генерировать около 35 млрд киловатт-часов электроэнергии в год. Это позволит обеспечить до 10% потребности Турции в электричестве.

Узбекистан

Наши южные соседи также уже давно и всерьез задумываются о строительстве АЭС на озере Тузкан в Джизакской области.

У Узбекистана уже есть прямые договоренности с Россией, запланированный проект предусматривает возведение атомной электростанции с водо-водяными реакторами типа ВВЭР-1200 мощностью по 1,2 ГВт⁄ч. В 2017 году правительство страны подписало соглашение с Российской Федерацией о возведении двух ядерных реакторов.

В 2019-м Узбекистан приступил к выбору площадки для строительства. И уже в январе того же года группа экспертов Международного агентства по атомной энергии (МАГАТЭ) пришла к выводу, что Узбекистан провел объективный анализ характеристик площадки для строительства АЭС, при котором особое внимание уделялось безопасности персонала, местного населения и окружающей среды в соответствии со стандартами МАГАТЭ.

С другой стороны, Ташкент не спешит объявлять о сроках начала строительства. Минис­терство энергетики Узбеки­стана объясняет неспешность в принятии решения необходимостью устранения любых возможных рисков.

Что касается работы узбекских властей по вопросу строи­тельства АЭС с населением, то в официальных СМИ необходимость и оправданность использования атомной электроэнергии уже давно позиционируется как данность.

Италия

Отношение к атомной генерации в Евросоюзе можно назвать одним словом – сложное.

Так, Италия приняла решение об отказе от атомных электростанций в 1987 году. Практичес­ки сразу после аварии на Чернобыльской АЭС на всенародном референдуме итальянцы проголосовали против развития в стране атомной энергетики, а уже в 1990-м там был остановлен последний энергетический ядерный реактор.

Но в нулевых стоимость углеводородов поползла вверх, страна ощутила дефицит дешевой электроэнергии. И в 2004 году в Италии был принят закон об атомной энергетике, благодаря которому стало возможным соз­дание совместных предприя­тий с зарубежными компания­ми для строительства новых атомных станций.

В сентябре 2009 года соглашение о ядерном сотрудничестве с США дало возможность вновь применять атомные технологии Соединенных Штатов, при этом итальянцы планировали довес­ти долю атомной генерации до 25% к 2030-му.

На протяжении всего 2010 года проатомно настроен­ное правительство объясняло итальянцам выгоды, которые можно получить от использования АЭС. Конституционный суд по инициативе оппозиции постановил, что этот вопрос должен быть решен путем референдума.

Так совпало, что плебисцит состоялся в 2011 году, уже после трагедии на АЭС «Фукусима-1», и 95% итальянцев проголосовали против планов и стараний правительства.

Сейчас электростанции Италии работают, по большей части, на нефти, газе и угле. И цены на эти энергоносители очевидным образом сказываются на конечной стоимости электричества для потребителей.