Почему нет другого пути?

– Сегодня очень много говорят о том, что ДЦП и аутизм – это последствия вакцин. Я, как акушер-гинеколог, участвовал в исследовании, где эксперты проанализировали большое количество историй рождения детей, которые потом заболели ДЦП. Мы увидели, что подавляющее большинство матерей имело проб­лемы со здоровьем, роды шли с осложнениями – все это вызывало гипоксию и негативное воздействие на цент­ральную нервную систему и, как следствие, анемию, преж­девременные роды, родовые травмы. Это приводило к рож­дению детей с патология­ми. Прямой связи аутизма и ДЦП с вакцинацией нет, как и нет другого пути защититься от болезней. Другое дело, что наличие медотводов должно вызывать отсрочку прививки. Я не знаю, кому выгодно нагнетать обстановку в отношении вакцинации, говорить о том, что принуждают прививаться или наказывают за отказ – таких мер в проекте нового Кодекса «О здоровье народа и системе здравоохранения» нет, – выражает свою точку зрения репродуктолог, акушер-гинеколог Вячеслав Локшин.

Если бы не прививки, был бы очень высоким риск развития цирроза и рака печени, риск рождения детей с синдромом врожденной краснухи, риск заражения полиомиелитом, при котором более 70% больных остаются инвалидами.

– Это 10% возможности умереть от дифтерии. Это возможное будущее бесплодие у мальчиков и 0,1% развития глухоты из-за паротита. Коклюш – это 2–3 месяца мучительного кашля, это 1% риска заболеть энцефалитом или получить легочное осложнение, – высказывает свое мнение заведующая кафедрой детских болезней медицинского университета «Астана», док­тор медицинских наук Марина Моренко.

Она поделилась одной докарантинной историей.

– К нам поступила мама с двумя детьми, у которых приступообразный кашель продолжался 2,5 месяца. Я не могу передать словами, насколько это мучительный кашель: по 10–12 ночных приступов плюс дневные. Мама, имея четверых детей, двоих прививала полностью по Национальному календарю, а младших – 3 и 5 лет – не прививала. Вы бы видели глаза этой мамы, которая была истощена уже и морально, и физически. Поэтому недооценивать коклюш не стоит – протекает он очень тяжело! И самое главное – дети получали огромное количество антибиотиков, ингаляционных процедур, которые были абсолютно безуспешны в этом случае, – рассказывает врач.

Почему мы стали такими уязвимыми? Почему появилось огромное количество аутоиммунных заболеваний, инфекций, аллергий? По словам Марины Моренко, существует динамическое равновесие между иммунной системой и патогенами, которые постоянно эволюционируют. И недооценивать инфекционные агенты нельзя, потому что микроорганизмы существуют на Земле 3,5–4 млрд лет, а люди всего 2 млн.

– Вакцины – капля в океане всех воздействий, с которыми иммунная система сталкивается и справляется. Вакцина АКДС содержит 3 тысячи антигенов, полиомиелитная вакцина – 15, корь – 10, паротит – 9, краснуха – до 5 тысяч. Но при этом организм малыша иммунологически готов ответить на 100 тысяч антигенов одновременно. Пациенты часто говорят: может быть, пересмот­реть календарь прививок? Не слишком ли рано мы начинаем вакцинировать? Нет! Чем раньше привьешь, тем меньше риски инфицирования. Организм новорожденного способен ответить выработкой антител на вакцину БЦЖ и гепатит с рождения, на коклюш, дифтерию и столбняк – с 2–3 месяцев, на живые вакцины – ближе к году, – доказывает Марина Моренко.

Победа над такими возбудителями, как корь, краснуха, полио­миелит, гепатит Б, ротавирусная инфекция, папиллома человека, туберкулез, дифтерия, столбняк, гемофильная палочка, пневмококк, менинго­кокк, возможна с помощью вакцинации. Национальный календарь прививок РК включает иммунизацию против 21 инфекционного заболевания. Он осуществляется с рождения и заканчивается к 18 месяцам с обязательной ревакцинацией. Ежегодно в Казахстане прививается до 5 млн человек.

– Важно помнить, что к процессу вакцинации нужно подходить индивидуально – это гарантия успеха. При этом, безус­ловно, существуют противопоказания к вакцинации – общие, постоянные, временные и дополнительные, – объясняет ученый.

БЦЖ не делается ребенку, родившемуся с массой менее 2 кг, АКДС не делается при прог­рессирующих заболеваниях центральной нервной системы, фебрильных судорогах в анамнезе. Коревая, паротитная, крас­нушная вакцины и комбинированные вакцины не делаются при тяжелых аллергических реакциях на аминогликозиды (гента-, канамицин). Если у ребенка отмечается реакция на куриные яйца, необходима диаг­ностика, которая позволит избежать осложнений, ведь некоторые вакцины, к примеру, от гриппа, выращиваются на куриных эмбрионах. Также, безусловно, нужно учитывать анамнез и со стороны родителей, запоминать, как протекала беременность.

Если ребенок перенес вирус­ную инфекцию, то последующая вакцинация производится не ранее, чем через 2 или 4 недели после перенесенного заболевания.

– Например, после перенесенного гломерулонефрита вакцинация откладывается на 6 месяцев, после перенесенного менингита – на год. Большое значение имеют аллергические реакции. Сегодня работники поликлиник наблюдают очень много детей с атопическим дерматитом. Для таких детей вакцинация является временным противопоказанием. Учитывая, что атопический дерматит – это хронический процесс, мы ждем ремиссии, – дополнила заведую­щая педиатрическим отделением поликлиники № 4 г. Нур-Султана Виктория Виниченко.

По данным ВОЗ, применяемые в настоящее время вакцины спасают 2,5 млн жизней в год и 5 жизней каждую минуту. В Национальном календаре представлены именно те вакцины, которые спасают от тяжелых болезней с осложнениями и инвалидизацией.

– Спасти детей можно только вакцинацией. В случае заболевания каждый третий с дифтерией, каждый второй со столбняком может умереть. У каждого второго выжившего после дифтерии развивается осложнение в виде поражения сердца, после полиомиелита – остаточные явления в виде паралича, – дополняет коллег заведующая кафедрой детских инфекционных болезней медицинского университета «Астана», доктор медицинских наук Динагуль Баешева.

Она представила данные мониторинга заболеваемости корью и отметила, что, по данным экспертов, вирус кори становится агрессивнее.

– Вспышка кори, которая была в 2018–2019 годах, протекала гораздо тяжелее, чем вспышка 2014–2015 годов. Только за четыре месяца погибли 12 детей. При этом заболевание протекало очень тяжело, с явлениями энцефалита, миокардита, чего не было ранее. И если раньше дети до года не болели, то теперь много заболевших именно этого возрастного периода. Это говорит о том, что этот вирус, циркулируя в обществе, мутирует и становится более агрессивным, – резюмировала Динагуль Баешева.

Согласитесь, с этими фактами трудно спорить.