Проект закона «О масс-медиа» вызывает большой интерес не только со стороны СМИ, но и всего гражданского общества Казахстана. И, судя по всему, дискуссия вокруг него становится все более конструктивной

Здесь прежде всего хотелось бы отметить именно наличие диалога, где все стороны пытаются услышать друг друга. Тот факт, что у профессионального сообщества периодически появляются вопросы к проекту закона – вполне нормальное явление. Законотворческий процесс – это всегда поиск взаимных компромиссов, где государственные интересы пересекаются с общественными, и важно найти ту самую «золотую середину».

Как раз такой диалог Министерство информации и общественного развития организовало в прошлом году путем создания рабочей группы по подготовке законопроекта «О масс-медиа». В нее вошли журналисты, юристы, правозащитники, представители гражданского общества. И как в любой рабочей группе, которая занята важным и нужным делом, в ней были споры и эмоции.

Другой вопрос, что там, где эмоции пересекаются с социальными сетями, нередко возникает синергетический эффект. И он еще более усиливается, если со стороны оппонентов, в адрес которых звучат вопросы, не слышно ответов.

Поэтому, когда Национальная Медиа Ассоциация предложила организовать конференцию для обсуждения наиболее острых воп­росов, министерство поддержало начинание. От МИОР в диалоге приняли участие председатель Комитета информации Елдос Наширали и директор департамента госполитики в области СМИ Жас­улан Умиралиев.

Какие темы обсуждались?

Первый вопрос касался преду­смотренных законопроектом требований к СМИ и журналистам о необходимости согласовывать материалы с уполномоченным органом при освещении чрезвычайных ситуаций. Кто-то сгоряча даже назвал это «цензурой». Многие отметили неработоспособность требования, поскольку любая задержка при согласовании материалов о ЧС нивелирует труд журналиста, ведет к потере актуальности материала и, более того, может привести к панике среди населения, поскольку «сарафанное радио» Интернета, как правило, сильно сгущает краски.

Представитель министерства Жасулан Умиралиев пояснил, что все замечания услышаны.

– Надо признать, что это наше упущение в части того, в какой редакции мы это предложили. Ведь эти нормы должны были действовать в период антитеррористических операций, как это прописано в действующем законодательстве, или военного положения. Поэтому сейчас мы вносим соответствующие изменения. Вы их в скором времени увидите.

Разработчики в качестве ограничения ставили цель не допустить утечки информации в случае, когда она могла повлечь тяжелые последствия. Теперь же, как отметил Жасулан Умиралиев, эта норма не будет распространяться на чрезвычайные ситуации техногенного характера, и привел в качестве примера ситуацию в Экибастузе, когда целый город остался без тепла. И это логично. Отсутствие информации в таких случаях наносит куда больше вреда.

Еще один актуальный вопрос коснулся введения пресс-карты для журналистов. Здесь мнения разделились. Кто-то считает, что это позволит обеспечить журналистов дополнительными привилегиями и льготами (что-то вроде статуса учителя). Например, при наличии пресс-карты журналист сможет автоматически заходить в любой госорган, при ее предъявлении полиция приоритетно должна защитить журналиста во время работы на митингах или других многолюдных местах. Другие участники диалога выражают опасения, что ввод карты может ограничить деятельность некоторых представителей СМИ.

В итоге решили, что процедура выдачи или отзыва карты должна быть четко расписана с учетом международного опыта. И здесь важно ответить на один главный вопрос: кто эти пресс-карты будет выдавать? Будут ли в составе комиссии представители министерства?

– Мы детально пропишем это положение, чтобы в этой комиссии не было представителей государства, – пояснил Жасулан Умиралиев. – В комиссию войдут только представители отрасли.

Что касается самой пресс-карты, то она, по уверению представителя МИОР, не направлена на сегрегацию или ограничения деятельности журналистов. Есть надежда, что в будущем эта пресс-карта позволит не только повысить статус профессиональных журналистов, но и предусмотрит для них некоторые преференции. Так, например, была идея распространить на держателей карт возможность получения льготной ипотеки. Но этот вопрос пока находится в стадии обсуждения с Министерством финансов.

Не менее важный для журналистов вопрос – закрепление в проекте закона сроков исковой давности, предъявляемых к СМИ на опровержение сведений, не соответствующих действительности. В этом плане идут переговоры МИОР с Министерством юстиции.

– Есть полное взаимное понимание по этому вопросу, – прокомментировал Жасулан Умиралиев.

Также на конференции были затронуты вопросы о необходимости отнесения YouTube-каналов к СМИ, регулирования ТВ-стримов, рекламы в Интернете, которая сегодня никак законодательно не регулируется, и другие.

Министерство обещало рассмот­реть все озвученные предложения. Работу над обновленным законопроектом МИОР планирует завершить к началу марта, а затем обсудить с общественностью.

С документом можно ознакомиться на портале «Открытые НПА», где любой желающий может внести свою лепту в обсуждение.

По завершении дискуссии последуют экспертизы – правовая, экономическая, антикоррупционная, лингвистическая, после чего законопроект будет направлен на оценку международным организациям и на согласование с другими государственными органами. И только после этого отправится в Правительство, а в дальнейшем – на обсуждение в рабочих группах Мажилиса.