Рожденный летать

Мне посчастливилось не раз встречаться с Талгатом Якубековичем, брать у него интервью. Записи наших с ним разговоров – «золотой запас» моего журналистского архива. Это был поис­тине неординарный человек, про таких, как он говорят – «рожденный, чтобы летать»

И действительно, словно сама судьба предопределила Талгату путь в небо, ведь его имя в переводе с арабского означает «высота», «подъем». Поэтому, когда 16-летний курсант аэроклуба ДОСААФ, вчерашний деревенский мальчишка, впервые самостоятельно поднялся в небо, каждой клеточкой своего тела он понял – это его стихия.

Хотя внешне Талгат никак не тянул на летчика – невысокого роста, маленький, щупленький, «в каких-то болтающихся штанишках, брюк-то не было», как он сам вспоминал. Этот мальчишеский вид сыграл с ним злую шутку и когда после окончания аэроклуба шел отбор в Саратовскую авиационную спецшколу пилотов, и потом, на фронте, когда командиры эскадрилий не спешили зачислять его в свою команду.

– Не брали меня в школу пилотов. Спасибо начальнику летной подготовки аэроклуба, который предложил: «Давайте, я с этим малышом полечу». А летали мы на ПО-2 . Это был мой первый самостоятельный полет, можете представить, что я чувствовал. Взлетел, и такой меня восторг охватил – сам лечу, сам управляю самолетом! – рассказывал он.

Свой первый экзамен Бегельдинов сдал на «отлично». Впереди была Саратовская военно-авиационная спецшкола пилотов, где готовили летчиков-разведчиков. К этому времени Талгату исполнилось всего 18 лет. Проучился два года, и его направили в третью Чкаловскую бомбардировочную школу пилотов, после чего последовала первая Чкаловская истребительная авиационная школа пилотов. Там-то летная судьба Талгата Бегельдинова и оказалась накрепко связанной с легендарным «горбатым», самолетом ИЛ-2. Свое прозвище самолет получил за характерный профиль – кабина пилота была приподнята по отношению к мотору, чтобы обеспечить лучший обзор. ИЛ-2 стал для Бегельдинова «родной машиной», ведь он совершил на нем свыше 300 боевых вылетов, пробыв в воздухе без малого 500 часов!

Разные приходилось выполнять задания – и в разведку летать, и эшелоны бомбить, и мосты взрывать, и с танками сражаться. Летал и по переднему краю, и по тылам противника, ходил на свободную «охоту», вступал в воздушные бои, в которых лично сбил семь вражеских самолетов.

Это было в начале 1943 года в районе Великих Лук. Обстановка на фронте оставалась напряженной, поэтому советским войскам ставилась задача – осуществлять наступательные операции, чтобы сковать противника и лишить его возможности перебрасывать резервы под Сталинград.

Первый боевой вылет у Талгата Бегельдинова состоялся 17 февраля 1943 года. Группу из шести штурмовиков вел командир эскадрильи Степан Пошевальников, на его самолете была цифра «13», по числу сбитых им вражеских самолетов. Вот как писал об этом полете в книге «Летчики и космонавты» легендарный Николай Каманин, который одним из первых в СССР получил звание Героя Советского Союза за участие в челюскинской эпопее, а во время войны он командовал авиадивизией.

«После возвращения Талгата Бегельдинова с первого боевого задания стало известно, что в первом заходе он настолько удачно спикировал на цель, что бомбы легли точно в бензохранилище. А со второго захода поджег склад боеприпасов. Такое бывало и у других летчиков, но редко, а у Бегельдинова получилось сразу».

Через несколько дней состоялся еще один знаковый полет Бегельдинова. При налете на деревню Горушка, превращенную противником в мощный опорный пункт, из шестерки ИЛов, где замыкающим шел Талгат, было сбито шесть наших машин. И один из немецких истребителей стал настойчиво атаковать ИЛ Бегельдинова. «Немец совершенно обнаглел, – вспоминал он, – высокая скорость в этот момент была для него помехой, и он выпустил шасси, чтобы уменьшить ее. Это почему-то меня взбесило. Ну, думаю, гад, я тебе не котенок. Резко развернул машину в сторону противника, взял ручку на себя. «Мессер» в этот момент оказался прямо передо мной в прицеле. Я нажал на гашетки. Вижу, как пули вонзаются в истребитель. Он задымился, свалился на крыло и пошел к земле… Но и мой самолет был поврежден, начал входить в штопор. Кое-как выровнял машину, набрал скорость, снизился и с трудом дотянул до аэродрома».

За этот бой Талгат Бегельдинов был награжден своим первым орденом – Отечественной войны 2-й степени. Вскоре ему было присвоено звание старшего лейтенанта, а в августе он был назначен командиром звена.

Талгата Бегельдинова на фронте считали везунчиком, судьба его словно оберегала, помогая выходить невредимым из самых невероятных ситуаций. Например, в одном из боев, когда его ИЛ вошел в пике, сверху на него стал падать подбитый немецкий истребитель. За доли секунды Талгат сумел вынырнуть из-под падающего на него самолета, и тот врезался в землю, а вместе с ним взлетели на воздух вражеские вагоны. Наблюдавший за этим воздушным боем командир дивизии Каманин в восторге воскликнул тогда: «Блестящее боевое пике выполнил Бегельдинов! В учебники бы его занести. Бессмертное пике!»

С именем Талгата Бегельдинова связан и еще один поистине легендарный случай, вошедший в историю Второй мировой войны. В немецкой армии славился как непобедимый летчик Ганс «Асси» Ханн, кавалер Рыцарского креста с Дубовыми листьями. На его счету было 560 вылетов и 108 сбитых самолетов». «Асси» считался непобедимым… пока его самолет не пересекся в небе с ИЛом Талгата Бегельдинова.

Этот бой произошел 21 февраля 1943 года в районе Старой Руссы. Для аса такого уровня быть сбитым каким-то мальчишкой (Талгату тогда было 20 лет) считалось позором, поэтому во время допросов (Ганс Хан попал в плен и семь лет провел в советских лагерях) он категорически отказывался признать, что его сбил молодой советский летчик.

Талгату Бегельдинову было всего 22 года, когда он получил первую Звезду Героя, и 23, когда вручили вторую. В стране всего 65 военных летчиков дважды были удостоены этого высокого звания!

Долгим и нелегким был для Бегельдинова путь к победе. Под Харьковом он был ранен, блуждал по вражеским тылам. Вернулся в свой полк, где его считали погибшим, даже китель с орденами отправили в родной аул! И когда вместе с полевым госпиталем его пытались эвакуировать в тыл, убежал из санитарного эшелона и вернулся к своим.

Освобождал Украину, Польшу, громил врага в поверженном Берлине. После Победы Бегельдинов рвался на родину. Однако ему предложили продолжить образование, и он стал слушателем Краснознаменной Военно-воздушной академии, после окончания которой служил в рядах Вооруженных сил СССР. Был заместителем командира полка по летной подготовке, а позднее начальником штаба высших курсов усовершенствования офицеров-штурманов.

В 1956 году по состоянию здоровья ему пришлось оставить так любимую им военную авиацию, но с небом дружить не перестал, перейдя на работу в гражданскую авиацию. Совмещая учебу и работу, не прося скидок и поблажек за боевые заслуги и регалии, учился в Московском инженерно-строительном, а позднее в Казахском политехническом институтах по специальности «промышленное и гражданское строительство». Что побудило аса стать строителем? Как он сам говорит, любовь к красоте и зодчеству.

Под его руководством построены аэродромы с современными взлетно-посадочными полосами, сданы в эксплуатацию двадцать аэропортов – широких воздушных ворот, открывших путь нашей рес­публике во все страны мира. Его заслуги неоднократно отмечены Почетными грамотами Верховного Совета КазССР и другими наградами.

Память о легендарном летчике живет и сегодня – 9 мая 2000 года на Аллее Славы Кокшетау ему был открыт бюст.
В Актобе Военный институт Сил воздушной обороны носит имя дважды Героя Советского Союза Талгата Бегельдинова, в Караганде – Республиканская военная школа-интернат.

В декабре 2015 года бронзовый бюст, копии личных документов, фотографии, а также портрет Талгата Якубековича были переданы в дар Центральному музею Великой Отечественной войны в Москве. А в этом году в День Победы ему был открыт памятник в Нур-Султане на проспекте Сарыарка на углу улицы, носящей его имя.