Вечные песни Шомишбая Сариева

Этот вуз – его альма-матер. После окончания в 1971 году факультета журналистики тогда еще КазГУ им. С. Кирова Шомишбай Сариев работал редактором в издательстве «Казахстан», заведующим отделом в журнале «Жұлдыз», старшим научным сотрудником Института литературы и искусства им. М. Ауэзо­ва. В эти годы он проделал огромную работу, которая под силу целому институту: проанализировал творчество казахских поэтов 50–70-х годов и провел исследования нового этапа развития казахской поэзии периода независимости.

При этом он ни дня не жил без поэтической строчки. Многие из его стихов стали песнями, их более 300. Как отметил ректор КазНУ Жансеит Туймебаев, пес­ни на слова Шомишбая Сариева дошли до самого сердца народа. Сегодня они есть в репертуаре всех казахстанских певцов. И на встрече, посвященной презентации книги «Ғибратты ғұмыр», Медеу Арынбаев и Ермек Берекет исполнили самые знаменитые из них – «Атамекен-ай», «Дәурен-ай» и «Қарағым-ай». Последнюю из песен, кстати, после того как она прозвучала в исполнении Димаша Кудайбергена, сегодня напевает весь мир.

В презентации книги приняли участие государственные и общественные деятели, поэты и писатели, представители интеллигенции, вдова Шомишбая Сариева – Жумагуль Кажен-кызы и его сын, начальник Канцелярии Президента РК Бакытжан Сариев.

– Мы прошагали вместе рука об руку полвека, – рассказала Жумагуль-апай. – Жизнь рядом с ним промчалась быстро. После того как мы вырастили и поставили на ноги троих детей, он все свои гонорары за изданные книги стал тратить на путешествия. Мы с ним побывали в 40 странах. Он, можно сказать, положил весь мир к моим ногам. Путешествуя, он спешил осмотреть достопримечательности, побывать в музеях и библиотеках. Все эти поездки выливались потом в творчество. Его ведь называли поэтом с двумя мощными крылами: одно – стихи, другое – песни, написанные на них.

Зейнолла Кабдолов, его учитель, говорил: чтобы песня получилась хорошей и прожила долго, текст должен быть хорошим. Так вот, его песни пережили его и, надеюсь, будут жить еще долго. Совсем недавно, после инаугурации Президента Касым-Жомарта Токаева состоялся концерт, который открыла Роза Рымбаева его песней «Атамекен-ай», а завершила другой его песней – «Қазақ елi». Обе они написаны 30 лет назад. Значит, Зейнолла-ағай был прав.

– Я долго думал о его творчестве и вот, к какому выводу пришел: чтобы узнать поэта Шомишбая Сариева как человека и попытаться понять, благодаря чему он удостоился самой высшей награды – любви народа, нужно заново перечитать его стихи, – говорил писатель и публицист Бейсенбай Сулейменов. – Люди больше 100 лет наслаждаются творчеством Абая и до сих пор не постигли его до конца, с Мукагали Макатаевым – то же самое, а Шомишбай через свое творчество предстает перед нами, как на ладони. Можно написать тысячи стихов о народе и для народа – и быть страшно далеким от него. Он не стремился стать выше тех людей, для которых писал, шел с ними нога в ногу, выразил все думы и чаяния человека из народа. Это то, что объединяло его с Шамши Калдаяковым и Мукагали Макатаевым.

Действительно, одно слово «Қарағым-ай» – и поэт передал печаль, точившую его отцовское сердце, когда единственная дочь выходила замуж. «Все накопленные за долгие годы богатства не стоят и одного дня, прожитого в любви, – говорил он дочери. – Жизнь без нее пуста». В «Атамекен-ай» тоже одним только этим словом он передал ту нежность, с которой относился к родному Казахстану, краше которого не видел нигде, хоть и объездил много стран.

– Если братьев отец держал в ежовых рукавицах, то меня очень баловал, относился с большой нежностью, называл «единственной в мире девочкой», а я говорила, что он – «мой Великий поэт», – вспоминала дочь поэта Шолпан. – Он всюду старался брать меня с собой, даже на рыбалку мы ездили вместе. И вез­де, где мы с ним появлялись, у папы просили автограф, хотели сфотографироваться с ним. Я, конечно, понимала, что он человек публичный, но все равно не очень любила всеобщее внимание к нему. Мне хотелось, чтобы мой папа принадлежал только мне.

Последние годы жизни отец мог несколько раз на дню звонить мне. Мы с ним часами разговаривали, он много рассказывал о своем детстве, а я была благодарным слушателем. Сейчас мне так не хватает его звонков. Первый год после его смерти было особенно тяжело. Стало легче, когда открылся музей его имени, одна за другой начали выходить его книги. Мама, которая страдала не меньше моего, сказала однажды, что у отца началась новая жизнь – он не забыт, народ его помнит. Когда люди узнают, что я его дочь, каждый стремится зачитать мне строчки из отцовских стихов. В такие минуты у меня на глаза наворачиваются слезы.

– Его творчество разберут «по косточкам» коллеги-поэты, его жизнь будет досконально исследована биографами, но я хочу написать свою книгу о нем, – сказал публицист Бейсенбай Сулейменов. – Она будет про обычного человека, а не про великого поэта. Уже найдены замечательные детали, осталась малость – найти то, что очень и очень отличало его от других. Ведь поэтов-песенников порой не считают за настоящих поэтов, но стихи Абая, Мукагали Макатаева и Шомишбая Сариева легли на музыку так органично, что многими воспринимаются как народные. Значит они – вечные.