Восстановить историческую справедливость

Руководитель научно-исследовательского отдела государственного архива столицы Газиза Исахан рассказала о деятельности работников архива в составе региональной комиссии, образованной акиматом столицы, по вопросам реабилитации жертв политических репрессий.

По ее словам, в настоящее время госархив столицы устанавливает имена репрессированных. Начата работа по проверке архив­ных документов Акмолинской уездной прокуратуры и окружной прокуратуры по отдельным уголовным делам.

В своем Указе «О создании Государственной комиссии по полной реабилитации жертв политических репрессий» от 24 ноября 2020 года Президент Токаев ставит главную задачу – на основе международных стандартов и ценностей восстановление исторической справедливости в отношении невинных жертв политических репрессий, возвращение их честного и доброго имени народу и потомкам.

Для полноценного достижения этой цели архивистам предстоит установить количество народных протестов, политических выступ­лений, имевших место в Акмолинском округе в 1920–1930 годах, против насильственного установления советской власти, преследования по классовому, религиозному, социальному признакам.

Также предстоит установить число конфискованных хозяйств кулаков, баев, полуфеодалов (середняков) и крестьян-шаруа. Важно и количество возбужденных по ним уголовных дел, административных материалов, перечень арестованных и осуж­денных, изгнанных – высланных с родных земель, представителей аульной и сельской знати, прос­тых крестьян.

Политика военного коммунизма в годы Гражданской войны, массовый голод в масштабах всего Советского Союза ускорили появление крестьянских «банд». А кампании по обобществлению скота в колхозах, экспроприации, а затем и ликвидации байства и кулачества в регионе в 1928–1930 годах вкупе с невыполнимыми с точки зрения здравого смысла грабительскими хлебо- и мясозаготовками, наступающий всеохватывающий голод дают толчок протестной активности местного населения.

Повсеместно в сводках органов ОГПУ по Казахстану отмечаются масштабные протестные выступ­ления, массовое неорганизованное отходничество, выход из колхозов, продовольственный и фуражный коллапс, повсеместный убой скота, особенно в колхозах.

Сопротивление голоду, коммунистической политике в Казахстане было расценено властями как бандитизм.

Как отмечает Газиза Исахан, одно из крупных народных движений в Акмолинском регионе развивалось во всем Приишимье. Это восстание, начатое против коммунистов села Урюпино, охва­тило территорию современной Северо-Казахстанской, Акмолинской областей.

Так, Тыржанов Ергали, проживавший в ауле № 11 близ Кокшетау, вместе с Нусупом Кылышбаевым, Нуралы Шолтуновым, с участием Ивана Полынцева из Арык-Балыкского района сформировали отряды для борьбы с советской властью из жителей ­аулов № 9, 11, 12. Они поддерживали связь с повстанцами сел Имантау, Жалгызтау, арестовывали коммунистов. 7 марта 1921 года около сотни повстанцев из села Макен направились в Шортанды.

– Мы думаем, что точные данные тех, кто принимал участие в этом восстании, можно будет узнать из бывших засекреченных архивов в ближайшее время, – говорит Газиза Исахан. – По данному факту было возбуждено уголовное дело на 971 человека.

Также, по ее данным, в рассек­реченных документах архива КНБ РК упоминаются руководители групп повстанцев по Акмолинскому региону: Мусапаров, Исиндер, Жанабаев, Алдабергенов, Бурибаев, Джапаров, Токсеи­тов и группы с неизвестными руководителями.

А в документах Акмолинского окружного исполнительного комитета, хранящихся в государственном архиве города Нур-Султана, говорится, что баи Коргалжынского района – Садвакасов, Айтмагамбетов и Суюнушев – перегоняли скот и вступили в организованную группу повстанцев в Сарыозекском районе в 1930 году. Также, по архивным данным ОГПУ, в Акмолинском округе в 1930–1931 годах были ликвидированы 2 банды и 35 ее членов. Кроме того, в сводках ОГПУ, хранящихся в столичном архиве, содержится информация о бандах Исина Усербая, Омарова Жамшита, Бытымбая.

– Формулировка «банды», которая столь часто встречается в архивных фондах 1930-х годов, требует уточнения, – говорит Газиза Исахан. – На самом деле под этими словами скрывались восставшие против голода и притеснений крестьяне.

Как она отмечает, изъятия продовольствия в 1920–1930 годах, кампании по переселению богатых, депортации, седентаризации, коллективизации вызвали открытое недовольство населения. В архивных документах дос­таточно фактов антисоветских заговоров, попыток выхода из колхозов, поджога складов.

Например, в селе Тургеневка Коммунистического района Акмолинского округа 13 апреля 1930 года в сельсовете группа бедняков, потребовавших продовольствия, хлеба, пригрозила разбить продовольственный склад.

В селе Ковалевка 30 крестьян захватили ключи и попытались открыть сарай, где хранились семена. А группа из 200 человек в селе Кетмен получила со склада 40 пудов зерна без разрешения.

По архивным материалам органов внутренних дел по городу Акмоле, были реабилитированы 6 216 человек, не реабилитированы 616 человек, а по Акмолинской области 5 662 реабилитированных, нереабилитированных 429 человек.

В то же время по инициативе Акмолинской областной ассоциации жертв политических репрессий издано 4 книги «Сохранить вечное». В первой части этого издания приведен список 7 015 граждан, подвергшихся преследованиям по 58-й статье в Акмолинской, Кокшетауской областях.