Юстиция: 30-летний рубеж

Беседовала Насихат Оркушпаева

История создания органов юстиции насчитывает чуть больше ста лет. Однако с обретением Казахстаном суверенитета они получили новый статус. Об основных вехах, достижениях профильного ведомства за 30 лет и планах на ближайшую перспективу рассказывает министр юстиции Канат Мусин.

– Канат Сергеевич, расскажите, чем занимается ведомство, что приоритетно в работе министерства?

– Главная задача ведомства – правовое обеспечение деятельности государства.

Если говорить о пройденном пути, то в числе основных достижений – формирование правовой базы и правовых институтов в Казахстане. Что касается правовой базы, органы юстиции выполняют несколько задач. Первая – это обеспечение планирования правовой политики через принятие государственных программ правового реформирования и концепций правовой системы. Вторая – совершенствование законодательства. Нет ни одной страны в мире, где законодательство носило бы застывший характер. Жизнь меняется, соответственно, меняются и установленные нормы. За 30 лет органами юстиции было обеспечено принятие большого количества законов и подзаконных актов.

– А какие документы считаются наиболее важными и определяю­щими?

– К примеру, могу выделить законы «О правовых актах», «Об арбитраже», кодексы о браке (суп­ружестве) и семье, об административных правонарушениях, гражданский процессуальный, предпринимательский, административный процедурно-процессуальный кодексы.

Последний из этих документов можно вообще назвать эпохальным, поскольку он открыл совершенно новый вид судопроизводства в стране – административный процесс. Проще говоря, это закон, который регулирует отношения казахстанцев с государством. Он был введен в действие с 1 июля 2021 года. Его коренное отличие от всех предыдущих документов в том, что он дает такие рычаги, которые позволяют гражданину более эффективно защищать свои права. Раньше, к примеру, из ста дел житель страны одерживал победу максимум в 15 случаях.

Кроме того, по старому законодательству казахстанец еще должен был доказать, что государство неправо. А новый закон разворачивает ситуацию на 180 градусов и выстраивает все по принципу «гражданин всегда прав», а государство изначально считается виновным, поэтому оно обязано предоставить подтверждения правомерности своих действий. Плюс к этому судья обязан помогать гражданину в сборе доказательств, в поисках справедливости. Сейчас граждане побеждают в судах в более 50% случаев. Поэтому нередко дело оканчивается примирением сторон еще до рассмотрения в судебных органах.

– Но наши граждане не всегда знают о своих правах и обязанностях. Что делается министерством в этом направлении?

– Действительно, цель государства заключается не только в принятии законов, но и обеспечении доступа граждан к ним. Для этого Минюстом обеспечено создание и функционирование важнейших информационных ресурсов, без которых невозможно представить сегодня нашу повседневную жизнь. Это всеобщий бесплатный доступ к информационно-правовой системе «Әділет», где размещено около 120 тысяч нормативных правовых актов, а также к Эталонному контрольному банку нормативных актов в электронном виде, который является источником официального опубликования. Для сравнения: в других странах таких систем нет либо доступ к ним платный. Поэтому я считаю это огромным достижением органов юстиции и государства в целом.

– Отдельно хотелось бы остановиться на законопроектной работе. Ведь большинство казахстанцев и представления не имеет о том, что стоит за разработкой и утверждением законов.

– Да, законопроектная работа – это сложный и многоуровневый процесс, поэтому для наглядного примера я опишу процедуры разработки законопроектов Правительством. Начало процесса разработки законопроекта тяжело определить, потому что государственные органы на постоянной основе мониторят исполнение законов. И если они обнаруживают какие-либо проблемы на практике, связанные с законодательством, то начинают работу по изучению путей их решения. Данное, так скажем, исследование выражается в разработке консультативного документа регуляторной политики. Этот документ обсуждается с населением, с целевыми группами, согласовывается с другими государственными структурами.

Если по итогам обсуждений и согласований государственный орган приходит к выводу о необходимости разрешения проблем через инициирование законопроекта, начинается разработка его концепции и самого законопроекта. Эти документы также обсуж­даются с населением и согласовываются с государственными органами. Но на данном этапе проводится больше процедур, связанных с изучением научных подходов к разработке законопроекта и зарубежного опыта. Проводятся экономическая, юридическая, антикоррупционная экспертизы. Роль Минюста здесь зак­лючается в координации всех процедур и проведении юридической экспертизы. После прохождения всех этих этапов Правительство вносит законопроект в Парламент, где он обсуждается депутатским корпусом с привлечением всех заинтересованных субъектов. Если Парламент принимает закон, то он направляется Президенту на подпись. С этого момента закон вступает в силу.

– Расскажите, что изменилось в деятельности судебной экспертизы за 30 лет?

– Одно из важных событий в истории судебной экспертизы – объединение их под крыло Министерства юстиции. Случилось это в 1997 году. Раньше же эксперты состояли в Минюсте, органах внутренних дел и в сис­теме здравоохранения. Каков результат объединения? Самый главный – они перестали испытывать ведомственное влияние.

Сейчас при нашем министерстве действует Центр судебных экспертиз, который имеет в каждом регионе страны свои представительства в виде инс­титутов. В настоящее время мы проводим 30 видов экспертиз по 57 специальностям: судебно-экологическую, генно-модифицированную, техногенных катастроф и другие. Я уже не говорю о геномных исследованиях, которыми сейчас никого не удивишь, а когда-то, на заре независимости, они ведь считались экзотическими.

Проведение новых видов экс­пертиз, безусловно, стало возможным благодаря знаниям и опыту сотрудников. Начиная с 2014 года в рамках программы «Болашак» более 70 специа­листов прошли стажировку в Лондонской школе экономики и политических наук. В настоящее время в ней обучаются 14 наших коллег. В свое время более 200 судебных и судебно-медицинских экспертов прошли повышение квалификации в Литве, Турции, Великобритании, Израиле, США, ОАЭ. Кроме того, мы регулярно проводим аккредитацию своих лабораторий в соответствии с международными стандартами, разрабатываем профессио­нальные эталоны для самих экспертов. При этом акцент делается на ключевых компонентах качества судебной экспертизы. Ведь общеизвестно, что от уровня проведенного исследования порой зависит чья-то судьба или даже жизнь.

– А если говорить о правовых институтах, какие были здесь изменения?

– Изменений множество. У нас появились частные нотариусы. На сегодня государственных нотариальных контор практичес­ки нет. За 30 лет нотариат стал окрепшей структурой. Далее – судебные исполнители. В 2010 году принят Закон «Об исполнительном производстве и статусе судебных исполнителей».

В настоящее время в Казах­стане работают 263 государственных и более 2 000 частных судебных исполнителей. Ни в одной стране постсоветского пространства такого правового института нет. В России – это Федеральная служба судебных приставов, в Кыргызстане судебные исполнители до сих пор состоят при судах, как это было в период СССР. Наш опыт показывает, что хороших результатов можно достичь как с государственными судебными исполнителями, так и с теми, кто работает по лицензии.

– Раз мы заговорили об исполнительном производстве, то не пора ли Казахстану перейти на более жесткие меры борьбы с неплательщиками алиментов? Ведь от беза­лаберности взрослых страдают дети…

– Рост количества неплательщиков алиментов – общественное явление. Это жизнь. Люди заключают, расторгают браки. Справедливости ради следует сказать, что большинство родителей, выплачивающих алименты, делают это добросовестно. К сожалению, на слуху и на виду как раз таки те, кто не исполняет обязательств. Сокращать количество должников – это дело не только одних судебных исполнителей. В этом процессе должно участвовать и общество.

Проще всего во всем обвинить судебников, мол, не делают ничего, отсюда и рост. Но это не так. У нас есть конторы, которые занимаются только алимент­ными производствами. Более того, мы не только преследуем неплательщиков, но и помогаем им трудоустроиться.

Вообще, работать судебным исполнителем нелегко, в первую очередь с моральной стороны. Поскольку их деятельность связана с принудительным производством, то, безусловно, есть те, кто недоволен ими. С одной стороны, это должник, а с другой – взыскатель. Второму, к примеру, все время кажется, что исполнитель работает как-то медленно. А люди довольные, как правило, молчат. Судебный исполнитель же, уверяю вас, выполняет пос­тавленные перед ним задачи в установленные сроки, поскольку в законодательстве прописано, что если в течение месяца он не предпримет никаких действий, то лишится лицензии. Стимул есть. Не секрет, что трудность его работы сопряжена с тем, что неплательщик зачастую скрывает сведения о месте работы, о заработной плате и так далее.

– Какие новшества планируется внедрить в области принудительного взыскания?

– Конечно, в деятельности судебных исполнителей есть и пробелы. К тому же жизнь меняется, модифицируются законы. А иногда законодательство не успевает за этими трансформациями, потому появляются нерегулируемые пробелы. Сейчас мы разрабатываем проект нового закона о принудительном исполнении. Старый закон изжил себя. Наша задача – использовать лучшие мировые практики. Специально для этого сотрудники выезжали в страны Скандинавии.

Мы планируем уравнять в правах и государственных, и частных судебных исполнителей, поскольку сейчас первые могут сделать больше, чем вторые. К примеру, возьмем процесс привлечения к административной ответственнос­ти за неисполнение судебного решения. Государственный судебный исполнитель может составить административный протокол и направить его в суд, а лицензированный такого права не имеет. Ему приходится чуть ли не за руку брать нарушителя, вести его в департамент юстиции. Это, конечно, сложно. Законопроект будем разрабатывать до конца года. Думаю, что уже в следующем году внесем его в Парламент. Но законотворческий процесс, как вы знаете, – ответственная и длительная процедура. Это документ, по которому будет жить вся страна.

К слову, со временем мы намерены отказаться от термина «частный» судебный исполнитель, заменив его на «лицензированный», поскольку ЧСИ – это не предприниматель, работающий ради выгоды. В первую очередь он – человек, которому государство делегировало полномочия по обеспечению исполнения судебных решений.

– Расскажите подробнее об инициативе ведомства в части соз­дания фонда по алимен­там. Разговоров о нем было много, но непонятно, работает ли он сейчас.

– В свое время этот вопрос обсуждался, но сейчас он не рассматривается. Согласитесь, обязанность содержать детей закреплена за родителями и перекладывать ее на плечи государства как минимум нецелесообразно. Это иждивенчество.

– Довольно часто недовольство деятель­ностью МЮ высказывают представители адвокатского сообщества. Как Вы реагируете на эту критику и насколько налажены отношения с адвокатами и независимыми юристами в целом?

– До 2018 года деятельность тех, кого вы называете независимыми юристами, не регулировалась. Они работали сами по себе, руководствуясь гражданским, гражданским процессуальным кодексами. Четыре года назад был принят Закон «Об адвокатской деятельности и юридической помощи». С тех пор частные практикую­щие юристы, не относящиеся к адвокатам, должны быть членами палаты юридических консультантов – негосударственной организации, главная задача которой – обеспечивать законность деятельности своих членов и качество оказываемой юридической помощи. Таких палат с начала действия с лета 2018 года насчитывалось около 80. Сейчас их количество меньше, поскольку многие объединились.

Отмечу, что новый закон усилил рамки правового поля. Мы ведем тесное взаимное сотрудничество и с адвокатами, и с юридическими консультантами. Совместно с адвокатским сообществом разработана «дорожная карта» относительно того, как улучшить их деятельность. Мы активно сотрудничаем с главой Палаты юридических консультантов Kazakhstan Bar Association Жумагельды Елюбаевым, председателем Республиканской коллегии юридических консультантов Сериком Акылбаем и другими видными экспертами в области юриспруденции.

– К слову, о юридических защитниках. Образ казахстанских адвокатов сегодня у многих ассоциируется с неким посредником, к примеру, между подсудимым и судьей. Что Вы на это скажете?

– Возможно, в глазах общества ситуация так и выглядит, но это весьма поверхностное суждение. Адвокат в первую очередь – защитник интересов и прав подоз­реваемого, обвиняемого, и у него достаточно полномочий, чтобы не просто выступать от имени клиента, но и активно защищать его. У него есть право требовать итоги конкретных экспертиз, он может ставить вопросы перед экспертами, ходатайствовать в суде о проведении дополнительных следственных действий и тому подобное. То есть это не пассивный человек и он ничем не уступает западным коллегам. Просто там, за океаном, как мы привыкли воспринимать по сюжетам фильмов, другая система права – англо-саксонская, соглас­но которой роли у прокуроров и адвокатов другие. Там нет предварительного следствия, все решается непосредственно в суде, поэтому и гособвинитель, и защитник подсудимого самостоятельно добывают доказательства виновности⁄невиновности того, кто находится на скамье подсудимых. К слову, элементы западной системы уже можно наблюдать и у нас. Работает трехзвенная модель уголовного процесса. Следователь собирает доказательства, прокурор оценивает их и решает вопрос о предъявлении обвинения, а суд принимает итоговое решение.

– Долгое время у всех на слуху были дела, главные фигуранты которых – братья Стати. Чем закончилась «эпопея» и какие дела международного уровня в работе у ведомств в настоящий момент?

– Защита интересов Казахстана за рубежом – одно из направлений деятельности Министерства юстиции. В числе самых крупных дел то, что связано с иском бизнесменов Стати к нашей стране. История долгая. Началась она еще в 2010 году. А причина в том, что якобы Казахстан нарушил законодательство и причинил ущерб иностранным братьям-бизнесменам. Истцы требовали взыскать крупную сумму на миллиарды долларов. Были наложены аресты на казахстанское имущество, в том числе на акции и денежные средства. Наша сторона предоставила неопровержимые доказательства того, что Стати получили решение арбитражного Шведского суда путем предоставления Фемиде несоответствующих действительности документов.

Проще говоря, они обманули суд. В итоге Высокий суд Англии постановил, что по действиям бизнесменов нужно провести отдельное разбирательство. Тогда-то Стати и отозвали свой иск. На сегодня сняты аресты с активов Национального фонда и «Самрук-Қазына» на миллиарды долларов США. А правоохранительные органы Люксембурга проводят сейчас уголовное расследование в отношении Стати за подделку документов, мошенничество и отмывание денег. Получается, за 12 лет разбирательства бизнесменам не удалось взыскать с Казахстана ни одного тиына.

В целом подобных дел международного масштаба у нас сейчас немало. Разбирательства связаны с поставщиками услуг и с финансовой стороной вопроса. Но, безусловно, такого рода дела значительно проще того, что связано с молдавскими предпринимателями.

– Спасибо за беседу и поздравляю с 30-летием органов юстиции!

– Спасибо! Действительно, З0 лет истории органов юстиции в современном Казахстане – значимый отрезок времени. Поздравляю всех со знаменательной датой и наряду с этим выражаю благодарность ветеранам, действующим коллегам за преданность делу. Именно благодаря верности сотрудников Минюст достигает успехов. Желаю новых побед, свершений! Тем более что в свете последних поручений Главы государства, озвученных в недавнем Послании, перед нашим ведомством стоят новые задачи и цели. Нам передаются права по корректированию уголовного, уголовно-процессуального законодательства. Теперь предстоит выполнить работу по их совершенствованию на высшем уровне, не завися от влияния отдельных ведомств.

Популярное

Все
В центре столицы горит девятиэтажка (Видео)
Пожилые супруги и 3-летний внук замерзли насмерть в области Абай
"Одни дома": двое детей сгорели в запертом доме в Шу
Склад сайгачих рогов и уникальные самоцветы нашли полицейские в частном доме в Алматы (Видео)
За салют с крыши поста полиции житель Алматы поплатился свободой (Видео)
Серийного вора аккумуляторов задержали в Алматы
"Озеро" с запахом химикатов появилось вблизи Атырау
Спецоперация по задержанию банды вымогателей попала на видео в Актобе
Открытость обществу и транспарентность – важные принципы в работе депутатского корпуса
Два комитета хотят упразднить в МВД
50-летнего иностранца подозревают в торговле наркотиками в Астане
Мосгорсуд утвердил приговор сыну экс-чиновника из Дагестана за убийство Томирис Байсафы
Памяти Аскара Забикулина посвятили победу на турнире столичные спасатели
Умер первый олимпийский чемпион среди казахов Альжан Жармухамедов
Предприниматели Алматинской области пришли на помощь жителям Экибастуза
О погоде в субботу рассказали синоптики
Вопросы районных газет обсудим в Астане – Дархан Кыдырали
Авария на ТЭЦ: 48 домов подключили к отоплению в Экибастузе
Женис Касымбек стал акимом Астаны
7 крупных предприятий восстанавливают подачу тепла в Экибастузе
Двое рабочих упали с 14-го этажа в Астане, один погиб
Дайрабаев высказался о внешней политике Казахстана
Жительница Балхаша убила свою мать за замечание
Ребенок под защитой государства – Кошанов о позиции Токаева
Ауесбаев ответил на критику оппонентами его партии
Несмотря на потерю зрения, режиссер Станислав Цих создал свой театр и пообещал Усть-Каменогорску фестиваль мирового уровня
Закон Республики Казахстан
Бабушка попросила полицию забрать у нее 3-месячную внучку в СКО
Ильин навестил в больнице огнеборцев, пострадавших при пожаре в Астане
"Учительницу с VIP-пропуском от МВД" наказали в Каскелене – видео
Где можно будет посмотреть трансляцию церемонии инаугурации Касым-Жомарта Токаева
Хотел спасти котёнка: мальчик провалился под лёд на реке в Астане
В Правительстве обсудили ход исполнения Программы повышения доходов населения
ЧП в Экибастузе: низкие тарифы могли стать причиной аварии на ТЭЦ
Спецоперация в Кокшетау: задержан хозяин "склада" с наркотиками
"Был 10 лет в рабстве": видеообращение к полиции записал житель Жетысуской области
Трехмесячная девочка скончалась во время забора крови в поликлинике Жамбылской области
Фотографии Бишимбаева, разъезжающего на внедорожнике, прокомментировал Антикор
Дочь нашла мать убитой спустя трое суток после трагедии в СКО
200 тысяч тенге за первичную регистрацию иностранных авто: Сенат принял закон

Читайте также

Статьи
Жизнь в картинах
Статьи
Сказки беременной мурены
Статьи
Идут по земле пилигримы
Статьи
Оставил нам свою земную песню

Архив

  • [[year]]
  • [[month.label]]
  • [[day]]