С весны затих фабричный шум

Текстильное производство полного цикла – ТОО «Azala Textile» – оказалось на грани исчезновения. Без работы остались сотни людей, десятки семей – без средств к существованию. Власти твердят о «дорожной карте», но время для тысяч людей уже давно замерло.

В начале весны 2025 года шымкентская фабрика ТОО «Azala Textile», некогда флагман легкой промышленности Казахстана, прекратила работу. В ее опустевших цехах сегодня не слышно шума станков – лишь голуби прячутся здесь от летней жары. А те, кто годами создавал продукцию, востребованную в странах Европы и России, теперь стоят в очередях у трудовой инспекции, прокуратуры и центров занятости.

60-летняя Татьяна Жаворонкова, упаковщица, рассказывает, как в одночасье осталась не просто без работы – без перспектив.

– Я рассчитывала на пенсию, на гарантии обеспеченной старости, – с горечью говорит безработная. – Мой сын – инвалид I группы. Найти работу в моем возрасте нереально. Я осталась без всего.

Татьяна – лишь одна из нескольких сотен сотрудников фабрики, оставшихся не у дел, без средств к существованию. Это тем более странно и обидно, учитывая, что созданная в 2012 году при государственной поддержке в рамках программы ФИИР Azala Textile считалась образцовым предприятием. Здесь перерабатывали хлопко-волокно, отправляя готовую продукцию в Европу, Россию, Турцию. Объемы позволяли выпускать до 6 тыс. тонн пряжи и свыше 10 миллионов полотенец в год. Но все это в прошлом.

Последние три года предприятие работало едва на 40% от ­своей мощности, да и то возникали трудности со сбытом продукции.

– Тем не менее мы рассчитались с долгами по зарплате, коммунальным услугам, а вот банкам, – откровенничает директор предприятия Бекет Турсынханов, – остались должны почти три миллиарда тенге. Однако продукции на складах фабрики – на 3,8 миллиарда тенге. Если ее продать, то можно было бы погасить все долги. Но продать ее не можем, сбыта нет совсем, и государственные органы нам в этом слабо помогают.

Проблемы предприятия начались с геополитических потрясений: из-за разрыва ранее налаженной логистики предприятие лишилось европейского рынка, а демпинг со стороны стран-соседей – Узбекистана, Кыргызстана и Китая не позволил шымкентским текстильщикам конкурировать с ними по ценам.

На фоне обострения ситуации власти Шымкента говорят о поддержке, о некой «дорожной карте» по возобновлению работы предприятия. Ее якобы уже отправили на утверждение в отраслевое министерство. И даже строят оптимистические прогнозы, согласно которым работа может возобновиться к сентябрю-октябрю 2025 года. Только на фабрике в это уже мало кто верит.

Бекет Турсынханов напоминает, что портфель гособоронзаказа оценивается в 60 млрд тенге. А компания получила заказ всего на… 500 млн тенге. Вот и недоуме­вает, кто и как мог выиграть конкурсы на поставку продукции на остальную сумму, если реальных производителей в рес­публике – единицы, и все друг друга знают? Это в массе свой мелкие компании, которые, если еще и остаются на плаву, то точно не имеют производственных мощностей для выпуска такого объема продукции.

Еще до того, как остановилось ТОО «Azala Textile», прекратило работу другое ТОО – «Azala-cotton». Обе фабрики входят в общий холдинг. Это тем более досадно, если учесть, что на Аzаlа-cotton уже успели достроить второй этап производственного цикла, чтобы наладить выпуск производства пряжи, которую бы использовала фабрика ТОО «Azala Textile» и выпускала из нее военное обмундирование и рабочую спецодежду. К сожалению, в «верхах», вероятно, престали видеть в этих двух фаб­риках (открытых, напомним, в рамках ГП ФИИР) перспективные точки роста.

Трудности у ТОО «Azala-cotton» начались из-за стоимос­ти хлопка-сырца.

– В 2023 году произошел резкий скачок цен на сырье, – поясняет Бекет Турсынханов. – Волокно сильно подорожало. Покупка хлопка-сырца по тем ценам подкосила финансовое благополучие предприятия, потому что потом цены обрушились.

Остановка сразу двух крупных текстильных предприятий сказалась на развитии отрасли. По данным Шымкентского городского акимата, объем производства в легкой промышленности упал на 18% в 2024 году и продолжает снижение в 2025-м году, ведь к простаивающему ТОО «Azala Textile» добавилось ТОО «Azala-cotton».

Заместитель руководителя управления предпринимательства Шымкента Ермек Турманов рассказывает, что в Шымкенте действуют 175 текстильных производств. Суммарный выпуск продукции за прошлый год оценивался в 36 млрд тенге, и в этой сумме была «львиная доля» двух вышеупомянутых предприятий холдинга.

Остановка ТОО «Azala-cotton» привела к существенному падению объема производства. Прекращение работы ТОО «Azala Textile» только усугубило ситуа­цию. Без работы в общей сложности остались свыше тысячи человек, связывавших свои на­дежды на достойную жизнь с работой на текстильных фабриках.

Директор колледжа легкой промышленности и сервиса Гульмира Тагаева считает такую ситуацию ничем иным, как следствием «тендерозависимой» экономики.

– Эксперты указывают на сис­темную проблему: казахстанские предприятия не выживают без тендеров, – комментирует Гульмира Тагаева. – Если не выигрывают, то простаивают. Таких, кто стабильно работает, – единицы.

В управлении предпринимательства Шымкента настрое­ны более оптимистично. Ермек Турманов рассказывает, что акиматом города подготовлена «дорожная карта». Сейчас ее отправили на согласование в Министерство промышленности и строительства. И даже не исключает, что уже предстоящей осенью удастся запустить обе текстильные фабрики.

Судьба Azala Textile – не просто история одного предприятия. Это символ системных проблем в легкой промышленности. Те, кто был уверен, что работают на стабильной и поддерживаемой государством фабрике, сегодня остались без средств к существованию. Будет ли у них шанс вернуться на свои места – зависит не только от дорожных карт, но и от политической воли и реальных решений на уровне Правительства.
В противном случае Шымкент из центра текстильной промышленности превратится в еще одну территорию упущенных возможностей.