Восемь женщин и одна тайна

Финальный аккорд получился громким, эмоциональным и по-настоящему женским: на сцене – восемь актрис, восемь характеров, восемь судеб и одна тайна, которая заставляет зрителя до последней минуты строить собственные версии происходящего.

Пьеса французского драматурга Робера Тома «Восемь любящих женщин» давно считается классикой мирового театра. Детектив, комедия, психологическая драма – жанровые границы здесь размываются так же легко, как и маски, которые одна за другой слетают с героинь спектакля.

Заснеженный особняк. Загадочная смерть хозяина дома. Восемь женщин, каждая из которых могла бы оказаться виновной. Пока героини пытаются разобраться в случившемся, зритель становится свидетелем не столько расследования преступления, сколько исследования человеческих душ.

– Этот спектакль показывает, как люди ведут себя в критической ситуации, – говорит режиссер-постановщик Анатолий Петриченко. – Постепенно с каждого персонажа снимается маска, и появляется его настоящее лицо. Здесь нет абсолютно хороших и абсолютно плохих. У каждого свои тайны, свои слабости, свои мотивы. Именно поэтому играть таких героинь особенно интересно. Положительный герой во многом предсказуем. А вот когда нужно понять, почему человек стал таким, что его сломало или заставило поступать именно так – начинается настоящая актерская работа.

Для самого театра эта постановка стала особенной еще по одной причине. Спектаклей, где заняты исключительно женщины, в репертуаре любого театра немного. Обычно актрисам приходится делить между собой одну-две роли в новой постановке. Здесь же на сцену вышли сразу восемь представительниц женской части труппы.

Формально в центре сюжета – загадочное преступление. Но на самом деле зритель наблюдает за столкновением сильных характеров, амбиций, страхов, ревности, любви и одиночества.

Особое внимание публики привлекла самая молодая участница постановки – 16-летняя Ирина Цой. Выпускница теат­ральной студии «Балаганчик» работает в театре всего год, однако уже получила одну из заметных ролей спектакля.

– Здесь невозможно выделить главного героя, – говорит режиссер. – Все персонажи важны, все участвуют в этой истории. И Ирина очень достойно справилась со своей задачей.

Премьера стала исполнением давней мечты коллектива. Как рассказал директор театра Игорь Вербицкий, о постановке «Восьми любящих женщин» в театре говорили почти десять лет:

– Мы давно хотели поставить этот спектакль. И сегодня могу сказать: ожидание было не напрасным. Получилась очень хорошая работа, которая, уверен, найдет своего зрителя.

Директор не скрывает гордости за актерский ансамбль. Каждая актриса создала свой характер, свою историю. Здесь есть все – любовь, ревность, отчаяние, надежда. Настоящая палитра человеческих чувств.

Для Шымкентского русского драматического театра эта пьеса имеет и особое историческое значение. Впервые ее поставили здесь в 1982 году. Тогда спектакль шел с большим успехом и собрал на сцене лучших актрис того времени. Прошло более сорока лет, и история получила новое прочтение, сохранив при этом свое главное достоинство – способность удивлять зрителя.

Олеся Жукова, сыгравшая экономку Шанель, признается, что ее героиня во многом похожа на нее саму:

– Она живет в этом доме больше пятнадцати лет и уже ни на кого не обижается. Принимает людей такими, какие они есть. Мне это очень близко. Я вообще очень рада, что попала в этот спектакль. Через год он останется тем же, но станет совершенно иным. В этом и есть магия сцены.

Совсем иначе смотрит на свою героиню Татьяна Миненко, сыгравшая Огюс­тину – женщину одинокую, нелепую, местами смешную и трогательную одновременно. Актриса любит такие роли за то, что они настоящие, в них больше жизни.

– Мне всегда нравились подобные персонажи, – признается она. – Красивых и идеальных играть не так интересно. А вот несовершенные люди вызывают сочувствие, потому что зритель узнает в них себя.

Именно эта жизненность, пожалуй, и делает спектакль особенно притягательным. За детективной интригой здесь скрывается история о людях, которые отчаянно пытаются казаться лучше, счастливее, успешнее, чем они есть на самом деле. Но в момент испытания маски неизбежно спадают.

Финал постановки режиссер оставляет открытым. Зритель сам решает, что произошло на самом деле и какой смысл в последних сценах спектакля. Возможно, именно поэтому после занавеса хочется не только аплодировать, но и продолжать спорить, обсуждать, искать ответы.