Как считают многие литературоведы, главная черта писателя Дукенбая Досжана – умелое сочетание прошлого и настоящего Казахстана

Трудяга, талантливый, ищущий литератор

Лауреату Государственной премии и Национальной премии им. М. Ауэзова Дукенбаю Досжану исполнилось 80 лет со дня рождения.

Вспоминается его встреча со студентами Казахского государственного педагогичес­кого университета им. Абая. Это место выпускник КазГУ Дукенбай Досжан выбрал не случайно. Предваряя вопросы студентов (а их было на удивление много), писатель рассказал эпизод из своего далекого детства. В его родной аульной школе математику преподавал некий Тойлыбай-ага. Этот учитель был обременен большой семьей. Однажды, когда выпал снег, ему оказалось не в чем идти в школу: в единственные ботинки обулся кто-то из его многочисленных отпрысков. Тогда старшеклассники, ходившие за учителем гурьбой, принесли его в школу на закорках.

– Я, в ту пору третьеклассник, наблюдая за этой картиной из окна, удивлялся, – рассказывал писатель. – Понимание, что учитель – великая профессия, и страна, которая будет носить своих педагогов на руках, никогда не останется на задворках истории, пришло гораздо позже. Пример учителя Тойлыбая – подтверждение этому: многие из его учеников стали выдающимися учеными-математиками.

Писательскую стезю Дукенбай Досжан выбрал благодаря книгам.

– В 50-х годах прошлого века мелкие колхозы стали объединяться в крупные хозяйства, – вспоминал Дукенбай-ага очередной эпизод из своего детства. – Но мой отец – еще тот упрямец: он отказался переезжать на центральную усадьбу, и я в тот год не пошел в школу. Переезжая, местное начальство в спешке забыло про сельскую библиотеку. Вот так я, несостоявшийся пятиклассник, пристрастился к чтению. В те же годы у меня зародилось чудовищное честолюбие. «Как бы прославиться?» – эта мысль, вернее «болезнь», передалась мне от классиков, которых читал запоем. Мне было 13 лет, когда я написал «Кокпар», свой первый рассказ, который был опубликован в Кзыл-Ординской областной газете.

Из-под пера этого яркого, самобытного писателя вышли 11 романов, 23 повести, свыше 100 рассказов.

– Трудяга, талантливый, ищущий литератор. Я его переводил с любовью, – говорил о нем писатель и переводчик Герольд Бельгер. – Среди лексических определений коня, казахских убранств, которые использует писатель Дукенбай Досжанов, питающий пристрастие к этнографическим деталям, встречаются и такие, которые мне в жизни не доводилось встречать. Еще, помню, немецкий литературовед и критик Леонард Кошут писал: «Я ощутил в повести «Полынь и цветы» желание прочно связать настоящее с минувшим и сделать его неотъем­лемой
частью нашего духовного мира: Дукенбай Досжанов умеет увлечь частностями и деталями, проникнутыми духом старинного быта и уважением к жизненному укладу отцов».

Как считают многие литературоведы, главная черта писателя Дукенбая Досжана – умелое сочетание прошлого и настоящего Казахстана. Вершиной его творчества Герольд Бельгер называл исторический роман «Шелковый путь». Эта глубокая, философская вещь, рассказываю­щая о чингисхановских временах, обращает на себя внимание не только яркой стилистикой, но прежде всего направленностью на единение тюркоязычных народов. На Западе «Шелковый путь» имел большой успех (тот факт, что в Германии этот роман издавался дважды, говорит о многом. – Авт.).

Одна из последних книг Дукенбая Досжана – сборник изб­ранных новелл «Когда я умирал» – вышла, к слову, в серии «Самый читаемый писатель». Почти все ее герои – уроженцы аулов, расположенных на северных и южных склонах горы Каратау.

«Быть чутким к человеку, к природе, ко всему доброму и красивому, созданному до тебя и при тебе, – вот основной пафос этих новелл. В этом и особая притягательность этих бесхитростных историй из жизни наших современников, простых и добрых людей-южан», – написал в предисловии к этой книге Абиш Кекилбаев.

– Я его считаю настоящим солдатом пера, – говорит писательница и литературовед Айгуль Кемелбаева. – Особенность этого замечательного писателя – очень мощные этнографичес­кие детали, раскрывающие характер, мировоззрение и менталитет народа. Я посвятила его изумительному рассказу «Кумыс» (трудно верить, что написал он его, когда ему было всего 15 лет) эссе. Умирающий табунщик просит приехавшего из города племянника исполнить последнее его желание – он хочет испить перед смертью кумыс, приготовленный руками любимой женщины.

Когда-то между ним, еще юношей, и зрелой женщиной, накануне его отправки на фронт вспыхнуло чувство. Он вернулся с той мясорубки живым. И все: больше они не встречались нае­дине, каждый из них зашагал по жизни своей дорогой, но то великое чувство они сохранили до конца жизни. В ауле об этом говорили недомолвками, намеками, сплетнями, не находящими подтверждения.

А они, не смея подойти друг к другу, продолжали любить. Об этом рассказано через напиток любви, который она изготавливает умирающему любимому. Но не успела – он умер: кумыс вылили на его могилу.

– Этот мощнейший рассказ – готовый сюжет для экранизации, – говорит Айгуль Кемелбаева. – Если бы кто-то из отечественных режиссеров взялся бы снять кино о хмельном степном напитке, ставшем символом великой любви, я бы написала сценарий.

У Айгуль Кемелбаевой особое отношение к Дукенбаю Досжану.

– В далеком 1983 году я, 18-летняя девочка, получила свою первую крупную литературную премию на престижном закрытом конкурсе, – рассказывает она. – Целое состояние – 1 000 рублей! В те годы молодым было сложно выйти с публикацией даже в газете, а тут я стояла на сцене рядом со знаменитым поэтом, классиком казахской литературы Есенгали Раушановым, обладателем первой премии.

В 1984 году Мухтар Шаханов, главный редактор журнала «Жалын», опубликовал
фрагмент из «Путешествия на материк», той моей детской повес­ти. По традиции тех лет, кто-то из маститых писателей должен был написать напутствие и тем самым дать свое литературное благословение молодому автору. Мне повезло – это сделал Дукенбай Досжан. Рука у агая оказалась легкой: все сбылось, я состоялась как прозаик.

После этого он написал мне еще пару писем. Обладая редким качеством искренне радоваться чужим успехам и поддерживать молодых коллег по цеху, в них он не просто восторгался моими рассказами, чем очень вдохновлял меня, – это был настоящий, крепкий литературный анализ. Однако, указывая на недочеты, не скупился на похвалы, если замечал особенно удачно подобранное слово.

Мне очень жаль, что Дукенбая Досжана все еще не перевели на языки ООН для зарубежного читателя. Делать это, я считаю, нужно с языка оригинала. У этого писателя очень самобытная и богатая языковая палитра. И есть большие опасения, что ее выхолостят, если будут делать это через язык-посредник.