Сотрудников Центра медицины катастроф отличают высокая готовность и самоотверженность

У Андрея десять лет стажа в реанимационном отделении крупной усть-каменогорской больницы и последние четыре года – врачом экстренной помощи. На протяжении этого четырехлетнего периода в «поле» ему с чем только ни пришлось столк­нуться. По сути, каждое дежурство – тест на профессионализм и, как бы пафосно ни звучало, на мужество. Например, в феврале 2020-го в переделку попали его коллеги. В пригороде областного центра, не дотянув до аэродрома, аварийно сел самолет медицинской авиации Ан-2. Воздушное судно долго планировало, но при столкновении с заснеженным полем перевернулось. На борту три члена экипажа, два врача и… кислородные баллоны. Рвануть могло в любой момент. От трассы до места ЧС примерно 500–600 метров по глубокой снежной целине. Врач вместе с фельдшером, с сумками, через сугробы бросились к самолету. К счастью, пострадавшие были в сознании, могли передвигаться. Медики помогли им выбраться, проводили до санитарного автомобиля, осмот­рели, перевязали. Было много ссадин, порезов. Пострадавших сразу доставили в больницу.

Еще одна ситуация со стопроцентно местной экзотикой случилась год назад в горах – в 70 км от Риддера. Немолодой мужчина отправился на лыжах навес­тить сына – охранника на гидросо­оружении Малоульбинского водохранилища. Маршрут экстремальный: таежная местность, высота снега больше двух метров, лавинная опасность, выступы, обрывы. На одном из коварных участков путник при падении сломал ногу. Сын просто чудом нашел его. По рации охранник запросил срочную помощь. День к вечеру, вылеты вертолета запрещены, пришлось дожидаться утра. Пилоту, чтобы посадить «вертушку», пришлось выискивать участок, где поменьше снега. Кругом тайга.…

– Когда мы смогли осмотреть пострадавшего, у него шло сильное обезвоживание, он принял большое количество болеутоляющих таблеток, – рассказал доктор. – Сын попробовал зафиксировать перелом с помощью каких-то палочек.

Медики поставили мужчине пневмошину, капельницы, сделали инъекцию. Причем дозу обезболивающего препарата пришлось высчитывать, что называется. на грани – чтобы не уронить и без того очень низкое давление.

– Ходили по краю, – вспоминает Андрей. – К счастью, пациента удалось благополучно доставить в Риддер. Там нас встречала скорая помощь.

В медицине есть понятие «золотого» часа: если в этот промежуток пациенту успели оказать первую помощь, шансы на выживание и стабилизацию высокие. И наоборот, чем больше потеряно времени, тем негативней прогноз. Для Центра медицины катастроф «золотой» час сжат, как правило, до минут. Радиус реагирования реанимобиля – 50 км. Бригады мчатся, чтобы остановить у пострадавших кровотечение, завести остановившееся сердце, снять болевой шок. Невозможно представить, что во время вызова медик решит освежить знания, что-то начнет гуглить, читать. По словам Андрея, голова и руки включаются машинально. Нет дыхания, зрачки поплыли – необходима сердечно-легочная реанимация. Медик вводит в трахею, или на специальном языке, интубирует трубку, мешок Амбу, в реанимобиле подключает кислород, начинает симптоматическое лечение…

– Врачам нужно постоянно учиться, – отмечает доктор. – Те же аппараты искусственной вентиляции легких или кислородная поддержка требуют знаний. Надо понимать, какой задать дыхательный контур, в каком объеме, с каким процентным содержанием кислорода в воздушной смеси. Мы смотрим мастер-классы от коллег, читаем, оттачиваем навыки на тренажере. Но когда ты на вызове, ты действуешь автоматически. Сказывается опыт.

Около месяца назад бригада медицины катастроф спасла людей, попавших в ужасную аварию в пригороде Усть-Каменогорска. Иномарка врезалась в бензобак микроавтобуса. Вспыхнул пожар. Из «газели» водитель и пассажиры успели выбраться, а в легковушке заклинило ремни безопасности. Водитель получил ожог волосистой части головы, лица, было нарушено дыхание, у человека был болевой шок. Рядом находился травмированный пассажир. Спасателям пришлось разрезать иномарку. Медики примчались в считанные минуты. Обезболили, подключили к аппаратуре, с сиреной доставили в больницу.

– Все закончилось благополучно, – продолжает доктор. – Мы успели. Ребята живы, идут на поправку.

Термин «медицина катастроф» говорит сам за себя: его сотрудники там, где взрывы, крушения, столкновения, пожары, наводнения. В стрессовых ситуациях эмоции у людей выражаются по-разному. Одни могут истерить, другие впадают в ступор, третьи становятся агрессивными. Бывает, бригадам начинают «предъявлять», что кому-то из пострадавших они оказывают помощь в первую очередь, пока остальные ждут. По словам врача, когда при лобовом столкновении масса травмированных, приходится вести медицинскую сортировку, как бы жестко это ни звучало. Если у человека открытый перелом бедра, кровотечение, болевой шок – он будет первым для бригады. Дальше медики переключатся на остальных, вызывают дополнительно скорую помощь. В такие моменты каждый доктор, фельдшер, медсестра еще являются психологами. Иногда исходящая от них уверенность помогает не хуже таблетки или укола.

– Человек в стрессе, ему страшно, у него подскакивает давление, – объясняет Анд­рей. – А это угроза инсульта и инфаркта, особенно для людей в возрасте. Если в такие моменты пациент видит, как врач профессионально оказывает помощь, слышит, что все будет хорошо, на него это действует как успокоительное.

В составе медбригады руками врача, образно говоря, является фельдшер. Он вводит препараты, указанные врачом, перевязывает, укладывает… По словам фельдшера Ельдара Маутканова, за годы работы, в том числе на трассовых медико-спасательных пунктах, у него уже столько практики, что он с закрытыми глазами сможет и в вену попасть, и шину наложить. Причем фельдшер и доктор должны уметь заменять друг друга. На вызовах так, кстати, чаще всего и происходит: врач занимается одним пациентом, фельдшер – другим.

По словам заместителя руководителя Восточно-Казахстанского филиала Центра медицины катастроф Толегена Иманбаева, в их службе нет случайных людей. Специалистов здесь удерживает не зарплата – в стационарах и поликлиниках она выше. Сюда приходят те, для кого слова о высокой миссии врача – не пустой звук. Настоящие профессионалы с по-настоящему высокой степенью готовности и самоотверженностью.

Тем не менее, по словам Толегена Иманбаевича, в их службе ждут, что в Министерстве по чрезвычайным ситуациям, к которому они относятся, поднимут зарплаты хотя бы до уровня, действующего в системе здравоохранения. На сегодня из-за низких заработков в центре, например, не хватает водителей – вместо необходимых шести-восьми работают четверо. И который месяц остается вакантной должность психолога.

– С травмами работать психологичес­ки тяжело, – пояснил Толеген Иманбаевич. – Выезжаешь на дорожную аварию – кровь, боль, не говоря уже о погибших. Не каждый выдержит. Врачи – те же люди. Они устают после смены, у них могут быть бытовые проблемы. Психолог должен эти ситуации контролировать, при необходимости даже снять сотрудника со смены.

Всего за последние восемь лет экстренными бригадами центра совершено около трех тысяч выездов, оказана помощь почти двум тысячам пострадавших! За сухими цифрами – судьбы. Благодаря подоспевшим вовремя медикам люди остались живы!

Вот только один показательный пример. Таежные окрестности Западного Алтая, зима, отрезанная снегом фермерская заимка. Оттуда на лыжах в Риддер добрался работник с просьбой о помощи – женщина сломала ногу, ей плохо, требуется эвакуация. Буквально через час на место вылетел вертолет с медиками. Экипаж подобрал на борт проводника, но мужчина, отлично ориентировавшийся на земле, в воздухе растерялся. На поиски ушло много времени, короткий световой день заканчивался. Из-за огромных сугробов пилоты не смогли приземлиться. Вертолет завис в двух метрах над землей, винты подняли снежную бурю, видимость – нулевая. Медикам пришлось прыгать в сугробы и дальше грести через снег к избе. Пострадавшей наложили шину, сделали необходимые инъекции. На носилках перенесли в вертолет. История в итоге закончилась благополучно – таежную отшельницу госпитализировали в областную больницу. Поставили на ноги.

Сейчас бригады центра несут дежурство в области Абай, где идет борьба с масштабным природным пожаром. Обращений немало. У кого-то подскочило давление, у кого-то головные боли, ссадины, проблемы с сердцем… Врачи всегда наготове, всех принимают, помогают, успокаивают, лечат.