Так вперед, по тропе – навстречу судьбе…

Горный маршрут протянется от Чарынского каньона до Кастека и Танбалы на западе, охватив более тысячи километров горной местности, озера, перевалы и урочища. Это не просто сеть троп, а попытка переосмыслить отношение к горам, показать, что развитие и бережливость не противоречат друг другу.

О том, как формируется новая культура активного туризма и спорта, зачем тропе нужны законы и в чем ее аманат, оставленный нам Алатау, мы поговорили с Ерланом Смайловым – общественным деятелем, членом правления KazAlpineClub и одним из инициаторов проекта.

– Сегодня часто можно услышать о «гармоничном развитии горной зоны». Что это означает на практике – с точки зрения альпинистского сообщества, экологов и горожан?

– Если говорить о гармоничном развитии, то нужно опираться не просто на красивые формулировки, а на принятые во всем мире принципы устойчивого развития. Казахстан – член ООН, и, как и многие другие страны, мы взяли на себя обязательства по соблюдению соответствующих стандартов.

Проект «Алатау Аманаты» строит­ся на принципах устойчивого развития, принятых во всем мире. Во-первых, тропа поз­волит перераспределить туристический поток и снять нагрузку с перегруженных локаций вроде Большого Алматинского ущелья и Кок-Жайляу. Причем это будет организованный, контролируемый туризм – пеший, конный, велосипедный, а не стихийное вторжение. А значит, с минимальным ущербом для природы.

Во-вторых, проект жизнеспособен только при участии местных сообществ. Важно, чтобы люди вдоль маршрута не просто наб­людали, а зарабатывали – как гиды, владельцы гостевых домов, предприниматели в сфере приема туристов. Не в теории, а в реальности.

Мы говорим об обучении гидов, развитии гостевых домов, локальном бизнесе – от пунктов проката до этноаулов. Не стоит переучивать людей на парикмахе­ров или айтишников, если в регионе есть спрос на проводников, инструкторов, специалистов по приему туристов.

И наконец – безопасность. Мы хотим не просто разработать маршрут, а заложить стандарты: от оценки рекреационной нагрузки до паспортов троп. Это и есть вклад в «Таза Қазақстан» – продуманный, бережный, живой.

– Какие вызовы и проблемы уже стали очевидны в процессе запуска проекта? Что мешает двигаться быстрее?

– Проект развивается уверенно, в том числе благодаря поддержке со стороны партии «Amanat». Что важно: речь идет не просто о KazAlpineClub, а о широкой поддержке всего горного сообщества – людей, вовлеченных в активный горный туризм.

До недавнего времени приключенческий туризм вообще не рассматривался на высоком уровне. А сейчас его впервые признали как стратегическое направление, и это серьезный шаг.

Что касается работы на месте... В центральной части уже есть участки троп, но они разрознены. Вдоль всего Заилийского Алатау нужно проложить маршрут с нуля. Сейчас идут разведки, сос­тавляются треки – с расчетом на два уровня сложности. В целом проект реализуется так, как и надо. Не в авральном режиме, а с фокусом на качество, безопас­ность и устойчивость.

– Как обеспечивается участие гражданского общества в принятии решений по благоустройству гор? Можно ли сказать, что голос альпинис­тов и любителей outdoor наконец-то услышан?

– Да, можно с уверенностью сказать: голос альпинистов, треккеров, велосипедистов – всех, кто любит и бережет горы, наконец-то начали слышать, в том числе в высоких кабинетах. Инициатива создания тропы «Алатау Аманаты» исходила именно от горного сообщества. Мы, как KazAlpineClub, стали своего рода связующим звеном, транслирующим многолетние мечты, наболевшие идеи и конкретные предложения тысяч и тысяч людей, которые годами ходили в горы, но не имели инфраструктуры, поддержки, признания.

Важно, что инициатива не просто услышана, но и принята. Ее поддержала партия «Amanat», а вслед за ней – профильные министерства, акиматы города и области. Все это – лучший показатель того, что гражданское общество сегодня не только присутствует в процессе, но и реально влияет на решения.

– Вы сказали, что тропа «Алатау Аманаты» объединит уже существующие и новые маршруты в единый маршрут протяженностью более 1 000 километров. Насколько это уникальный проект для Казахстана? Есть ли у него аналоги в Центральной Азии?

– Тропа «Алатау Аманаты» объе­динит более 1 000 километров маршрутов не линейно, а в виде сети треков разной сложности с радиаль­ными выходами к природным достопримечательностям. Уже есть участки от Кайынды до Чарына, от Кастека до Танбалы, и сейчас стоит задача связать их в единую систему с востока на запад.

Для Казахстана это первый проект такого масштаба. До сих пор маршруты ограничивались районом Алматы. А здесь речь идет о пилотной модели для всей страны: с методикой прокладки троп, расчетом нагрузки, вовлечением бизнеса и нормативной базой. В будущем эту «методичку» смогут использовать регионы.

В Центральной Азии аналогов пока нет. Кыргызстан – сильный пример в сервисе, но системной устойчивой тропы пока нигде не создано. Мы же идем к Национальной сети троп. Это продолжение нашей культуры – кочевой, природной. И это шанс для Казахстана занять свое место в мировой индустрии приключенческого туризма.

Здесь, мне кажется, срабатывает генетическая память. Наши предки были кочевниками, передвижение в пространстве – часть нашей культуры. Хайкинг, треккинг, сплавы, горные маршруты, конные экс­педиции – это не что-то внешнее, это наше, родное. Мировой рынок приключенческого туризма уже приближается к обороту в 800 миллиардов долларов в год. Казахстан с его ландшафтами, климатом и культурой может и должен занять в данном пространстве достойное место. Тропа «Алатау Аманаты» – это и есть тот самый драйвер, с которого все начинается.

– Почему именно сейчас стало возможно реализовать такой масштабный проект? Что изменилось – в обществе, в политике, в отношении к горам?

– Реализация проекта стала возможной благодаря сочетанию нескольких факторов. Во-первых, резко вырос интерес к горному и в целом активному туризму, особенно после пандемии. Люди стремятся к природе, к движению, и это уже не мода, а устойчивая потребность.

Во-вторых, появилась политичес­кая воля. Партия «Amanat» поддержала инициативу, и идеи горного сообщества были услышаны на уровне государственной власти.

И в-третьих, туризм стали воспринимать как точку роста экономики. Это часть диверсификации, отхода от сырьевой модели. Такой устойчивый и экологичный туризм дает стране шанс развивать сервис и малый бизнес – там, где он действительно нужен. В этом смысле время для запуска тропы выбрано не просто удачно – оно назрело.

– Маршруты делятся на условно «зеленый» (базовый) и «красный» (для опытных). Как будет организована безо­пасность на этих участках, особенно в высокогорье?

– Безопасность – один из самых важных вопросов. Уже сам факт организации маршрута, разметки и навигации снижает риски, но этого мало. Мы видим необходимость в спасательных хижинах, визит-центрах, обязательной регистрации групп, а в перспективе – в создании специализированной рейнджерской службы. Сегодня у нас есть лесники и спасатели, но они не охватывают всю сис­тему троп.

Планируем предусмотреть аварийную связь, укрытия, систему реагирования. Все это будет отрабатываться на этапе «пилота». Но не менее важно развивать культуру поведения в горах. Сейчас туда нередко идут неподготовленные подростки, что приводит к трагедиям. Поэтому нужно внедрять основы безопасности хотя бы факультативно – в школах и вузах. Без этого даже лучшая инфраструктура не сработает.

– Вы подчеркнули необходимость изменений в законодательстве – законе о туризме, Земельном и Экологическом кодексах. С чем связана эта потребность? Как отсутствие регулирования мешает развитию горного туризма сейчас?

– Сегодня в законе даже не прописано понятие «туристская тропа». Нет статуса, нет методики расчета рекреационной нагрузки, нет стандартов паспортизации. Все это необходимо, если мы хотим системного развития и прив­лечения инвестиций.

Отдельная тема – маршруты в ООПТ. В мире это давно урегулировано, у нас же часто возникает правовая неразбериха. Точно так же нет термина «приключенчес­кий туризм», а значит, и оснований для бюджетной поддержки.

Проблемой остаются и случаи, когда общественная тропа внезапно оказывается перекрытой, – не всегда срабатывает правовой механизм сервитута. Чтобы избежать этого, нужны четкие правила, баланс интересов, готовая нормативная база. К счастью, есть политическая воля, теперь нужно выстроить понятную и справедливую систему для всех участников.

– Название «Алатау Аманаты» звучит символично. В чем, по-вашему, «аманат» гор и как его передать следующему поколению?

– Название «Алатау Аманаты» действительно не случайно. В этом словосочетании – весь смысл проекта. Мы часто говорим, что получили природу в наследство от предков. Но на самом деле все наоборот: мы взяли ее взаймы у будущих поколений. И наша задача – не просто сохранить, а передать ее в достойном виде тем, кто придет после нас.

На днях я встречал одну из пилотных групп. Одна из участниц – Мария – сказала очень простую, но точную фразу: «Мы сейчас создаем тропу, по которой будут ходить наши дети и внуки». И это действительно так. Этот проект – не ради сегодняшней прогулки. Он – ради будущего.

Вот в этом и есть подлинный смысл «Алатау Аманаты». Это не просто проект. Это живое, созидательное дело, которое говорит о нас больше, чем слова: мы не проходим мимо. Мы прокладываем путь.