Накануне Дня работников науки Глава государства Касым-Жомарт Токаев обозначил ключевой вектор развития страны: только интеллектуальные нации, сделавшие ставку на культ знаний, способны идти в авангарде глобального прогресса. Сегодня внутренние затраты на науку в Казахстане стремительно растут, а государство беспрецедентно поддерживает исследователей.
О том, как наука трансформируется из дотационной сферы в реальный экономический инструмент, мы поговорили с вице-министром науки и высшего образования РК Гульзат Кобеновой.
– Гульзат Избасаровна, на недавней встрече в Акорде Президент подчеркнул, что научный капитал страны становится главным мерилом ее авторитета. Мы видим колоссальный рост господдержки – затраты на НИОКР к 2026 году достигнут 260 млрд тенге. Как эти средства трансформируются в реальные результаты?
– Президент абсолютно точно расставил акценты: в основе всех достижений человечества лежит труд ученых. Шестикратное увеличение финансирования за последние годы – это не просто вливание денег, это прямые инвестиции в формирование нового качества нации.
И мы уже видим отдачу через рост кадрового потенциала. Сегодня в науке занято свыше 28 тысяч человек – это на 30% больше, чем в 2021 году. И что особенно радует, наука стремительно молодеет. Почти половина (48%) исследователей – это молодые ученые, а средний возраст в отрасли снизился до 44 лет. Стоит отметить и высокий уровень гендерного баланса: 56% наших научных работников – женщины. Наша главная цель сегодня – переход к модели «интеллектуальной нации», где ученые могут достойно зарабатывать своим интеллектом здесь, в Казахстане.
– Глава государства четко дал понять, что наука должна работать на экономику. Видите ли вы встречный интерес со стороны крупных корпораций и инвесторов?
– Безусловно. Мы кардинально изменили правила игры: принят Закон «О науке и технологической политике», внедрен централизованный механизм отчисления 1% от доходов недропользователей на НИОКР. Для бизнеса заработали супервычеты до 300% на инвестиции в науку. И частный сектор повернулся к нам лицом – только по итогам 2025 года объем частных инвестиций в научные проекты достиг 24 млрд тенге. Доля коммерциализуемых проектов в прикладной науке выросла почти до 36%.
Мы уже выдаем реальные экспортные кейсы. Например, по технологии Института металлургии Satbayev University на базе ТОО «Казахмыс Прогресс» получен технический селен с чистотой 99,5%, добавленная стоимость продукции выросла с 30% до 97%. В январе мы экспортировали в Китай более 100 тонн этого материала.
Другой мощнейший проект – разработка ученых Nazarbayev University по получению прекурсоров для литий-ионных аккумуляторов из отечественного сырья. Потенциал этого производства оценивается в 40 млрд долларов! Это наш прямой билет в глобальные цепочки поставок. И таких коопераций науки и бизнеса становится всё больше.
– Одной из важных новостей стал перезапуск Национальной академии наук при Президенте РК. Какова ее новая роль в этой трансформирующейся экосистеме? И какие еще институциональные шаги предприняты для укрепления научного фундамента?
– Перезапуск Национальной академии наук – это историческое событие. Теперь она наделена высоким государственным статусом и выступает главным высшим экспертным центром страны. Именно Академия будет определять приоритетные векторы исследований, чтобы они максимально точно отвечали на вызовы времени и нужды экономики.
Кроме того, на институциональном уровне мы ратифицировали важнейшее соглашение о создании Центрально-азиатского гляциологического центра под эгидой ЮНЕСКО. Вопросы климата, таяния ледников и водной безопасности сегодня критически важны для всего нашего макрорегиона, и Казахстан уверенно берет на себя лидерство в их научном изучении.
– 2026 год объявлен в Казахстане Годом цифровизации и искусственного интеллекта. Какие передовые исследования в сфере ИИ сейчас ведутся на базе наших институтов?
– Искусственный интеллект – это базовая инфраструктура настоящего. Президент поставил задачу форсировать освоение ИИ, и министерство работает по нескольким фронтам. Мы активно разрабатываем национальную языковую модель (KazLLM), чтобы искусственный интеллект полноценно «заговорил» на казахском языке и понимал наш культурный контекст. На базе ведущих вузов создаются вычислительные кластеры, мы интегрируем курсы по ИИ в образовательные программы. Без сильной фундаментальной математики этот переход невозможен, поэтому мы делаем на нее огромную ставку.
– Государство начало мощно поддерживать ученых социально: учреждено звание «Қазақстанның еңбек сіңірген ғылым және техника қайраткері», решаются жилищные вопросы. Удается ли сегодня остановить «утечку мозгов»?
– Чтобы ученый мог творить, у него должен быть закрыт базовый социально-бытовой уровень. В 2025 году 271 молодой исследователь получил ключи от квартир (через льготное кредитование и на безвозмездной основе по поручению Президента). Кроме того, мы ввели весомые ежемесячные доплаты за ученые степени в размере от 17 до 50 МРП. Выделено 250 грантов на стажировки в ведущих мировых центрах.
Все это, вкупе с признанием статуса ученого на высшем уровне, дает результат. Конкурс в докторантуру растет, и мы наблюдаем процесс «brain circulation» (циркуляции умов) – наши состоявшиеся ученые возвращаются из сильных зарубежных лабораторий в Казахстан, потому что здесь создана рабочая, финансово привлекательная экосистема.
– А как обстоят дела с популяризацией науки? Что делается для того, чтобы для школьников и студентов профессия исследователя вновь стала престижной и желанной?
– Популяризация напрямую связана с признанием заслуг. Когда молодежь видит, что государство высоко ценит труд ученых, парадигма меняется. Только в 2025 году мы присудили 6 высоких премий в области науки и 75 государственных научных стипендий, причем 50 из них целенаправленно отданы молодым исследователям. Также премию «Лучший научный работник» получили 50 наших выдающихся ученых.
Эти люди – интеллектуальная элита нации. Мы активно транслируем их истории успеха. Наша задача – сделать так, чтобы имена казахстанских ученых-новаторов были так же известны и уважаемы в обществе, как имена известных деятелей культуры или спорта.
– Открытие филиалов зарубежных вузов стало визитной карточкой вашего ведомства. Как эта международная интеграция влияет на уровень отечественной науки?
– Привлекая мировые академические бренды, мы импортируем передовые стандарты исследований и технологии. Это подтягивает наши национальные университеты, и они уже сами выходят на мировую арену как сильные игроки.
Буквально свежий пример: в 2025 году Восточно-Казахстанский технический университет (ВКТУ) имени Д. Серикбаева стал первым казахстанским вузом, победившим в престижнейшей европейской программе Horizon Europe. Они вошли в проект TiBeRIUM с участием 12 стран и общим бюджетом 8 млн евро. Это доказывает, что наша наука абсолютно конкурентоспособна на мировом уровне. Интеграция в глобальное научное пространство – это фундамент того самого Прогрессивного Казахстана, о котором говорит наш Президент.
