Музыкальный язык казахского народа

– В каком возрасте Вы впервые взяли в руки домбру? Как музыкальное искусство стало делом Вашей жизни?

– Как и многим детям моего поколения, мелодии домбры знакомы с самых ранних лет. Уже тогда она покорила меня своим неповторимым звучанием. Виртуозное исполнение кюев, услышанных в детстве, подтолкнуло к тому, что в конце концов я и сам взял в руки домбру. Конечно, тогда только из интереса, профессиональным кюйши становиться я не собирался. Но в старших классах всерьез увлекся домброй и понял, что это на всю жизнь.

Встал вопрос: где получать музыкальное образование? 18 января 1977 года Совет министров Казахской ССР постановил образовать Джезказганское музыкальное училище, базой для которого послужило музыкальное отделение расположенного в Никольском культпросветучилища. Туда я и поступил. В 1985 году, окончив училище, продолжил образование на факультете народных инструментов Алматинской государственной консерватории. Так я и стал профессиональным кюйши.

– Кто был Вашим непосредственным учителем? Чьи традиции оказали влияние на Ваш творчес­кий стиль?

– Прежде всего – мой отец Алимхан и его брат Сеитхан. Они были выдающимися кюйши, которым довелось видеть и слышать знаменитого композитора, ученика Ыкыласа и основателя Кара­тауской школы кюев Сугира Алиулы, заложившего основы новых музыкальных традиций и направлений. Мой отец и дядя сохранили и передали мне многое из сочиненного Сугиром. Их даже называли последними аутентичными исполнителями казахских кюев. Всю жизнь я брал пример с них.

Также на развитие моего стиля оказало значительное влияние творчество народных кюйши Толегена Момбекова и Генерала Аскарова. Толеген Момбеков – один из лучших исполнителей шертпе-кюев, удостоенный звания заслуженного работника культуры Казахской ССР. Его самое известное произведение – кюй «Салтанат» – популярно в народе до сих пор. А Генерал Аскаров знаменит как исполнитель эпических поэм, благодаря ему новое звучание приобрели произведения Таттимбета, Ыкыласа, Сугира и Жаппаса.

Прекрасной была игра Магауи Хамзина, народного артиста Казахской ССР, впервые исполнившего на домбре произведения классиков – Моцарта, Брамса и Рахманинова. Учился я и у таких выдающихся композиторов, как Даулетбек Садвакасов и Орал Исатаев. Каждый из них внес свой определенный вклад в формирование меня как композитора, придал импульс моему творчеству, дал мне знания, которые я теперь передаю своим ученикам.

– Вы являетесь представителем Аркинской домбровой школы. Расскажите, пожалуйста, о наиболее характерных особенностях.

– История Аркинской домбровой школы неразрывно связана с именем Таттимбета, творческую манеру которого отличают два основных приема: алма-кезек, суть которого заклю­чается в поочередной игре на струнах и длительном звучании одной струны. Мастерски используя эти приемы, Таттимбет фактически обновил технику исполнения шертпе кюев.

Увы, долгое время его наследие рассмат­ривалось в отрыве от произведений его прямых последователей, то есть вопрос о школе, которую, как известно, определяют общие творчес­кие принципы ее представителей, музыковедами даже не ставился. А ведь традиции Таттимбета не только продолжали, но и приумножали, поднимали на новую высоту такие видные композиторы, как Тока, Абди, Сембек, Кыздарбек, Жаксылык Омашев, Уали Бекенов, Апике Абенова.

Вообще же Аркинская домбровая школа тяготеет к созданию проникновенных психологических зарисовок, способных передать слушателям те чувства, что зашифрованы в их звучании.

– Домбру называют душой казахского народа и зеркалом бытия нации. В чем, на Ваш взгляд, заклю­чается сакральное значение домбры?

– Я считаю, что мелодии домбры – это исторически сформировавшийся музыкальный язык казахского народа. Все важнейшие события в жизни страны, начиная с эпохи Золотой Орды и заканчивая сегодняшним днем, отражены в кюях. Мне кажется, в будущем ученые смогут расшифровать эти уникальные произведения, и тогда им откроется такая информация, которую мы с вами даже представить не можем.

Сакральное значение домбры для меня определяется ее неповторимым тембром и звуковым окрасом. Добиться подлинного звучания домбры можно только при соблюдении техник традиционного исполнения. Задача дня сегодняшнего – сохранить богатое наследие казахских кюев, которое должно стать неотъемлемой частью культурной жизни каждого казахстанца.

– Как часто в повседневной жизни Вы играете на домбре? Произведения каких композиторов наиболее любимы?

– Вся моя жизнь принадлежит искусству, поэтому на домбре я играю каждый день. Связано это и с моей преподавательской деятельностью, и непосредственно с работой композитора. Я люблю все традиционные кюи, большой интерес вызывают также новые кюи, созданные молодыми композиторами, которые достойно продолжают традиции своих выдающихся предшественников.

Кюй нужно исполнять так, будто мелодия – это твоя речь. В этом отношении, разумеется, мне ближе всего кюи Таттимбета и Сугира – вершины казахской музыки.

– Шесть лет назад был учрежден Национальный день домбры. Повысился ли за это время интерес к национальным музыкальным инс­трументам? Каковы перспективы развития домбрового искусства?

– Когда праздник кюя приобрел национальный статус, общественный интерес к домбре получил новый импульс. Возобновилась работа кружков, в профессиональных учреждениях активизировалась исследовательская работа. В том числе не могу не отметить, что должное освещение получила тема истории Аркинской домбровой школы, впервые за долгое время рассматриваемая во всей полноте. В репертуар многих музыкальных коллективов включаются классические и современные кюи, всегда находящие отклик у слушателя. Все это свидетельствует об активном современном развитии искусства игры на домбре.