Уютная зимовка, теплый қоржын-үй

Эта встреча итоговая по двум проектам – «Ботогай» и «Изучение казахских зимовок», связанным с основной задачей музея – воссозданием поселения Бозок, его строительных конструкций, начиная от древности, и до позднего средневековья.

– Раньше археология занималась в основном погребениями, а теперь упор делается на поселения, на их реконструкцию, – говорит Айнагуль Ганиева, ученый секретарь историко-культурного музея-заповедника «Бозок». – С эпохи бронзы, с круглых стацио­нарных жилищ, о которых рассказывают наши докладчики, ведет свое начало традиционное казахское жилище – юрта. При этом с древности до современности использовались те же самые материалы и конструкции.

По ее словам, за последние десятилетия отечественными археологами открыты десятки поселенческих памятников разных хронологических периодов. Все они представляют огромный интерес. Жилище – главный ­элемент материальной культуры, по нему можно изучить этническую, социальную, хозяйственную, культурную жизнь народа. Казахские зимовки изучены неравномерно, целенаправленно это делается только в районе столицы, в Нура-Ишимском междуречье. В этом регионе исследуются поселения Саркырама, Козыкош, расположенные на окраине Астаны. Поселение Козыкош состоит из 80 отдельных усадеб.

– Основным объектом нашего исследования стал известный памятник местного значения – казахская зимовка Бозок II на южном берегу озера Бузукты, в пяти километрах юго-западнее места древней переправы через Ишим – Караоткель, – говорит Айнагуль Ганиева. – Изучены пять строительных конструкций: три жилые, две хозяйственные.

Реконструкция Сергазы Сакенова

Выяснилось, что при строительстве домов использовались природные материалы: глина, песок, деревянные столбы, камыш и тростник. Возле каждого дома находились открытые и закрытые хозяйственные помещения для содержания скота.

Используя комплексные археологические исследования зимовки Бозок II и сведения письменных источников, ученые уже создали виртуальную реконструкцию казахской зимовки в программе для 3D-моделирования.

Исследователи пришли к выводу, что в северных регионах Казахстана стационарные жилища отличаются по нескольким архитектурным признакам. Главным образом они подчинены окружающей среде и ландшафту. Строители предусматривали холодный и суровый климат, и все постройки были к нему подготовлены. К примеру, стены первого и второго изученных домов были шириной до одного метра и выложены из четырех рядов саманного кирпича.

– Высота домов не превышала 2,6 метра. Кровля была односкатной, сооружалась из наката бревен и жердей, утеплялась спрессованным камышом, глиняной стяжкой и ежегодно дополнительно подсыпалась золой, – говорит Айнагуль Ганиева.

По ее словам, дома отапливались печами, возведенными по центру, или же печь «бес құдық» разделяла помещение на две разные комнаты. Сырцовый кирпич, учитывая характеристику почв Нура-Ишимского водораздела, от чрезмерной сырости мог разрушаться. Эту проблему жители қыстау решали складированием золы вокруг стен дома. Зола является хорошим водоизоляционным материалом, также ее химический состав не позволял насекомым проникать внутрь.

Еще одна особенность зимовок северных регионов – закруг­ленные углы и стены овальной формы, которые являются признаками адаптации к природно-климатическим условиям. Такие конструкции позволяли минимизировать напор шквальных ветров и сильной метели. Необходимо отметить, что даже в бытовой речи казахов сохранились словосочетания «жел терісінен соғып тұр», «қар терісінен ­жауып тұр».

Необходимо отметить, что интерьер зимовок был простым, полы помещения, скорее всего, это стяжки из глины. К примеру, в первом доме в центральной комнате зафиксирован слой плотного суглинка с углистым слоем. Эта конструкция, по мнению исследователей, является суфой, обыч­но она пристраивалась к печи.

Центром помещения является печь. Хорошая сохранность нижних кладок печи-бесқұдық свидетельствует о применении при строительстве огнеупорного и высококачественного стандартного кирпича. Такое теплотехническое сооружение в домах, построенных из самана, давало хороший коэффициент отапливаемости помещения и экономию топлива. В начале XX века подобные печи широко распространились в жилых домах казахских зимовок, именно в северных регионах страны, что прежде всего связано с суровым и затяжным зимним периодом.

Еще одним из стандартных архитектурных приемов, характерных для казахских зимовок, является то, что к жилому дому примыкает второе строение, и они представляют собой единый архитектурный комплекс.

В традиционном казахском обществе близко стоящие дома имеют свои названия. Они отличаются назначением: үлкен үй – это дом, где непосредственно живет семья хозяина, кіші үй – это хозяйственные постройки, здесь также могли проживать семья пастуха или работники.

Судя по полученным данным, хозяйство обитателей қыстау Бозок II базировалось на скотоводстве. И одним из архитектурных решений, связанных с хозяйственной деятельностью, стало возведение хозяйственных сооружений для скота вблизи жилого дома и соединение их общим проходом.

Загоны для животных построе­ны параллельно с домом. Кирпичных или каменных кладок не обнаружено. Скорее всего, они были каркасно-столбового типа и строились в виде изгороди из бревен, связанных ветками и жердями. Кровля была двухскатной. При перекрытии кровли использовались жерди, ветки, спрессованный камыш, а затем сверху насыпали золу.

С западной стороны за пределами торцовой стены дома обнаружен колодец диаметром 1,5 м. Колодец расчищен до глубины 2 м. При расчистке найдены несколько предметов быта и скелет собаки. Небольшой размер костей, отсутствие отдельных зубов указывают на то, что скелет принадлежит молодой особи. Захоронения собак встречаются довольно часто. Исходя из материалов казахской этнографии, некоторые ученые считают, что ритуальное захоронение собак на стационарных поселениях проводилось в связи с уходом из этих мест человека, и собака должна была продолжать свою функцию сторожа после смерти.

Основной подъемный материал при раскопках – кости животных. Остеологический материал, полученный на зимовке Бозок ІІ, изучен в археозоологической лаборатории Института археологии им. А. Х. Маргулана остеологом Мамбетом Шагирбаевым. В результате исследования трехсот фрагментов костей выявлено процентное соотношение домашних животных, содержащихся на зимовке. Кости животных разбиты по признакам, большая часть которых – 83% – «пищевые отходы». Останки крупного рогатого скота составляют 48,1%, лошади – 39,6%, мелкого рогатого скота – 9,5%. Остеологические исследования дают возможность проследить за развитием и направленностью хозяйства.

Важным направлением в изу­чении казахских поселений стало исследование в области архитектуры. Идет поиск истоков традиций казахского домострои­тельства.

Ранее знаменитый казахстанский археолог Карл Байпаков писал, что планировка вытянутых домов типа «қоржын-үй» на казахских зимовках близка планировке позднесредневековых жилищ Отрара, так называемой линейной или анфиладной. Позднесредневековое жилище, как удалось относительно недавно установить, почти без изменений сохранялось вплоть до современности в городах и селах Южного Казахстана.

Целая череда публикаций последних лет показывает важность исследования этого вида памятников прошлого. Так, в ходе «круглого стола» Александр Горячев, археолог, специалист по эпохе бронзы, старший научный сотрудник Института археологии им. А. Х. Маргулана рассказал о результатах более чем 20-летних исследований поселений бронзового века в Жетысу, происхож­дении юртообразных жилищ в горах. Его данные показывают взаимосвязь между традициями домостроения и климатическими условиями отдельных районов в Кунгей, Иле (Заилийский Алатау), а также степных районах междуречья Шу-Иле.

О жилищах круглой формы позднебронзового века по материалам поселения Шагалалы ІІ рассказал Сергазы Сакенов, старший научный сотрудник НИИ археологии им. К. А. Акишева.

– Раскопки дали большой результат, – говорит археолог. – Исследовав это поселение, ар­хеологи могут с точностью ­утверждать, из чего и какой формы возводили жилища, в том чис­ле и кровлю, люди, населявшие эти места много веков назад. В этом большая ценность поселения Шагалалы. Древние люди занимались комплексным хо­зяйством, иначе им было просто не выжить в нашем климате. Они были скотоводами, рыболовами, охотниками и ремесленниками. В пользу последних говорит большое количество находок из бронзы. Литые формы свидетельствуют о том, что люди занимались литьем металлов, каменные куранты служили для размягчения руды. В пространствах между домами мы обнаружили специальные хозяйственные ямы, которые служили холодильниками как зимой, так и летом.

По его словам, расположение домов было линейным, параллельным берегу реки. На каждой улице приблизительно располагалось от трех до десяти жилищ. Поселение является многослойным: для раннего строительного горизонта были характерны жилища-полуземлянки столбово-каркасного типа, для среднего строительного горизонта характерны прямоугольные наземные столбово-каркасные жилища. Жилища позднего периода состояли из двух комнат круглой формы, соединенных между собой проходом.

Материалы из культурного слоя поселения Шагалалы II дают возможность раскрыть многие вопросы по древней истории Казахстана. Одна из архитектурных особенностей нового типа шагалалинского жилища – полуовальная форма торцовой стены. Такая форма сделана специально с целью минимизировать последствия ветровой нагрузки. Жилище отапливалось и освещалось очагом. Округлые углы давали хорошую циркуляцию воздуха и тепла внутри помещения.

Традиция использования в строительстве на территории Казахстана камня уходит вглубь веков. Высокий уровень каменного монументального архитектурного искусства достигнут населением средней зоны Евразии в конце эпохи бронзы. Истоки строительной техники северных районов Казахстана немного отличаются. Главным образом они основаны на традиции домостроения полуземлянок, столбово-каркасных типов жилищ, берущих свое начало в эпоху неолита и энеолита. Основным материалом тогда было дерево.

Дома с каменными стенами со­средоточены на поселениях эпохи поздней бронзы Центрального Казахстана. Затем отмечается их появление в северных регионах Казахстана (шагалалинское жилище с каменными стенами), на западе – поселение Тасты-Бутак, далее в Оренбуржье в поселениях Ушактта и Шандаш, что показывает путь проникновения и распространения центрально-казахстанских племен. Массовое продвижение с востока скотоводческих племен эпохи поздней бронзы отмечено во многих работах ученых.

На территории поселения Шагалалы II археологи наблюдают один устойчивый обряд – манипуляции с черепом лошади. В юго-восточном углу полуземлянки столбово-каркасного типа в яме они нашли часть черепа лошади с большим фрагментом керамики. Около восточной стены наземного столбово-каркасного жилища нашли уже целый череп. Это показатель того, что с течением времени некоторые обычаи и традиции остаются неизменными.

В целом же, изучая жилые помещения, специалисты находят признаки не только образа жизни их обитателей, но и социальной организации, мировоззрения, потребности в ресурсах и в доступных технологиях. Словом, хочешь постичь человека, понять его вкусы, привычки, пристрас­тия – посети его жилище!

Таким образом, в ходе нынешнего «круглого стола» ученые провели конструктивный диалог, обсудив одну из актуальных проблем современной археологии – изучение строительных конструкций в Казахской степи с древности до современности. Эта тема тесно переплетается с планами музея-заповедника «Бозок» – воспроизвести на территории Астаны архитектурные сооружения всех исторических эпох Казахстана. К примеру, одним из исторических поселений станет гуннский поселок. Его воссоздание определяется тес­ной исторической связью гуннов с ранними тюрками. Будут воссозданы поселения и эпохи Казахского ханства.